Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

"Борьба за господство в Балтийской луже"

Собственно объявляю новую подписку.
Приложение к Роял Неви почти готово, а я в деревенской тиши принялся за тот план, который давно вынашивал. История борьбы за господство на Балтике.
Начать решил с 1500-го года, с подыхающей Ганзы, и довести её до 1815 года, то есть до конца Наполеоновских войн. Здесь с одной стороны легче, чем с администрацией Роял Неви, ибо все давно осмысленно, с другой стороны уж очень обширный период. Тут и борьба Швеции за независимость, и первая осмысленная (правда, странно звучит?) морская политика у шведов, и ошибки Ивана Грозного, и мощные дядьки Густав-Адольф, и Карл Десятый Шведский, и попытки создания союза между Российским царством и Курляндским герцогством герцога Якоба, и Питер зе Грейт, и Голландия с Англией, и канцлер Остерман, который сделал революционный шаг в сфере торговли, и Екатерина, которая в дипломатии имела всех и вся, и романтик Павел, и, наконец Александр Первый. Эта тема думалась еще давно, когда писалось приложение по Северной войне к книге об Испанском наследстве.
Многие удивлялись, чего это я взялся последнее время за сельское хозяйство. Так вот на мой взгляд,  борьба за Балтику - это борьба за лес и зерно. Ибо лес и зерно - это основа стабильности любой страны  XVIII  века. Лес - это корабли и дома, зерно - это увеличение населения и возможность долговременных войн. Вот обо всем этом в том числе и поговорим. Конечно не забудем и столь милые моему сердцу сражения на море, ну и сушу тоже конечно осветим.
Все как обычно.

Ну и условия. Они те же, что и раньше: Сумма от 50 до 200 руб. Определяет только ваше материальное положение и ваше внутреннее понятие о стоимости данного продукта.
для пользователей Яндекс-денег - 41001691401218
Для пользователей WebMoney - R330116677295
Z598245991108
Для Qiwi - +79608497534
Если нужен будет кому-то PayPal - shannon1813@yandex.ru

Пиар акции приветствуется..))
Просьба ВСЕХ, кто участвует в предоплатном проекте, ОТМЕЧАТЬСЯ в этом посте.

Естественно, кто вкладывается сейчас - получит вкусное приложение. Все по традиции.

По времени. Я буду стараться, но думаю, что займет это не месяц, и не полгода. Все-таки многое надо написать и изложить максимально понятно.
Решать вам. Вы все понимаете, что без вас этот процесс сильно замедлится.
Просьба, всех, принимающих участие в проекте, либо оставлять сообщение здесь, либо писать в личку.



ЗЫ: для тех, кто хочет ознакомиться с первыми набросками:
Торговые войны
Ганза против Дании, тур второй

С уважением,
Сергей Махов.

Хроники английского Кавказа, часть 32

Испортив отношения с лордом-маршалом, сэр Джон на этом не остановился, а продолжил самодурствовать на всю катушку. Он вдрызг разругался с архиепископом Дублина Адамом Лофтусом, отправил в тюрьму королевского секретаря Фэнтона (да-да, того самого, который ранее считал Перрота “приветливым и приятным”) и обвинил на заседании Дублинского совета Бингхэма в растратах. Совет эти ничем не подкреплённые обвинения отмёл. Тогда Перрот отправил к Бингхэму своего представителя Стивена Сигрева, который именем наместника вызвал лорда-маршала на поединок. На чём? На дубинках!.. Опешивший от таких вводных лорд-маршал заявил, что раз Перрот использует заместителя, то и он, Бингхэм, тоже может выставить на поединок заместителя. Вот, например, есть в Коннахте такой лейтенант Жак — косая сажень в плечах, руками ломает подковы и дубинка для него, что тросточка. Жак вполне подойдёт!..
Но сэру Джону такой вариант не понравился. Лорд-заместитель отправил в Коннахт указание Сигреву биться именно с Бингхэмом и ни с кем другим. Лорду-маршалу недавно стукнуло 58 лет — по меркам XVI века он считался стариком, так что идея дуэлирования на дубинках с молодым представителем наместника сэру Ричарду совсем не нравилась. В конце концов, нападки “делегата” Перрота лорду-маршалу надоели. Тогда Бингхэм выхватил меч, отбил им дубинку “делегата”, а потом от всей души рубанул Стивена Сигрева по голове. Узнав о смерти своего представителя, Перрот собрал в Дублине совет и потребовал арестовать лорда-маршала. Когда 80-летний сэр Николас Банегал посмел выступить с речью в защиту Бингхэма, он удостоился от наместника публичной оплеухи. В знак протеста совет демонстративно разбежался, так и не утвердив распоряжение лорда-заместителя об аресте лорда-маршала.


https://fitzroymag.com/right-place/irlandskie-vojny-chast-xxxii/

Как там в далекие 90-е пела команда ДГУ во главе с Сивохой?)
Ну а если б я депутатом был -
Я б депутатам морды бил.
А без этого наш народ -
Он плюрализьму не поймет)


Просто так

Концовка правления Рассела оказалась смазанной: в день его отъезда, 11 марта 1597 года, на Винтаверн-стрит (Winetavern-Street) в Дублине разом рванули 140 бочек с порохом, недавно доставленных из Англии.
Что собственно произошло?
Начнем с предыстории. Для снабжения английской армии в Ирландии требовалось гигантское количество пороха. Основным портом, куда прибывали корабли с припасами, был Дублин. Там все материалы (в том числе и бочки с порохом) перегружали на маленькие лодки и переправляли по мелководью в город.
За несколько дней до взрыва между дублинской ассоциацией грузчиков и коронным клерком Джоном Алленом возник конфликт. Аллен требовал «в тяжелый для родины час затянуть пояса» и работать просто так, а не за какую-то презренную зарплату. Понятно, что грузчики послали Аллена куда подальше и по факту начали забастовку. Это и привело к скоплению пороха на набережных, прежде всего на набережной реки Лиффи.
Рано утром, в пятницу, 11 марта 1597 года, очередная партия бочек с порохом выгружалась лебедкой с лихтера, и около 13.00, когда кран перемещал очередную партию бочек (4 бочки с порохом в сетке), рвануло 140 бочек с порохом, стоявших на Винтаверн-стрит. Кран разлетелся на куски, бочки с порохом, находившиеся в лебедке, разлетелись на крыши близлежащих домов, и начался пожар. Сила взрыва была такова, что на двух параллельных улицах просто снесло крыши зданий, в двух кварталах вылетели все стекла. Большинство зданий на самой улице просто рухнули.
«Аналлы Четырех Мастеров» так описывают «Большой Дублинский Взрыв»: «Доподлинно неизвестно, откуда в порох попала искра, молния ли это была с небес, или рукотворное происшествие. Однако бочки в один миг были объяты гигантским пламенем, который поднялся до небес, а далее взрывом по округе раскидало вокруг каменные столбы, куски зданий, крыши, ошметки людей и все остальное. Невозможно посчитать и перечислить всех почтенных людей, торговцев всех сословий, женщин и девушек, а так же джентльменов, которые умерли в один миг».
Тем не менее, жертвы подсчитали позже. Катастрофа унесла жизни 126 мужчин и женщин, в основном местных жителей. По сути, примерно треть города была разрушена.

Бей своих, чтоб чужие боялись.

Второй бой при Альхесирасе в 1801 году - это нечто. Свидетельство Томаса Кокрейна, наблюдавшего за боем из Гибралтара.

"В темноте два испанских 112-пушечника приняли друг друга за англичан, и начали бой между собой, «Реал Карлос» во время этого боя потерял фок-мачту, которая загорелась и упала на собственные же орудия правого борта, на корабле начался пожар от разложенных рядом картузов с порохом, от которого он и взорвался. Огонь «Реал Карлоса» вызвал на «Сан-Херменегильдо» такой же пожар, который позже так же привел к гибели корабля. По сути, два испанских корабля уничтожили сами себя".

Данные по книге Adkins, Roy & Lesley «The War for All the Ocean» - Abacus, 2006, стр. 95.

Их нравы

Вы же не забыли о нелепой смерти Джеймса Фитцмориса?
Проблема ирландской истории в том, что там каждый источник дает свой взгляд на событие, и иногда эти взгляды просто невозможно состыковать. Перефразируя байку об экономистах, три ирландских историка, запертых в комнате, выдадут по три версии на любое событие, и по четыре опровержения на каждое из них.
Вот вам еще одна (но далеко не последняя) версия смерти великого ирландского смутьяна Джеймса Фитцмориса. И она не менее прекрасна и поучительна, чем первая.

На встрече в Коннахте Фитцморис убеждал Бёрков присоединиться к восстанию, на что Шейн МакУильямс ответил, что он присягал королеве и не отступится от присяги (вы верите в такое поведение ирландца?). При этом с Бёрком было всего два аркебузира, тогда как Фитцмориса сопровождали примерно с десяток человек. Первым же выстрелом аркебузир из свиты Шейна убил Джеймса, пуля попала тому в грудь. Фитцморис, чувствуя, что смертельно ранен, убил брата МакУильямса, Теобальда, и упал замертво.
Как пишет английский хронист: «Джеймс Фитцморис внезапно обнаружил, что благословение и поддержка Папы его, как агнца божьего, совершенно не защищают ни от пуль, ни от ирландского копья». Бёрки вернулись и сообщили англичанам, что «лучший из Джеральдинов убит», тогда как сторонники Фитцмориса отрезали своему лидеру голову, забрали все вещи и одежду, а голое безголовое тело оставили под дубом. Голову, как говорят, отрубили потому, чтобы никто не узнал о смерти Джеймса.
Тем не менее, тело было опознано, доставлено в Килмаллок и повешено за ноги на виселице, при этом солдаты англичан варварски развлекались, «отрезая себе по кусочку на память». Рассел пишет: «Что ж, божья воля свершилась. Фитцморис, нарушивший клятву и предавший свою суверенную владетельницу – королеву Англии, закончил свой земной путь бесстыдстве и позоре. Его смерть была началом упадка благородного дома Десмондов».

Приключения шотландцев в Ирландии, часть 2

В части 1 мы с вами дошли до того, что Эдвард Брюс фактически стал самым сильным правителем Ирландии и вполне мог претендовать на верховную корону. Но тут случилось два обстоятельства, которые полностью перечеркнули эти планы.
Начнем с первого. Итак, Фелим О'Коннор, владетель Коннахта, поддержал Эдварда и начал серию набегов на английские плантации в Ирландии. Вскоре он смог присоединить к себе королей рангом поменьше - Томонда (О'Брайены), Уи-Мэна (О'Салли), Брайфна (О'Рурки), Миде (МакКормаки). Фелиму удалось набрать гигантскую для условий Ирландии армию в 8000 человек и с этими силами он начал искать решительного сражения с англичанами.
И тут на сцене появились два англо-норманнских барона - Уильям де Бург (кузен Красного Графа) и Рикард Бирмингем, лорд Анфери. Они собрали армию в 3000-4000 человек и вторглись в Коннахт, где О'Коннор, имея преимущество всилах более чем два раза, решил дать им сражение. В своих выкладках Фелим совершенно забыл, что англо-норманны раскатывали ирландские армии с завидным постоянством, и что "нету у него методов против Кости Сапрыкина", ну кроме партизанской войны. У стен Анфери де Бург и Бирмингем просто раскатали ирландцев, как бог черепаху. Потери ирландской знати были чудовищными, погибли кланы О'Коннор, О'Брайен, О'Салли, причем не только короли - именно кланы, то есть и короли, и их возможные наследники. Погибла почти вся ирландская знать севера и центра. В "Анналах" один список погибших знатных людей занимает более двух страниц. Это была полная катастрофа для Ирландии,"черный день" ирландской независимости. Но это был и черный день для Эдварда, ибо он в одночасье лишился лидеров, которые его поддерживали. Может быть Эдвард и смог бы вырулить, но в 1316 году в Ирландии начался голод. Ситуация совершенно стандартная и из разу в раз повторяющаяся во всех ирландских Великих Голодовках: ударили морозы, снег не выпал, посевы крякнули, и началась ле попа.
Понятно, что чтобы как-то прокормить армию, Эдвард начал набеги на любые селения, ирландские или английские, без разницы. Ирландцы и сами дохли с голоду, а тут еще попали в ситуацию, когда "белые придут- грабют, красные прибут - грабют, куды бедному крестьянину податься?". Поскольку Чапая рядом не было, в ирландцах начало крепнуть мнение, что шотландцы - они вообще хуже англичан. Нет, англичане конечно тоже сволочи, но свои, привыкшие, а вот шотландцы.... Чужаки и уроды.
В 1316 году Эдвард смог нанести поражение Батлеру и захватить Дандлок, где был коронован верховным королем Ирландии,но это уже ничего не значило, потому как сценарий 1316-го года полностью повторился в 1317-м, и положение со снабжением стало совсем отчаянным. Понятно, что шотландская военная машина забуксовала.
Наконец 14 октября 1318 года у Фогхарта (в русскоязычной Вики битва называется на Фогхартских холмах) произошло генеральное сражение. Эдвард, имея примерно 5-6-тысячное войско (из них шотландцев -только 2000), решил атаковать Ричарда де Бурга и Эдмунда Батлера. Численность их войск точно неизвестна, рассказы про 20 тысяч солдат можно откинуть как ненаучную фантастику, но войск и них было явно больше, чем у Эдварда. В общем, Эдвард разместил своих ирландских союзников на охрану обозов, а сам с 2000 шотландцев пошел в атаку. Поскольку проанглийские силы занимали три холма, шотландцам пришлось разделиться на три колонны и каждый холм, получается, атаковало всего по 700-800 солдат. Понятно, что получился классический удар растопыренными пальцами. Первые две колонны англо-ирландцы играючи разбили, а третью окружили и атаковали со всех сторон. Здесь погиб и сам Брюс, по легенде его проткнул копьем Джон Бирмингем. Потом, когда тело шотландского предводителя было обнаружено,ему символически отрубили голову и похоронили здесь же, на Фогхартских холмах.
Понятно, что смерть талантливого генерала привела к цепной реакции - ирландские союзники по принципу "вовремя предать - не значит предать, а значит - предвидеть", переметнулись к врагам, шотландцы теряли область за областью, в начале декабря 1318 года пал последний оплот шотландцев в Ирландии - Каррикфергус. А мечты об объединении Шотландии и Ирландии, высадке в Уэльсе и создание второго фронта против Англии ушли в небытие.

