George Rooke (george_rooke) wrote,
George Rooke
george_rooke

Клод Форбэн в Средиземном море

«Заноза в заднице»[5]  принца Евгения.

После смерти короля Испании Карла II в Европе началась новая война. Франция, Испания, Португалия и Бавария выдвинули на опустевший трон внука Людовика XIV – Филиппа Анжуйского, а Голландия, Англия, Савойя и Австрия – эрцгерцога Карла. На самом деле, хотя обе стороны и прикрывались вопросами династических родословных, все хотели поучаствовать в дележе «испанского наследства» - это и земли в Америке, и Франш-Конте, и Италия. Поскольку Испания и Франция заключили союз, боевые действия начались в Бельгии, Германии и Северной Италии. Если с севера французам, баварцам и испанцам противостоял английский полководец герцог Мальборо, то на юге им пришлось сражаться с австрияком принцем Евгением Савойским. Одной из важнейших задач, поставленных маршалами Франции, был удар по снабжению армий противника. Именно поэтому в 1702 году из Тулона к Венеции отплыли малый 50-пушечный корабль «Перль» под командованием Клода де Форбэна и 8-пушечная шебека. Ему было приказано нападать на конвои с войсками и боеприпасами, идущие к Евгению Савойскому. На тот момент армия австрийского главнокомандующего находилась в Ломбардии и снабжалась через порты Фиуме, Триеста, Баккарди и Сиены.

 

Форбэн прибыл к берегам Италии в очень сложный момент – формально часть государств Апенинского полуострова была нейтральна, однако негласно каждый выбрал чью-то сторону. Уже 1 февраля 1702 года французские войска под командованием герцога Виллеруа потерпели поражение под Кремоной. Виллеруа сменил герцог де Вандом, который, несмотря на удачное августовское сражение при Луццаре и существенное численное преимущество, показал свою неспособность выбить Евгения Савойского из Италии.

Корсар избрал своей базой Бриндизи, принадлежавший тогда Испании, и поднял на своих кораблях флаги Арагона. Клерон, командир шебеки из отряда Форбэна, подошел к острову Кеше, который контролировали венецианцы, и подвергнулся нападению австрийских войск. В результате стычки было убито 30 имперских солдат, а из команды корабля в живых осталось только 6 моряков. Поскольку Венеция ранее объявила нейтралитет, Форбэн был возмущен случившимся – он подает протест дожам, а так же обращается к послу Франции в Венецианской республике графу де Кармону и кардиналу де Эстрэ. Кардинал в превратной беседе ответил корсару, что спустит этот инцидент на тормозах, поскольку и Венеции закупают хлеб не только австрияки, но и французы. Форбэн со свойственной ему горячностью заявил, что в таком случае он будет топить и венецианские суда, поскольку Его Величеством был дан четкий приказ – прервать снабжение войск Евгения Савойского в Ломбардии.

Обещание свое Форбэн выполнил – за два месяца он пустил ко дну 15 торговых судов, схватился с двумя австрийскими фрегатами, причем один из них взял на абордаж, а второй обратил в бегство. Венецианцы, напуганные таким размахом крейсерской войны у себя под боком – в Адриатическом море – запретили снабжать корабли Франции, однако Форбэн давно уже кормил и снабжал себя сам, за счет захваченных призов, поэтому ему было плевать на указы и эдикты Серениссима[6]. Не удовлетворившись своими действиями корсар двинулся к Анконе, которая служила одной из главных перевалочных баз Савойского. А дальше случилось немыслимое в военно-морской истории дело– ОДИН ЛИНЕЙНЫЙ КОРАБЛЬ объявил о блокаде морского порта! Курьез этот так бы и остался курьезом, если бы Форбэн не выполнил свое обещание – он атакует неприятельские суда, причем топит всех имперцев, не взирая на тоннаж и количество пушек, с венецианцами же поступает хитрее, заставляя капитанов выкидывать в воду товар и следовать в Анкону. Тех же, кто пытается выйти из Анконы, пушечные залпы убеждают вернуться обратно в порт. В результате гавань блокированного города была забита порожними судами, в крепости быстро уменьшались запасы продовольствия, испуганные дожи под давлением императора Священной Римской Империи обрушили шквал протестов на действия Форбэна. Последней каплей послужила для них атака двух венецианских барков, груженых солью, шедших под конвоем имперского фрегата. Корсар взял австрияка на абордаж, а венецианцам приказал выкинуть груз за борт, что им и оставалось выполнить.

Людовик XIV, дабы окончательно не портить отношения с Венецией, выпустил эдикт, порицающий действия «шевалье де Форбэна в водах венецианских», однако в письме каперу выражал восхищение действиями его фрегата.

Окрыленный письмом корсар теперь уже начал не только опустошать трюмы неприятельских судов, но и сжигать их. Поскольку основные поставки австрийцы перенесли в Триест, он блокировал и этот порт. Терпение Савойского  лопнуло. Именно в этот момент он пишет письмо к дожам с просьбой «Splitter aus meinem Hintern aufzuräumen» (убрать эту занозу из моей задницы). Австрийский посол в Венеции нанимает случайно оказавшийся в порту 50-пушечный английский приватир «Тартар» для охоты за наглецом Форбэном, к нему присоединяется 26-пушечный венецианский фрегат. На тот момент у корсара был 50-пушечный «Перль», 12-пушечный галиот и 10-пушечный тендер. Прознав о силах, выделенных для охоты, Форбэн отошел к Бриндизи и попросил подмоги. Из Тулона на помощь был отправлен 50-пушечный корабль под командованием шевалье Рено де Шиана. После соединения с тулонцем у Мессины Форбэн отослал галиот и тендер к берегам Франции, а сам вернулся к побережью Северной Италии.

Около Баккарди он столкнулся с австрийским караваном из 20 транспортов, доверху груженных пшеницей для войск принца Евгения. Охранение у конвоя отсутствовало, поэтому к вечеру корсар захватил 8 судов, которые отправил в Бриндизи в качестве призов. На следующий день он смог захватить и остальные транспорты, ссадил их команды на шлюпки, а суда сжег. На помощь гибнущему конвою подошел 26-пушечный венецианский фрегат, который был взят на абордаж и так же сожжен. Подошедший «Тартар» смог наблюдать только гибнущие корабли. Разъяренный англичанин пообещал, что «отрежет уши этому наглецу». Зная характер нашего героя, мы с вами уже с уверенностью можем сказать, что такие слова корсар никогда бы не спустил на тормозах. Так и вышло.

Ночью Форбэн на двух брандерах атаковал стоящий на рейде Венеции «Тартар». После короткого абордажа он ставит простейшее взрывное устройство в крюйт-камеру корабля и навещает кают-компанию, где напоминает англичанину о его клятве. 27 полусонных моряков вместе с капитаном едва успели оплыть на шлюпке подальше, как на рейде раздался сильный взрыв. Горящие обломки раскидало в радиусе 300 метров, 50-пушечный приватир «Тартар» перестал существовать как боевая единица.

Дальше - больше. Несмотря на шквал протестов Форбэн продолжил свою миссию «занозы». В сентябре он атаковал очередной венецианский конвой, направленный с продовольствием войскам Савойского, и все суда сжег. Кардинал де Эстрэ был вынужден обратиться с просьбой к корсару воздержаться от таких действий, так как дожи пригрозили вступить в войну на стороне Австрии. Тогда Форбэн решил обстрелять Триест, один из главных портов снабжения войск принца Евгения. Ночью его корабли открыли огонь по Триесту и выпустили около 500 ядер, несколько домов было разрушено, пострадали портовые сооружения. На выходе корсара обстреляла небольшая береговая батарея из 14 орудий. Форбэн спустил 2 шлюпки и с 40 матросами атаковал батарею с суши. Пушки были взорваны, канониры – перебиты. После этого он обогнул «сапог» Апенинского полуострова и подошел к крепости Марсала в устье реки По, где находились продовольственные магазины австрийской армии. В результате скоротечной атаки часть складов была сожжена и уничтожено множество мелких судов, загруженных продовольствием. Поскольку Марсала находилась на территории папской области, из Рима в Версаль полетели гневные послания римского папы, возмущенного действиями капера.

Но Форбэн был уже далеко – очередной своей целью он поставил Фиуме, через который войскам Савойского поставлялось оружие и боеприпасы. Ночью «Перль» проник в гавань, на берег сошли 300 моряков, которые атаковали крепость Лоренцо. Форбэн не смог или не захотел удержать своих подчиненных, которые после этого предались грабежу. Бургомистр бросился к французскому консулу в Фиуме с просьбой о посредничестве. Форбэн принял делегацию и сказал, что если они хотят избежать бомбардировки города, то жители должны выплатить 10 тысяч экю корсарам, а поскольку граждане Фиуме сотрудничали с эмиссарами Савойского, то еще 30 тысяч экю будут платой королю Франции. Переговоры были в полном разгаре, когда в город вошли австрийские войска,  которые открыли огонь по французскому кораблю. Форбэн энергично ответил, но был вынужден сняться с якоря и уйти восвояси.

В конце ноября пришел приказ возвращаться во Францию. Действия Форбэна у берегов Италии можно смело назвать выдающимися. Особенно оценил их король Испании, который вручил ему шпагу, осыпанную бриллиантами. Согласно немецким данным к концу 1702 года армия Евгения Савойского испытывала громадные проблемы с продовольствием и порохом, и не последнюю роль в этом сыграл наш герой.




[5] Это не авторский эпатаж, это цитата из письма Савойского! Для знающих немецкий – «Der Splitter im Hintern».

[6] Прозвище правительства Венеции

 

Tags: капер, корсар, французский флот
Subscribe

  • Ирландия, мировоззренческое.

    Когда начинаешь копаться в чем-нибудь, изначально планируя развлекательное чтиво – почему-то постепенно это выходит из-под контроля и начинаешь…

  • Стратегия непрямых действий в XVI веке

    "Иногда шаг вперед - есть следствие пинка в зад" М. Задорнов. Кто о чем, а я опять про ирландский цикл. Несколько раз задавали мне один и тот же…

  • На фига козе баян?

    В смысле - Англии - Ирландия, России - Крым, и т.д. И да, лишнее подтверждение тезиса, что ничего в этом мире не меняется. Надо сказать, что все…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments

  • Ирландия, мировоззренческое.

    Когда начинаешь копаться в чем-нибудь, изначально планируя развлекательное чтиво – почему-то постепенно это выходит из-под контроля и начинаешь…

  • Стратегия непрямых действий в XVI веке

    "Иногда шаг вперед - есть следствие пинка в зад" М. Задорнов. Кто о чем, а я опять про ирландский цикл. Несколько раз задавали мне один и тот же…

  • На фига козе баян?

    В смысле - Англии - Ирландия, России - Крым, и т.д. И да, лишнее подтверждение тезиса, что ничего в этом мире не меняется. Надо сказать, что все…