George Rooke (george_rooke) wrote,
George Rooke
george_rooke

Categories:

«Ты помнишь, как все начиналось?», часть вторая.

Я бы назвал эту часть: «Кто вы, парни, будете, кто вас в бой ведет?»
Итак, весной 1778 года в войну с Англией вступила Франция. Хоу, узнав об этом, сразу же сложил свои полномочия, теперь английскими войсками командовал генерал Клинтон. Первое, что сделал новый командующий – сдал Филадельфию. В принципе выбора у Клинтона не было – к побережью Северной Америки плыл французский флот д’Этэна, и он мог зажать британские полки на полуострове между американской Континентальной Армией и морем. Понятно, что Континентальная армия не представляла собой очень уж значимую силу, но прорыв в любом случае означал потери, которые теперь англичане не могли себе позволить.
Вашингтон в Вэлли-Фордж титаническими усилиями сохранил, увеличил и обмундировал армию, теперь она составляла 11.8 тыс. человек, плюс 1800 штыков около Филадельфии. В принципе – почти равная англичанам. У тех было 5000 в Нью-Йорке и 10 тысяч в Филадельфии (готовились к эвакуации). Американцы имели шанс разбить англичан по частям.
Но американцы решили… ничего не делать! На самом деле логика в этом была. Франция вступила в войну, вот пусть она и воюет по-настоящему. А мы воевать погодим.
Даже когда отступавший Клинтон, растянувший свои 10 тысяч на 18 км, подставился, Вашингтон сомневался. Но вот все же решились на бой, атаковали англичан у Монмут-Кортхауз, и… как только англичане пошли в ближний бой – ожидаемо драпанули.
Лишь удобная позиция позволила американцам закрепиться и отбить атаки англичан. Клинтон все же выиграл этот бой. Он показал зубы, и беспрепятственно провел армию к Нью-Йорку.



Ну а далее американцы решили не вести активных боевых действий. В свою очередь англичане решили также изменить стратегию, и рисковать не своими жизнями, а жизнями индейцев, заключив союзы с местными племенами.
Клинтон укрылся в Нью-Йорке, Вашингтон совместно с французским флотом так и не решился атаковать город, и по большому счету до 1780 года никаких значимых военных действий не происходило.
А вот в 1780 году Королевский Флот смог нарастить численность, подтянуть силы к Америке, оттеснить французов и нанести несколько ударов испанцам, и нанести удар с юга. Еще в 1779-м 3.5-тысячный корпус сэра Арчибальда Кэмпбела внезапным ударом захватил Саванну, а потом и весь штат Джорджия. В 1780 году генерал Клинтон с 10-тыс. корпусом осадил Чарльстон, который вскоре сдался вместе с 5-тыс. гарнизоном.
Под началом дородного, но чрезвычайно энергичного полковника Банастра Тарлтона в составе королевской армии действовал представлявший собой смесь кавалерии и пехоты, чрезвычайно мобильный Британский Легион, бойцы которого могли преодолевать до семидесяти миль в день и нередко захватывали повстанцев-партизан врасплох в их становищах. Жесткая политика набора в королевскую милицию, когда лишь завербовавшимся гарантировалось, что их дома и урожай не будут сожжены, тоже оказалась достаточно эффективной. К концу 1780 года сопротивление в Южной Каролине было почти подавлено. Англичане уже обсуждали возможность быстрого завоевания Северной Каролины и вторжения в Виргинию.
Ну а далее началось сражение, которое, как и Саратога, является таким редким и таким приятным исключением для американцев. Речь о битве при Коупенсе.
Обширная цитата, которая, как обычно в этом ЖЖ, многое объясняет: «В этих условиях Натаниэль Грин совершил действие, являвшееся стратегическим ходом в той же мере, что и актом отчаяния – предоставил в распоряжение ставшего бригадным генералом Дэниэла Моргана 600 регулярных пехотинцев и остатки кавалерии (70 человек под командованием Уильяма Вашингтона, троюродного брата Джорджа) и направил их на запад Южной Каролины с заданием попытаться мобилизовать штат и вывести его из состояния прострации. Британский командующий лорд Корнуоллис приказал Тарлтону и его Британскому Легиону пресечь наглую вылазку Моргана.
На первый взгляд, в том, что кавалеристы в красных мундирах справятся с заданием, не могло быть сомнения. Собирая по пути подкрепления, Тарлтон устремился навстречу Моргану в своем обычном темпе, не обращая внимания на холодный декабрьский дождь, превративший дороги в трясину. «Старый Возчик», как прозвали мускулистого, ростом в шесть футов два дюйма Моргана, счел за благо поскорее унести ноги. К тому времени он привлек под свои знамена около трехсот ополченцев. Опережая авангард Тарлтона всего на пять миль, он подошел к реке Брод и обнаружил, что та разлилась, да так, что попытка переправы грозила бы ему потерей половины его маленького войска.
Неподалеку находился холмистый, слегка поросший леском участок местности под названием Каупенс, служивший окрестным фермерам местом зимних выпасов: на этом заброшенном пастбище Морган решил остановиться. К тому времени ему удалось пополнить свой отряд еще ста пятьюдесятью ополченцами, и долговязый виргинец задумал план сражения, рассчитанный на то, чтобы извлечь максимальную пользу из народной милиции, на которую не слишком надеялся. Расположив ополченцев в два эшелона перед позициями своих континенталов, он приказал им дать по наступающим два залпа, после чего пускаться наутек – что они сделали бы безо всяких приказов.
Примерно в ста пятидесяти ярдах позади второй линии ополченцев, на невысоком кряже, заняли оборону регулярные пехотинцы под личным командованием Моргана. Позади них, за гребнем, укрылся кавалерийский резерв Уильяма Вашингтона. Всю ночь Морган переходил от костра к костру, доводя свой план до каждого рядового и убеждая их, что если они сделают все как надо, поутру Старый Возчик переломит свой кнут о спину Бенни Тарлтона.
Тарлтон прибыл на место боя на рассвете 17 января 1781 г. после беспрерывного ночного марша и с ходу, без отдыха и завтрака, бросил своих людей в атаку. Это была его первая ошибка. Вторая заключалась в пренебрежении стрелками ополченцами, прицельным огнем выбившими из седел немало прикрывавших его фланги кавалеристов и немногочисленных офицеров.
Когда ополченцы, согласно приказу, устремились в тыл, Тарлтон решил, будто битва уже выиграна, однако, увлекшись погоней, натолкнулся на ожесточенное сопротивление регулярной континентальной пехоты. Британский командир ввел в сражение свой резерв – бойцов 71 го Шотландского полка с тем, чтобы совершить обход противника с фланга. Морган ответил на это стандартным маневром, известным как «откат фланга» и заключающимся в том, что, дабы избежать охвата, фланги отступают и разворачиваются навстречу обходящему противнику. Однако в сумятице отступление повели не только фланги, но и центр. Сочтя это свидетельством поражения американцев и желая завершить разгром, Тарлтон скомандовал штыковую атаку. С громкими криками «красные мундиры» устремились вперед.
Но в действительности Морган не утратил контроля над ситуацией. Уильям Вашингтон, оказавшийся на правом фланге англичан, прислал к нему гонца со словами «Они наступают как беспорядочная толпа. Дай по ним залп, и я пойду в атаку». Морган выкрикнул приказ и отступавшие континенталы развернулись, дали по преследователям залп и сошлись с ними в штыковую. Одновременно в тыл англичанам ударила кавалерия.
Вымотанные, и вдобавок ко всему лишившиеся многих командиров, британцы не выдержали удара. Некоторые побросали оружие и сдались, другие пустились в бегство. Через пять минут сражение закончилось. Морган одержал победу, уничтожив армию Тарлтона и кардинально изменив весь ход войны на Юге.»

Это действительно было образцово проведенное сражение, в котором американцы выглядели не хуже англичан. Единственно, что может немного подсластить пилюлю британцам – в их рядах было много милиционеров-лоялистов, то есть это все же победа не над регулярной британской армией.
Ну а тем временем, 10 июля 1780 года в Род-Айленде высадились первые 5.5 тысяч регулярных французских солдат из «Особой Экспедиции» графа де Рошамбо. Вскоре прибыли еще 2.2 тысячи, и к августу французский корпус составлял 7.7 тысяч человек. Высадились, осмотрелись, и… не двигались с места почти год, знакомясь с местным ТВД и союзниками, с которыми, а вернее – за которых предстоит воевать. Изначально сближались с американцами с большой осторожностью, вообще Рошамбо говорил де Грассу, что он видит продолжение кампании не на землях Тринадцати Колоний, а в объединении с испанцами и нападении на Ямайку.
И лишь в марте 1781 года стало понятно, что воевать совместно с американцами все же придется. Надо сказать, французы относились к колонистам, как к гирям на ногах. Примерно так же адмирал Вильнев при Трафальгаре относился к испанцам. Но союзников не выбирают, и близилась решающая битва.
Tags: США
Subscribe

  • Как начинаются войны

    Из-за решения в 1801 году не передавать свои корабли англичанам и дать бой датский флот в значительной степени оставался неповрежденным и…

  • Хроники английского Кавказа, часть 31

    Прибывший в Дублин Перрот не сильно торопился приступать к исполнению своих обязанностей — по городу даже поползли слухи, что сэр Джон при одном виде…

  • Экспедиция Лестера - 1

    Ну а на Варспоте начался еще один мини-сериал из пяти частей, который я давным давно обещал, когда мы с вами еще разговаривали в Клубе Дюма. Речь об…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • Как начинаются войны

    Из-за решения в 1801 году не передавать свои корабли англичанам и дать бой датский флот в значительной степени оставался неповрежденным и…

  • Хроники английского Кавказа, часть 31

    Прибывший в Дублин Перрот не сильно торопился приступать к исполнению своих обязанностей — по городу даже поползли слухи, что сэр Джон при одном виде…

  • Экспедиция Лестера - 1

    Ну а на Варспоте начался еще один мини-сериал из пяти частей, который я давным давно обещал, когда мы с вами еще разговаривали в Клубе Дюма. Речь об…