Просто цитата

"После катастрофы Великой Армады Филипп II не остался в стороне от участи своих солдат и моряков, которые возвратились из этого несчастного похода. Он сделал все, что было в его силах, чтобы облегчить их страдания и несчастья, и выделил большие средства на них. Вместо того, чтобы списать поражение на неудачные действия Медины-Сидонии, он принял всю вину за провал похода на себя, приказал герцогу вернуться в Кадис и приступить там к своим прежним обязанностям без понижения в должности.
В отличие от Филиппа, хотя испанского короля нельзя похвалить за особую рыцарственность или щедрость, Елизавета поступила гораздо хуже. В своих трудах профессор Лоутон пытается оправдать скупость и черствость Елизаветы, но нет сомнений, что душой будучи женщиной, разумом она была хуже любого еврея. После того, как она одержала такую победу, она оставила своих моряков голодными и больными на произвол судьбы. Государственный секретарь Англии Уильям Сессил пишет: "Болезни и смерть сеяли хаос среди нас; больно видеть, как здесь, в Маргейте, нет места для этих несчастных, которые умирают прямо на улицах."
Вот его запись от 30 августа: "Горько наблюдать, как эти люди, оказавшие королевству такую услугу, умирают на улицах. Было бы лучше, если бы Ее Величество сделала хоть что-то для облегчения их участи, потратив на это хотя бы пару монет. Я не позволю им достичь полной крайности, потому что нам, возможно, предстоит не раз воспользоваться их услугами. Неужели мы не позаботимся о своих людях, и позволим им умереть от голода и страданий?"

J. F. C. Fuller. "Decisive Battles", 1940.

Надо сказать, что позаботились в итоге все - даже скупой дядька Говард. Даже Дрейк и Хокинс, который тоже в особой щедрости не были замечены. Кроме Елизаветы. Та не выделила победителям Армады ни фунта.

Ах да, еще одна цитата, на этот раз из Ричарда Холмса: «Кампания 1588 года была крупной английской пропагандистской победой, но в стратегическом плане она была по существу нерешительной».

Смерть Нильса Шёрншельда

Про битву под Оливой я уже писал.
Адмирал Нильс Шёрншельд находился на тот момент на 38-пушечном корабле "Solen". Непонятно почему, возможно после ранения его перевезли с флагманского "Tigern". Там он получил два ранения из мушкетов - одно в шею, второе - в спину. А вот дальше идет шведский официоз, не знаю, правда или нет, но занятный - видя, что со всех сторон на "Solen" надвигаются польские корабли, Шёрншельд приказал взорвать крюйт-камеру, когда неприятель подойдет достаточно близко. Как пишут шведы - когда достаточное количество абордажных партий высадилось на шведском корабле, адмирал сам поднес факел к пороху, крича: "Моя душа ринется вверх вместе со всеми филистимлянами!". Однако что-то пошло не так. Кто-то из абордажников отрубил адмиралу руку с факелом, 400 поляков с двух кораблей (номинальных, в основном это немцы и датчане) захватили "Solen". В этой абордажной схватке погиб и Аренд Дикман, голландский купец датского происхождения, адмирал импровизированного польского флота.
Труп Шёрншельда со всеми почестями был пронесен мимо ратуши Данцига и захоронен в одном из склепов. После окончания войны труп выдали шведам, которые его перезахоронили в церкви Св. Жильберты в Зюдерманланде.
В этом бою пал не только Шёрншельд, но и три его сына, выжил только один, Клаас, который позже за заслуги отца был введен в баронское достоинство. При этом герб он получил интересный – в двух четвертях щита – на лазоревом поле судно в клубах порохового дыма, в двух других – на пурпурном поле выглядывает раздробленная рука с факелом.
Кстати, Клаас Нильсон Шёрншельд тоже стал адмиралом, в 1661 году.


Прям сцена из "Хороший, плохой, злой"

В числе последних могикан Тихого Дона, знаменитых охотников-характерников, доживавших свой век в семидесятых годах прошлого столетия, был некто Иван Матвеевич Краснощеков, который может служить для нас настоящим представителем типа донских гулебщиков. То был богатырь, наводивший страх на целую Кубань своим появлением. Черкесы прозвали его Аксак, то есть «Хромой», – Краснощеков был ранен в ногу и оттого прихрамывал. Казаки слагали о нем песни, которые еще и поныне поются на Дону старинным и заунывным напевом. «Имя и подвиги Краснощекова, – говорит Киреевский в своем известном сборнике народных песен, – встречаются как воспоминание и в песнях позднейших, сложенных после его смерти. Об этом крупном историческом лице мы доселе-не имеем не только дельной монографии, но даже простого биографического очерка, а между тем это последний русский богатырь, с именем которого связаны последние наши былины; он, как герой, сопровождается песней с молодых лет до смерти – и после него не нашлось уже никого, кто бы вызвал в народе подобное былинное творчество». Одна из донских легенд вот что рассказывает о Краснощекове. В его время был знаменитый, памятный донским казакам богатырь у горцев, по имени Овчар, любивший «поохотиться» не менее Краснощекова. Едва ли был среди казаков такой человек, который хладнокровно встретился бы с Овчаром. Но Краснощеков не сторонился его, а, напротив, искал с ним встречи. Не прочь был и Овчар встретиться с Краснощековым – оба богатыря хорошо знали друг друга по общей молве. Наконец они встретились. Блуждая однажды где-то далеко по-над самой Кубанью, ежеминутно рискуя своей головой, Краснощеков наехал на такого же одинца, как и сам, и, догадавшись, с кем судьба привела ему встретиться, начал «стеречься, чтобы не спустить с руки ясного сокола». Дело было под вечер в холодную и ненастную осень. Над самым обрывом крутого берега, под опушкой леса, облокотившись на руку, лежал закутанный в бурку Овчар и задумчиво смотрел, как синий огонек перебегал по тлеющим углям потухавшего костра. Так поэтично рисует его легенда. Казалось, он до того погрузился в это занятие, что не слыхал даже свиста бури, а не то что приближения русского витязя. Но то было хитрое равнодушие.
Опытный в своем ремесле джигит давно зачуял «зверя» и только не трогался с места, выжидая, чтобы даром не марать своей крымской винтовки. Краснощекову предстояло трудное и опасное дело: он знал, что ружье его «короткое», а у врага бьет далеко. Но так как податься назад было бы стыдно и «казачьей чести поруха», то он подумал, подумал и припал к земле. Тут хитрый казак выставил в стороне от себя свою шапку-туркменку, и едва она показалась, как пуля Овчара сбросила ее на землю. Аксак вскочил и, бросившись на Овчара, положил его на месте выстрелом из ружья в упор.