Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

"Борьба за господство в Балтийской луже"

Собственно объявляю новую подписку.
Приложение к Роял Неви почти готово, а я в деревенской тиши принялся за тот план, который давно вынашивал. История борьбы за господство на Балтике.
Начать решил с 1500-го года, с подыхающей Ганзы, и довести её до 1815 года, то есть до конца Наполеоновских войн. Здесь с одной стороны легче, чем с администрацией Роял Неви, ибо все давно осмысленно, с другой стороны уж очень обширный период. Тут и борьба Швеции за независимость, и первая осмысленная (правда, странно звучит?) морская политика у шведов, и ошибки Ивана Грозного, и мощные дядьки Густав-Адольф, и Карл Десятый Шведский, и попытки создания союза между Российским царством и Курляндским герцогством герцога Якоба, и Питер зе Грейт, и Голландия с Англией, и канцлер Остерман, который сделал революционный шаг в сфере торговли, и Екатерина, которая в дипломатии имела всех и вся, и романтик Павел, и, наконец Александр Первый. Эта тема думалась еще давно, когда писалось приложение по Северной войне к книге об Испанском наследстве.
Многие удивлялись, чего это я взялся последнее время за сельское хозяйство. Так вот на мой взгляд,  борьба за Балтику - это борьба за лес и зерно. Ибо лес и зерно - это основа стабильности любой страны  XVIII  века. Лес - это корабли и дома, зерно - это увеличение населения и возможность долговременных войн. Вот обо всем этом в том числе и поговорим. Конечно не забудем и столь милые моему сердцу сражения на море, ну и сушу тоже конечно осветим.
Все как обычно.

Ну и условия. Они те же, что и раньше: Сумма от 50 до 200 руб. Определяет только ваше материальное положение и ваше внутреннее понятие о стоимости данного продукта.
для пользователей Яндекс-денег - 41001691401218
Для пользователей WebMoney - R330116677295
Z598245991108
Для Qiwi - +79608497534
Если нужен будет кому-то PayPal - shannon1813@yandex.ru

Пиар акции приветствуется..))
Просьба ВСЕХ, кто участвует в предоплатном проекте, ОТМЕЧАТЬСЯ в этом посте.

Естественно, кто вкладывается сейчас - получит вкусное приложение. Все по традиции.

По времени. Я буду стараться, но думаю, что займет это не месяц, и не полгода. Все-таки многое надо написать и изложить максимально понятно.
Решать вам. Вы все понимаете, что без вас этот процесс сильно замедлится.
Просьба, всех, принимающих участие в проекте, либо оставлять сообщение здесь, либо писать в личку.



ЗЫ: для тех, кто хочет ознакомиться с первыми набросками:
Торговые войны
Ганза против Дании, тур второй

С уважением,
Сергей Махов.

324 года.

«Понеже фортуна сквозь нас бежит, которая никогда так близко на юг не бывала: блажен, кто хватает ее за волосы. Посему приговорите, бояре: разоренный и выжженный Азов благоустроить вновь и населить войском немалым, да неподалеку оттуда, где заложена мною крепость Таганрог, сию крепость благоустроить и населить же… И еще потребно, — еще нам способнее морем воевать, нежели сухим путем, — построить караван в 40 али более того судов… Ничто же лучше мню быть ежели воевать морем, понеже зело близко есть и удобно многократ паче, нежели сухим путем. К нему же потребен есть флот».

Петр Первый.

А не добавить ли мне еще Крымской?)

Фактически - выдержка из Рафа (Andrew Rath).

После неудач 1854 года британцы и французы на Тихом океане, совершенно затюканные британской и французской прессой, произвели замены своих командующих в регионе. Фебврье-Деспуанта, остаток года покорявшего жителей Сан-Франциско рассказами, что его отец принимал участие в Американской революции заменили на Мартена Фуришона (Fourichon), а вместо Прайса прислали адмирала Уильяма Брюса, который прибыл в китайские воды на линейном корабле "Монарк". Фуришону же потребовалось больше времени, дабы достичь Кальяо и попасть на форт фрегата "Форте". Союзнические эскадры были вооружены полным набором инструкций от Джеймса Грэхэма (Грэма) и Чарльза Вуда (старый и новый Первые Лорды Адмиралтейства соответственно), дабы выучить уже "трудные уроки" Петропавловска и Севастополя.
Французское правительство приказало Фуришону повиноваться распоряжениям британских командиров, и главной целью поставить захват и уничтожение русских кораблей в регионе, а не всякие высадки десантов.
Так же планировался налет на Новоархангельск (Ситка), не смотря на то, что ни одна из сторон не разрывала соглашения о нейтралитете.
В свою очередь 14 марта 1855 года в Петропавловск прибыл курьер из Петербурга, который привез указания "эвакуировать город", и переместить все в Николаевск, в устье Амура. Скорее всего это не было инициативой Муравьева или Завойко, те, наоборот, хотели "защищать Петропавловск до последнего", чего не скажешь о новом главнокомандующем русским флотом великом князе Константине Николаевиче, который владение устьем Амура ставил выше, чем богом забытый порт на Камчатке.
Великий князь еще в 1854-м ожидал, что союзники вот-вот возвратятся с большими силами. Надо сказать, что к 1855-му Петропавловск был укреплен гораздо лучше, вместо наспех выстроенных батарей русские построили сложную систему насыпей, траншей, скрытых складов, и даже маленький форт, спроектированный, дабы отразить возможное новое нападение.
Союзные корабли прибыли в Авачинскую бухту в конце мая 1855 года, однако увидели полностью покинутый город, ибо еще за шесть недель до этого "Аврора", "Оливуца", "Двина", "Иртыш" и "Байкал", загруженные всем самым ценным под завязку, покинули город.
Первый признак того, что русские эвакуируют Петропавловск, достиг ушей Брюса от Фредерика Генри Стирлинга, командира колесного парохода "Барракута". Сын начальника Британской военно-морской станции контр-адмирала Джеймса Стирлинга по своей инициативе сделал рейд к Петропавловску и не обнаружил там никаких кораблей. Брюс, пригласивший Стирлинга-младшего на завтрак, спросил его - откуда это он возвратился утром, и где его корабль носило ночью. Ответ "В Петропавловске"!" был подобен грому среди ясного неба и у командующего эскадрой из рук даже выпали вилка и нож. Тот просто сказал: "Сумасшедший!" и пару минут спустя продолжил трапезу.
Капитан Фредерик Николсон попробовал оправдать Стирлинга, заметив, что Петропавловск все же "не второй Севастополь", однако боязнь Петропавловска была больше результатом критики в прессе, чем результатом его оборонительных сооружений. Надо отметить, что эта смесь географического невежества и неверных выводов раз за разом делала проигрышными все шаги британцев на Тихом океане.


24 июня 1812 года

В ночь с 11 на 12 июня (с 23 на 24 по новому стилю) Великая Армия Наполеона вторглась в Россию. Согласно ЖБД западной армии, противник перешел Неман сразу по нескольким наведенным мостам в Мерече, Олите, Юрбурге и Ковно. В Ковно переправился на другой берег Немана и сам император. Первыми русскую границу пересекли 300 поляков 13-го полка.
Тарле: "Ни одной души на всем необозримом пространстве за Неманом до самого горизонта французы не увидели, после того как скрылись из вида еще утром 24 июня сторожевые казаки. Перед нами лежала пустыня, бурая, желтоватая земля с чахлой растительностью и далекими лесами на горизонте", - вспоминает один из участников похода, и картина показалась уже тогда «зловещей». Наполеон не замечал никаких зловещих признаков. Как всегда во время войны, он был гораздо оживленнее и бодрее. Начиналась самая грандиозная из бывших до сих пор его войн, и, судя по тому, как он к ней готовился, он сам это вполне понимал. Могло случиться, что эта война была бы последней из его европейских войн и первой из азиатских; могло случиться и так, что на первый раз пришлось бы кончить поход в Смоленске и отложить продолжение (т. е. Москву и Петербург) на следующий год. Эти две гипотезы он предвидел: о Ганге и Индии он говорил с Нарбонном, об остановке в Смоленске - с маршалами."
В первый день переправы Наполеон находился на левом берегу Немана и наблюдал за потоками своих войск в подзорную трубу, которые беспрерывно выходили из Вильковисского леса. Воины знали о том, что главнокомандующий их видит, поэтому искали его глазами. Как только бойцы замечали фигуру на горе в шляпе и сюртуке, они подбрасывали вверх шапки и выкрикивали: «Vive l’Empereur!».

Выглядел этот "переход Рубикона" так (гравюру сделал Игнац Себастьян Клаубер по рисунку Джузеппе Пьетро Бажетти):

Вынесу из комментов

А давайте я вам расскажу одну чудесную историю) Про Виленский тракт))
Как-никак 1667-й)
По итогам войны в 1667 г. Речь Посполитая и Россия заключили Андрусовское перемирие, согласно которому среди всего прочего С ПОДАЧИ РОССИИ учреждался новый тракт: Москва – Смоленск – Могилев – Минск – Вильно.
Инициатива исходила от московского боярина А.Ордин-Нащокина, который прямо-таки настоял на строительстве тракта, ВКЛ же долго пыталась отказаться, бо "москали хотят нашими руками получить дорогу к сердцу Литвы". Но поскольку русские надавили - пришлось строить.
"Техническую сторону разработал виленский почтмейстер Рейнгольд фон Бизинг (Бисинг, Визинг), в России таких специалистов просто не было. На устройство ушло 3 года, и первая почта отправилась по тракту из Москвы 11 марта 1669 г. (по юлианскому календарю), а из Вильно – на день позже [1, с. 252]. Почта находилась в дороге восемь дней. В составленном Бизингом положении устанавливался порядок прохождения почты. Из Вильно почтальон отправлялся в пятницу в полдень, в Минск прибывал в воскресенье в три часа пополудни, в Могилев – в понедельник в полдень и на границу – во вторник рано утром. К этому часу сюда поступала московская почта. Почтарь следуя обратно, выезжал из Москвы в ночь с субботы на воскресенье, прибывал в Минск в четверг в пять часов утра и в Вильно – в пятницу в полдень."

Ну и далее, не менее прекрасное)
"Тракт работал с перебоями. В его деятельности нашли отражения все сложности политических отношений между РП и Россией. Так как в его работе более всего нуждалось московское государство, то руководство Речи Посполитой не уделяло ему много внимания, и более того, часто использовало тракт в своих политических целях – вплоть до временного прекращения его работы. Корреспонденция из России активно просматривалась, и это не скрывалось от российской стороны [6, с. 117]. Дело в том, что с самого начала существования Виленского тракта он рассматривался российским руководством еще и как средство получения внешнеполитической информации [2, с. 13], а это уже не могло радовать руководство РП. И оно не всегда было заинтересовано в нормальной работе тракта. Все это вызывало многочисленные нарекания в адрес руководства РП. Русские посланники, для улучшения работы Виленского тракты, использовали и другие средства. Почтовым работникам на тракте преподносились «добрые подарки», фактически взятки, чтобы они делали свою работу быстро и аккуратно. особенно много «добрых подарков» получали варшавский, виленский и минский почтмейстеры» [6, с. 112, 117]. Кроме оговоренной платы, русское руководство одаривало почтмейстеров соболиными шкурками по несколько штук в год. Соболиный мех в Европе того времени ценился и стоил очень дорого, а значит и желающих доставлять российскую почту в белорусских и прибалтийских землях всегда хватало."

Цитаты отсюда: https://proliv.livejournal.com/219226.html. Там же список литературы.

Еще раз, резюмируя, так сказать - важнейшая дорога Минск-Вильно была построена по настоянию русских, поляки всячески тормозили ее строительство и готовность (оправдывая конечно же это возможной русской агрессией, хотя, как все понимают, дорога - она как бы в обе стороны), фактически часто закрывали ее, причем несли убытки не только русские купцы, но и свои, ВКЛовские и польские.
Это все, что надо знать о дорожном строительстве в Польше до завоевания ее Россией.

И опять цитата

Собственно именно в этом обстоятельстве и кроется проигрыш войны конкретно в Крыму.

Меншиков и Горчаков придерживались принципиально различных подходов к проблеме удержания Севастополя, что вызвало серьезные перемены в тактике защитников после февраля 1855 г. По мнению командира бригады 10-й пехотной дивизии генерал-майора А.К. Баумгартена, «положение, в котором находились оба наши главнокомандующие, было совершенно различно и от каждого из них требовало совершенно другого образа действий»[687]. «Князь Меншиков, – считал Баумгартен, – даже после Инкерманского сражения утверждал, что нельзя держать Севастополя, и не принимал решительно никаких мер для его обороны. <…> К приезду Горчакова, действительно, уже было невозможно держать долее Севастополь. Но князь Горчаков приехал с готовой мыслью действовать и исполнять всё то, что было упущено князем Меншиковым.
Вместо того чтобы не давать войска в Севастополь, он усилил гарнизон его до чрезвычайности, но уже тогда, как бомбардирование было сильнее и потери наши значительнее. Вместо того чтобы противиться ночным вылазкам, он увеличил их до чрезвычайности, несмотря на то, что ночи были светлые, теплые и непродолжительные, что все траншеи были углублены, вооружены артиллерией и полны войск. Не только вылазки эти не исполняли главной их цели, – держать наготове и утомлять неприятеля, но, делая их в значительных силах, потери наши были так велики, что деморализировали не противника, а наши войска. В той же степени, – заключает Баумгартен, – в какой князь Меншиков хотел оставить Севастополь, в той же князь Горчаков упорствовал его защищать, несмотря на видимую невозможность держаться долее»[688].
Сравнительно более тяжелые потери защитников Севастополя в артиллерии объяснялись в первую очередь неравными условиями огневой дуэли. В последние месяцы обороны 2-й, 3-й, 4-й бастионы и Малахов курган, в отличие от батарей союзников, находились под сосредоточенным перекрестным обстрелом. По данным Э. И. Тотлебена, у противника в ходе осады было подбито и повреждено 609 орудий, на русских батареях – примерно 900 орудий[689].
Тем не менее на потерях живой силы тактическое несовершенство севастопольских позиций сказывалось гораздо тяжелее. Относительно слабый профиль земляных укреплений и малая площадь обороняемого периметра не позволяли эшелонировать резервы в глубину и укрывать их от огня. «Резервы, – вспоминал флигель-адъютант капитан Д.А. Столыпин, – всегда были наготове, оставаясь под чистым небом без всякой покрыши и укрытия от неприятельских снарядов; а потому по мере приближения и умножения неприятельских осадных работ стрельба и бомбардировка делались всё более смертоносны, потери были громадны, и требовалось на пополнение гарнизона всё более и более войска в Севастополь»[690].

Говоря простыми словами: изначально просто Севастополь оборонять не хотели, думая, что соберут силы, атакуют союзников и сбросят их в море. Однако, когда стало понятно, что этот план не сработает, а понятно это стало только зимой 1854-55 годов,  стали усиливать Севастополь. Но проблема была в том, что время для построения крепкой обороны, занятия и укрепления сильных позиций (на той же Сапун-горе) было упущено.
В результате русские подкрепления попадали под бомбардировки без какой-либо защиты, и просто перемалывались. Это был своего рода Невский пятачок, где маневр резервами был затруднен.
В свою очередь союзники за осень и зиму времени зря не теряли, и укрепили свои позиции железно, и простой атакой их было уже не взять.

Что-то давно я о Крымской не писал

Помню, как мне яростно доказывали, что русские пошли на мир от безнадеги, что взять Кронштадт для союзников не представляло труда, и вообще - вовремя соскочили.
Воздействия на логику тогда оказались бесполезными, такое и правда бывает у всех, кто фапает на Развитой Запад (тм). И тут я читаю большую статью автора Anthony Bruillard "LES OPÉRATIONS FRANCO-BRITANNIQUES EN MER BALTIQUE DURANT LA GUERRE DE CRIMÉE (1854-1856) : DES ACTIONS INTERALLIÉES COMBINÉES AU TOURNANT DE LA GUERRE MODERNE", и прям на страницах 5-7 написано следующее (черным даны мои реплики):

"В 1854 году Россия господствует на Балтике. После многолетней борьбы со Швецией, последняя их война закончилась в 1809 году, ей принадлежит Прибалтика, Финляндия, Карелия, и Аландские острова. Балтийское море играет центральную роль в русской геополитике. Оно - главная торговая магистраль, и на балтийском берегу концентрируется большая часть экономической деятельности. Россия обладает серией стратегических точек на Балтике, которые могут использоваться и для обороны, и для наступления. Так, крепость Кронштадт прикрывает устье Невы и столицу России - Санкт-Петербург. Она -крепкий орешек против любой морской атаки на столицу.
Крепость Свеаборг имеет репутацию "Гибралтара Балтики". Владея Гельсингфорсом и Ревелем Россия на ключ запирает Финский залив. Наконец в 1813 году русские начинают строительство нового комплекса укреплений на Аландских островах - Бомарзунд, который по окончании строительства должен был стать новой военно-морской базой (в скобочках спросим - но как, сэр? Вы глубины там видели???). Цель новой крепости - закупорить Ботнический залив и заодно служить передовой русской базой на Балтике (ага, ага, как будто Мемеля и Либавы недостаточно).
Бомарзунд по значимости в Балтийском море - это как Севастополь в Черном море (ну да, всяк кулик свое болото хвалит, надо же как-то оправдаться, что это единственная крепость, которую смогли взять на Балтике).
Тем не менее, русские отдали приоритет в строительстве Севастополю, а на Аландах перестройка крепости не началась даже в 1854 году.
После начала Крымской войны союзниками совместно был избран приоритет Балтийского моря, поскольку там было много богатых целей, и удар по Балтике наносил России большой экономический урон. Было решено устроить блокаду России на Балтике, захватывать прибрежные города, разрушать торговлю и наконец уничтожить русский флот и через Финский залив по Петербургу.
Эти планы союзников были разрушены русскими, флот которых отказался встречать союзные силы лицом к лицу. Русские привели в действие "стратегию выжженой земли", разрушив незначительные цели и усилив главные объекты. Тогда союзники решили сконцентрироваться на Крыме, чтобы там "вырвать глаз русскому медведю" (Сент-Арно).
Получилось, что Балтикой пожертвовали в угоду Черному морю.
Тем не менее, Балтика никогда не выходила из поля зрения союзников, и постоянно возникают планы взятия Кронштадта, поскольку захват его создавал угрозу бомбардировок Санкт-Петербурга. Но все планы разваливались при столкновении с реальностью. Кронштадт, безостановочно усиливаемый русскими, был неприступен (Le projet se heurte cependant àla réalité ; et Cronstadt, sans cesse renforcée par les Russes, est inexpugnable). Поэтому пришлось поменять генеральную стратегию удара на Балтике на стратегию удара ограниченными средствами на второстепенном участке."


Еще раз - это не я говорю, и не русский историк или адмирал, это ОФИЦИАЛЬНОЕ французское мнение.

На актуальную тему, №3

К сожалению, ограниченный формат статьи (всего на 30 тыс. знаков, а все знают, что я не умею писать кратко) не позволил включить туда много интересного, о чем и хотел поговорить.
Вообще, чума 1654 года сыграла особую роль в истории России, и ее последствия растянулись примерно на 100 лет. И тут следует начать сначала.
Примерно с 1350-х годов эпидемии сильно терзали Северо-Запад (Псков и Новгород), а так же пограничные земли. Связи между областями России были довольно слабыми, и к 1650-м годам утвердилось мнение, что в Москве эпидемий не бывает, и связано это со здоровым воздухом и лесами столицы. И вот в сентябре 1654-го года рвануло не по-децки.
Москвичи начали разбегаться по окрестностям, и как следствие - разносить заразу. В провинции быстро смекнули, откуда у них чума, и москвичей начали немножечко убивать. В целях профилактики.
Чтобы закрыть столицу, царь послал с польского фронта 600 стрельцов для охраны ворот, "а они все умерли; послал других, и эти так же умерли; в третий раз послал, и с этими случилось то же самое, ибо всякий, кто входил в столицу, тотчас падал мертвым" (патриарх Макарий). Запах гниющих трупов наполнял город, москвичи панически бежали из Москвы, но только затем, чтобы либо умереть по дороге, либо быть убитыми в других русских городах.

"Итак, чума, начавшаяся в Астрахани, в конце июня 1654 года попала в Москву. В июле люди начали умирать с пугающей регулярностью, и 24 июля патриарх Никон и царица покинули Москву (царь Алексей Михайлович находился при действующей армии), и оставили в столице своих наместников – князей Пронского и братьев Хилковых. В августе началось лавинообразное увеличение больных. А дальше произошло повальное бегство из Москвы стрелецких полков, при этом ни Пронский, ни Хилковы не смогли этому помешать. Более того, Пронский в начале августа дал официальное разрешение москвичам и жителям слобод покинуть город и переселиться в окрестности. Пронский умер от чумы 11 сентября, Федор Андреевич Хилков – по одним данным 12 сентября, по другим – просто лежал при смерти, и умер позже, в 1657 году. В один час Москва лишилась и управления, и войск, и начальства. Даже арестантов сторожить было некому.
В городе начались грабежи и разбои: «А воровство де на Москве объявилась. В Белом городе разграбили Филонов двор Оничкова, да Алексеев двор Луговского, да за городом разграбили Осипов двор Костяева, иные выморочные пустые дворы многие грабят, а воров унять некому. Да по вашему государеву указу для малолюдства велели запереть ворота, а у тех ворот стрельцов поставить некого, стоят без перемены 3 или 4 человека и те больны».
По оценкам Павла Аллепского от эпидемии умерло до 300-350 тысяч человек, «Москва, прежде битком набитая народом, сделалась безлюдною. Собаки и свиньи пожирали мертвых и бесились, поэтому никто не осмеливался ходить в одиночку, ибо если одолевают одинокого прохожего, то загрызают его до смерти».
Все приказы на Москве были закрыты, дьяки и подьячие разбежались, ворота были открыты настежь за отсутствием сторожей и стрельцов, в Москве остались лишь те, кто не мог бежать.
А теперь вернемся в начало августа и вспомним разрешение Пронского жителям покидать Москву. 10 августа эпидемия чумы началась в Звенигороде, 15-го – в Калуге, Тула и Торжок запылали еще раньше, 26 августа развели карантинные костры Ржев и Суздаль, 5 сентября – Дедилов и Малоярославец.
К октябрю эпидемия охватила местности, которые позже стали Тверской, Рязанской, Нижегородской, Владимирской, Тульской, Тамбовской, Орловской, Черниговоской, Ярославской губерниями. А все из-за глупейшего разрешения в попытке умаслить стрельцов покидать Москву. Кстати, именно бежавшие стрельцы и стали переносчиками болезни в регионы.
Внутри Москвы не были проведены решительные карантинные мероприятия, не закрывались церкви, не разгонялись скопления людей. Зная и чуме в Астрахани и Смоленске, на заставах прибывшие оттуда не проходили ни санитарного осмотра ни карантинного задержания.
С началом чумы патриарх и царица просто бежали из столицы, назначенные ими князья допустили все возможные ошибки в борьбе с эпидемией, и допустили ее распространение на почти всю европейскую часть России. Вымерли почти все села в радиусе 700 верст от столицы. Чума свирепствовала с августа до конца декабря.
Главными выгодоприобретателями оказались выжившие священники, которые «приобрели огромные богатства, ибо, не успевая отпевать всех поодиночке, отпевали многих за раз, и брали за это сколько хотели. Обедня доходила до трех рублей и больше, да и за эту цену их не всегда можно было иметь».
За время чумы 1654-55 годов Россия потеряла по разным данным до половины населения. Система кордонов не сработала, а противопоставить эпидемии жители могли лишь крестные ходы, молебны да «святую воду».
Чума 1654 года настолько напугала Москву, что в 1665-м, узнав, что в Лондоне вспыхнула эпидемия «черной смерти», Россия прервала все торговые отношения с Англией, а архангельская гавань была закрыта. В 1684 году в Москве отказались принимать посла от запорожцев, а в 1692-м – представителя от Донских казаков. Основание простое – ехали через «моровые» земли. "


Читать полностью тут: https://fitzroymag.com/istorija/vojna-s-nevidimym-vragom/

Просто так

В Россию чума пришла в 1351 году. Первой жертвой болезни стал Псков. Новгородская летопись: «Того же лета бысть мор зол в граде Пскове и по селам, смерти належащи миози; мроша бо люди, мужи и жены, старый и младыи, и дети, и попове, и чернци и черници». В городе началась паника. Жители обратились к новгородскому архиепископу Василию спасти их, отслужив молебен в Пскове и благословив горожан. Василий прибыл в Псков, отслужил молебен, но заразился и по дороге домой скончался. В Новгороде большая толпа пришла на прощание с Василием, и естественно теперь уже эпидемия чумы началась и в Новгороде.
Поскольку ни мер гигиены, ни мер карантина не соблюдалось, мор распространялся со страшной скоростью. Не зная, что делать, псковитяне и новгородцы решили, что это так их наказывает Бог, и организовали охоту на ведьм. Они провели несколько аутодафе обвиненных в черной магии горожанок. Однако это, как ни странно, не помогло.

Мнение

Прочитал статью  А. Кривопалова "«Рассматриваемый вопрос по самой сущности своей составляет задачу неразрешимую…». Мнение Д. А. Милютина о войне с Австрией в 1855 году". И из прочитанного вынес следующее. 
Польский балкон оказался для России ахиллесовой пятой. То есть ситуация с 1830-х изменилась кардинально, и теперь, когда Австрия и Пруссия из верных союзников стали неизвестной величиной, получилось, что герцогство Варшавское окружено с трех сторон. И для его удержания требуются лишние 300 тыс. штыков. 
И эта ситуация Тришкиного кафтана сохранилась весь период 1854-1856 годов. То есть выбор был невелик - либо удерживаем Польшу, но сдаем Крым, либо держим Крым, но сдаем Польшу. 
И все написанное в статье - это изображение попытки решить, что важнее. 
В результате не хватило войск ни на Крым, ни на Польшу, в том плане, что ответить на ультиматум Австрии было нечем.
В общем, опять всё упирается в две вещи. 1. Польша для России оказалась троянским конем, за что можно сказать спасибо Александру Палычу. 2. Генералы готовились к прошедшей войне, и с изменением политической ситуации все деньги, вбуханные в Польшу, ушли в песок, не принеся никакой пользы.