George Rooke (george_rooke) wrote,
George Rooke
george_rooke

Categories:

"Миссия в Мурманск" - лейтенант US Navy Честер В. Джексон

28 апреля 1918 года из Чарльтона (США) американский крейсер «Олимпия» направился в неизвестном направлении. Командир корабля имел запечатанный конверт, который он мог вскрыть только у берегов Англии. Автор этих мемуаров был тогда вторым помощником кормового плутонга, отвечающим за артиллерийский расчет пушки D  («Дора») (какой "Доры" - непонятно. "Олимпия" на тот момент не несла башенных орудий - прим. переводчика).

12 мая недалеко от Глазго «Олимпию» встретили два британских миноносца, которые сопроводили корабль до мыса Рат. К полудню 14 мая американский крейсер бросил якорь в Скапа-Флоу.

20 мая в 3.30 ночи командир «Олимпии» вскрыл конверт, где сообщалось, что конечная цель следования – русский порт Мурманск. Через 4 дня мы были уже у Нордкапа, а утром 25-го – в Кольском заливе. Первое что мы увидели – это бесконечные бараки и уходящая вдаль железная дорога. Говорят, что до Великой Войны здесь были только маленькие русские деревеньки, теперь же пейзаж напоминал большой необорудованный железнодорожный вокзал.

Эта гавань была единственной для России незамерзающей гаванью на Севере, и через этот порт шли союзные поставки царю Николаю. В глубине бухты мы увидели броненосец англичан «Глори» под флагом адмирала Кэмпа, главы союзной миссии в Мурманске, а так же французский броненосный крейсер «Адмираль Ооб», стоящий на якоре вверх по заливу. Так же в гавани присутствовали русские крейсеры «Чесма» и «Аскольд» (последний был известен своим прорывом в Циндао во время русско-японской войны). Эти два корабля находились в руках большевистских мятежников, офицеров там не было, поскольку русские просто поубивали их (так в тексте – прим. переводчика). Около пирсов стоял английский транспорт «Порто» с несколькими ротами британских морских пехотинцев на борту.

 

Наша экскурсия в город была недолгой – всюду царила разруха, по словам встреченных мною русских офицеров город был переполнен более чем 4000 беженцев, бежавших от большевистской власти.

В воскресенье утром, 8 июня 1918 года, мы высадили десант (8 офицеров и 100 матросов), задачей которому было поставлено захватить узловые точки города и предотвратить возможное вторжение большевиков или финнов. Части же британской морской пехоты, высадившиеся одновременно с нами, были посланы в Колу, чтобы выгнать оттуда отряд ВЧК.

30 человек с «Олимпии» высадились на миноносце «Капитан Юрасовский», который русские моряки почти покинули. Наши матросы нашли корабль в неудовлетворительном состоянии и мы приложили много сил, чтобы устранить там все недостатки и поломки.

16 июня было так же воскресенье, и наша вторая рота проделала 8-мильный марш в Колу, которая расположена ниже по железной дороге. Это было приятное и неутомительное времяпрепровождение. В Коле нас встретил отряд казаков, которые были весьма добродушны, один из них, знающий английский язык, провел для наших офицеров экскурсию по этой старой русской деревне. В Колу мы  приехали ради отстрела своих винтовок и провели экзамены по стрельбе среди своих матросов. Результаты был в высшей мере удовлетворительными.

Пока мы занимались стрельбой на полигонах британский полковник Чарльз Мэйнард прибыл с задачей создания русского легиона. 1000 британских солдат – ветеранов боев в Европе – составили костяк Легиона и должны были обучить русских приемам боя. Они немедленно стали записывать русских в состав Легиона и снабжать их обмундированием и оружием.

В Мурманске находилось очень много женщин и детей, бежавших из Петрограда. Мой повар – бостонский ирландец Мерфи – взял на себя заботу о снабжении этих несчастных хлебом, который он выдавал через иллюминатор пришвартованного к пирсу катера. Одна благодарная русская пара так умилилась увиденному, что подарила Мерфи свой автомобиль (как-то слабо верится в такой подарок. Скорее всего парень просто обменял хлеб на автомобиль – прим. автора).

Вернувшись из Колы мы провели ночь на транспорте «Порто» а утром был поход в баню. Это такая каменная хижина, в одном конце которой стоит топка с раскаленными камнями, на которую русские выливают ведро воды, чтобы комната заполнилась горячим паром. Русским эта процедура очень нравится.

4 июля был наш праздник, который наблюдал целый город. Наша рота причалила на берег для участия в концерте, кроме того – мы порадовали зрителей бейсбольным матчем с англичанами. Русские моряки потчевали нас горячим чаем и хлебом. Все вроде бы было хорошо, но неделю спустя одна из двух бомб, брошенных в спальню русского капитана (Кетлинского) оторвала примерно 4 фута его кровати. Сам он был ранен, здание было в аварийном состоянии. Это произошло в 4 часа утра, а уже в 12.00 город был оцеплен союзными патрулями. Капитан утверждал, что взрыв устроили большевитски настроенные матросы с «Аскольда». Адмирал Кемп приказал нам запретить сход с кораблей русским морякам, в случае неподчинения открывать огонь на поражение. Когда две шлюпки спустили с «Аскольда», мы открыли по ним огонь, было убито два мятежника, а остальные вернулись на корабль.

На следующий день английский отряд под командованием лейтенанта Арвина и мичмана Смола высадился на «Аскольде» и захватил его. Французские солдаты сделали то же самое на «Чесме». 21 июля русские моряки с «Аскольда» и «Чесмы» в качестве военнопленных были препровождены на берег, их выстроили в две колонны и обыскали. Среди них было более чем 100 женщин, которые жили на этих кораблях с прошлой осени. Все они были заключены в тюрьму в 100 км от Мурманска.

Британцы тем временем начали сгружать буквально тонны стрелкового оружия со своих кораблей – весь город был забит ящиками с боеприпасами и автоматами. Мы так же внесли посильную лепту, предоставив наземным частям несколько новейших пулеметов Льюиса.

В последних числах июля английский генерал Пул использовал две наши роты в деле у Архангельска, 15августа, во время преследования большевиков у деревни Селетской, мой друг Дью Перши стал первым из трех матросов-американцев, получивших ранение во время интервенции.

Я был возвращен на «Олимпию» 13 августа и послан вместе с лейтенантом Фредом Вайером и четырьмя матросами в качестве командира на русский миноносец «Бесшумный». Его офицеры и моряки были ветеранами царского флота, отслужившими всю войну. Миноносец имел две 75-мм пушки, три торпедных аппарата и так же два сбрасывателя глубинных бомб на корме для борьбы с немецкими подводными лодками. Однако из-за небрежности команды пушки «Бесшумного» уже давно заморозились, потребовался шланг с горячей водой с «Олимпии», чтобы тяжелые ледяные глыбы покинули свои убежища и вывалились на палубу.

Вторая проблема, которую пришлось решать на русском миноносце, - это отсутствие угля. Корабль буквально промерз насквозь, все наши попытки договориться с англичанами о выделении горючего для миноносца остались без ответа. В результате американские матросы установили твердые дежурства, и раз в 4 часа возвращались на «Олимпию» греться, русским же я  предоставил решать этот вопрос самостоятельно.

Все же 7 сентября русским миноносцам выделили уголь и торпеды, которые они должны были взять в Александрове. Мы думали, что наконец-то русские миноносцы выйдут в дежурство в Кольский залив, однако мы ошибались. Утром 8-го числа Пул приказал снять русские команды с кораблей, и заменить их на союзные. Русские спустили свое знамя с «Бесшумного», русский офицер отдал его лично мне.

1 рота вернулась из-под Архангельска на Олимпию 15 сентября, ее сменили 4600 солдат 339-й пехотной дивизии Национальной гвардии Висконсина. Через день прибыло американское торговое судно и мы получили пополнение в 50 матросов.

Стоит так же отметить, что в течение лета британцы завезли в Россию азиатский грипп («испанку»), говорили что во всем виноваты сипаи-ласкары. Смертность среди русских была очень велика.

 15 октября началась полярная ночь. 24-го мы подняли якорь и отплыли в Архангельск. 5 ноября адмирал МакКьюри принимал парад американских войск в городе. 8 ноября мы отбыли в Мурманск, погода в конец испортилась и на переходе нас застиг жестокий шторм. Около 17.00 мы узнали, что Германия подписала перемирие. На следующий день «Олимпия» приняла на борт 47 раненных американских солдат, вернувшихся из Архангельска и мы начали погрузку угля. Уже 13 ноября мы были в Шотландии. 18 наш крейсер спустился к Портсмуту, а оттуда взял курс домой.

Таким образом в течение шести месяцев мы находились в Арктике, став первым американским вооруженным кораблем, который попал на Русский Север в этом столетии.


Tags: американский флот, олимпия
Subscribe

  • Немного о Лепанто.

    Наверное, начать стоит с завоевания Греции, что дало Порте возможность контроля за почти всем Восточным Средиземноморьем. Но именно в Греции…

  • Американская революция, часть 31

    Надо сказать, что брандеры использовались ещё со времен Непобедимой Армады. На мелкие судёнышки грузили порох, горючий материал и направляли оные на…

  • Про испанский флот

    Опять тут читаю Тритена, на этот раз про эволюцию военно-морской тактики флота Испании. И очень интересно получается. Вообще, первая военно-морская…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments