George Rooke (george_rooke) wrote,
George Rooke
george_rooke

Categories:

Гнев и бессилие

Следующие пара частей будет основана на книгах Джонатана Израэля "The Dutch Republic. Its Rise, Greatness, and Fall 1477-1806", Георга Эдмундсона "History of Holland" и Яна ван Зандена "The Rise and Decline of Holland's Economy: Merchant Capitalism and the Labour Market". Ну и историческое эссе профессора Клейна "Patriots Republikanisme".

Но начнем мы наверное с далекой России, куда после смерти Анны Иоанновны занесло одного из главных героев этой части - Людвига Эрнста Брауншвейг-Вольфенбюттельского, которому дали вторую фамилию, чтобы отличить его от его дяди, тоже герцога, и тоже Брауншвейгского.
Миних совершил дворцовый переворот, выкинув Бирона из дворца как осыпавшуюся новогоднюю елку в начале лета, в результате которого бывший герцог Курляндский лишился и звания регента и своей вотчины, а правительницей при своем малолетнем сыне Иване была объявлена Анна Леопольдовна. И вот Людвига Эрнеста племянница позвала в Петербург, дабы тот помог ей в управлении делами. За это герцогу была предложена корона Курляндии, а также рука дочери Петра Великого - Елизаветы. Герцогом Курляндским он стал достаточно скоро, выиграв, между прочим, гонку за корону у Морица Саксонского. В июле Людвиг приехал в Петербург, где оставил в принципе неплохие воспоминания (если верить мемуарам Манштейна).
Однако в женихах Елизаветы Брауншвейгский проходил меньше полугода - 26 ноября 1741 года в России произошел новый дворцовый переворот, и герцог загремел под арест. Курляндию у него вскоре отобрали, а их России выпинули.
Так вот, именно он, Людвиг Эрнст Брауншвейг-Вольфенбюттель, в 1751 году стал капитан-генералом Нидерландов, а чуть позже - фактическим ее правителем.
Но давайте обо всем по порядку.
Поскольку у нас не детектив и нагнетать интригу нет смысла, сразу скажем, что надежды голландцев на нового штатгальтера не оправдались. Полностью.
Если его и сравнивать с кем-то - так это с королем, блистательно сыгранным Евгением Леоновым в фильме "Обыкновенное чудо".

вроде есть что-то похожее и внешне


Собственно править и заниматься делами он совершенно не хотел, поэтому отдал управление страной на откуп своему "министру-администратору", коим оказался этот самый герцог Брауншвейгский.
Тот был и рад стараться, издав 3 мая 1766 года манифест, согласно которому любые законы в прекрасной Голландии могли приниматься только с его одобрения.
Естественно, Брауншвейгский начал тащить в управление республикой своих родственников, самого штатгальтера женил на принцессе Вильгельмине, тоже из рода Брауншвейгских, чем вызвал неистовый батхерт голландцев, ибо принцесса была английской подданной, а в Голландии с некоторого времени чувство враждебности к Англии было очень сильным.
Естетсвенно, никаких реформ не производилось. И нация начала обогащаться как умела - с помощью спекуляций и инвестиций. Естественно - инвестиций в чужие экономики, прежде всего - в английскую (причем чаще всего - вкладывали деньги в североамериканские колонии, давая ссуды на расчистку плантаций под сахар, хлопок и табак).
Что касается вооруженных сил - было понятно, что на данный момент Голландия окружена сильными в военном плане соседями, и ей нужны для отстаивания своих интересов сильные армия и флот. Однако решить, что укреплять в первую очередь, так и не смогли. Приморские провинции (Голландия, Зеландия и Фрисландия) требовали строительства мощного и современного флота. Утрехт, Гельдерланд, Оверисейлл (Овернь) и Гроннинген настаивали на перевооружении и создании сильной армии.
Споры шли годами, но ничего не делалось. В конце концов возобладала третья концепция - ежели кто на нас войной пойдет - откупимся и будем жить дальше, как жили.
Американская революция вызвала бешеную симпатию голландского общества. Мало того, что Америку с Голландией связывали финансовые и торговые интересы (голландские Вест-Индские острова были основой американского торгового треугольника), голландцы восприняли американцев как своего союзника в борьбе с английским гегемоном. Эта позиция сблизила все голландское общество с французами, прежде всего с идеями просветителей, все три бургомистра Амстердама были явно проамерикански настроены, в стране велась антианглийская пропаганда - и во главе всего этого штатгальтер-англофил Вильгельм V и "министр-администратор" (тоже англофил) герцог Брауншвейгский.
Чего хотели голландцы от революции? Чем она их привлекла?
Прежде всего - декларацией о "свободной торговле". Голландцы, теснимые отовсюду протекционистскими тарифами, увидели в США спасение для своей экономики. Без сильной армии и флота они уже не могли отстаивать свое торговое и конкурентное преимущество, и теперь умами завладела идея хотя бы экономического и торгового равенства.
Голландские острова Курасао и Сент-Эстатиус стали центрами контрабандной торговли с повстанцами (впрочем, мы уже писали об этом в теме об американской революции). Естественно, что голландские порты постоянно обыскивались английскими крейсерами в погоне за контрабандой. Амстердам стал главным страдальцем. Очень часто британские фрегаты приходили в нидерландские порты, просто захватывали суда и вели их в Англию на призовой суд.
При этом и Вильгельм и Брауншвейгский молчали. Общество трясло. А они молчали. Голландцы требовали войны. А они молчали.
Понимая, что Голландия на грани и вот-вот взорвется, в Гаагу прибыли французский посол Вагуйон и английский посол Йорк. Первый склонял голландцев к союзу с Францией, Испанией и восставшей Америкой, второй монотонно бубнил: "Бог терпел, и вам велел. Голландия и Англия уже век как союзники, не стоит нарушать традиции".
Йорк потребовал отстранить от обязанностей губернатора Сент-Эстатиуса ван Гейлера за торговлю с восставшими колониями и укрывательство их каперских судов. Его отстранили. Но прибывший на остров де Графф продолжил политику предшественника.
Йорк угрожал. Вильгельм запрещал. Брауншвейгский грозил карами. А Сент-Эстатиус поставлял колониям продукты питания, порох, ружья, пушки, ЗИПы для кораблей, обмундирование и т.д. Продавая на европейском рынке американские товары под своим лейблом. Голландцы развернулись во всю. Наконец-то появился ШАНС. То, что в торговле они лучшие - жители Нидерландов никогда не сомневались.
6 февраля 1778 года Франция объявила Англии войну. И теперь Голландия оказалась между молотом и наковальней. От нее усиленно требовали принять либо одну, либо другую сторону. И цимес был в том, что у голландцев не было флота, чтобы защититься от Англии. И не было армии, чтобы защититься от Франции.
И теперь на голландские порты начали делать набеги и французы. Почти по Чапаеву: "Белые придут - грабють. Красные придут - грабють. Куды бедному крестьянину податься?"
Наконец штатгальтер все же издал указ о строительстве флота. Но флот не может быть построен за пять минут. На 1777 год у Голландцев боеспособными было всего 5 кораблей (эскадра адмирала Биланда).
Англичане, напуганные проблеском решительности у Вильгельма, начали новый раунд переговоров, и в конце года пришли к согласию, что голландцы имеют право сопровождать и защищать свои корабли "ограниченным конвоем". Казалось бы, проблема решена. Но тут решила обострить дело Франция, сообщив, что в случае подписания соглашения с Англией голландцы лишатся всех торговых привилегий с королевством Людовика XVI. В конце концов Генеральные Штаты отменили соглашение с Англией об "ограниченном конвое".
Ответ Англии был резким и жестким - эскадра адмирала Биланда из 5 кораблей, сопровождавшая большой торговый караван из Вест-Индии, была перехвачена английским флотом у Портсмута, и вместе с торговыми судами приведена в английские порты. При этом Англия выставила ультиматум - согласно договору 1678 года Голландия обязана оказать Англии помощь кораблями и армией, выставив 14 линкоров и 40 тыс. человек в поле против Франции. Иначе все голландские торговые привилегии и льготы Англией отменяются. Срок на обдумывание - 3 дня.
Заседание Генеральных Штатов в это раз было похоже на сходку болельщиков ЦСКА после поражения от Спартака. В зале гремели обвинительные речи, депутаты требовали крови. 17 апреля 1779 года союз с Англией (плод трудов Вильгельма III Оранского) был разорван, а 24 апреля был утвержден закон о "неограниченном конвое", согласно которому Голландия намеревалась вывести в море как можно большее количество кораблей и в случае нападения английских крейсеров топить их без жалости и сострадания.
Вильгельм и Брауншвейгский были по сути отстранены от управления государством, и на заседание Генеральных Штатов был приглашен русский посол, который рассказал о задумке Екатерины Великой провозгласить Лигу "вооруженного нейтралитета", согласно которой все нейтральные страны сообща будут защищать свою торговлю от воюющих сторон объединенными эскадрами. К Лиге уже присоединились Швеция и Дания, и таким образом, вместе с Россией и Голландией эти страны могли вывести в море 60-70 кораблей.
До войны с Англией остался один шаг.

Tags: Голландия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments