George Rooke (george_rooke) wrote,
George Rooke
george_rooke

Category:

Трагедия "Ниобе" и рождение "Горх Фок"

“Горх Фок”

Прелюдия – трагедия “Ниобе”

После окончания Первой Мировой войны Германия осталась практически без флота. К концу 1921 года в составе ВМФ Германии числилось 8 древних линкоров-додредноутов, 8 устаревших легких крейсеров, 32 миноносца, 32 тральщика, 18 патрульных кораблей, 5 учебных кораблей и 33 вспомогательных судна. Это было все, что удалось сохранить после сражений и репараций от некогда великого флота. Численность личного состава Германского военно-морского флота ограничивалась 15 тысячами человек. Все это конечно же было сильнейшим ударом по самолюбию немцев, имевших перед Великой Войной второй флот в мире.

Особенно не хватало учебных судов. Поэтому, не смотря на крайнюю нужду в финансах Рейхсмарине, в начале 1921 года решили переделать захваченный во время Первой Мировой войны норвежский парусник в учебное парусное судно. Хотя парусник был не совсем норвежским: четырехмачтовая шхуна “Мортен Йенсен” (“Morten Jensen”) была построена в Дании на Фредериксхавнской верфи “Frederikshavn’s Værf og Flydedok” в 1913 году и первоначально принадлежала пароходству “F.L. Knakkegaard” из Нюкёбинга. В 1916 году судно было продано Норвегии и переименовано в “Тюхольм” (“Tyholm”). Однако судьба парусника в качестве норвежской шхуны оказалась недолгой - 22 ноября 1916 в Северном море парусник с грузом необструганной доски для Великобритании был остановлен немецкой подводной лодкой UB-41 под командованием Фридриха Карла Зихарта фон Зихартсхоффена. После осмотра призовой командой и ареста груза шхуна была сопровождена в Киль. До конца войны судно работало на каботажных линиях и служило бункеровщиком. Новые названия сыпались на шхуну, как дождь – “Альдебаран” (“Aldebaran”), “Ниобе” (“Niobe”), “Шван” (“Schwan”). Судно успело поработать при морском училище во Фленсбург-Мюрвике, использовалось для чартерных рейсов у побережья и даже было передано на время одной из немецких кинокомпаний. Наконец в 1922 г. парусник решили перестроить в учебное судно. Задачу эту поручили Феликсу фон Люкнеру – знаменитому командиру парусного рейдера “Зееадлер”. Было решено основательно перестроить “Шван” – сняли четвертую мачту, полностью заменили парусное вооружение, капитально переделали корпус судна, и четырехмачтовая шхуна превратилась в элегантную трехмачтовую баркетину. Корабль окрестили “Ниобе”. Он имел следующие характеристики:

Тип судна трехмачтовая шхуна-барк

Водоизмещение 675 тонн дейдвейта

Площадь парусов 953 кв.м.

Длина корабля 46,1 м, максимальная - 58 м.

Ширина корабля 9,17 м

Осадка около 5 м

Экипаж 115 человек (35 членов экипажа и до 80 кадетов)

Высота грот-мачты 34,8 м

Силовая установка двухцилиндровый двухтактный дизельный двигатель

Мощность 240 л.с.

Балласт 155 т стального балласта

6 февраля 1922 года в Вильгельмсгаффене в торжественной обстановке “Ниобе” приняло на борт команду и первых кадетов. Каждый год четыре учебных курса (три для кандидатов в унтер-офицеры, четвертый для кандидатов в офицеры) курсанты проходили на новом судне практику, которая длилась от 2 до 3 месяцев. Двенадцать дней давалось на теоретические упражнения и знакомство с кораблем, а затем парусник совершал плавания в Северном или Балтийском море, а иногда и в Атлантике.

26 июля 1932 года произошла трагедия, напрямую связанная с появлением на свет героя нашего описания.

“Ниобе” шел из Киля в плавание по Балтийскому морю. Первая остановка должна была быть в Варнемюнде. На ночь судно остановилось на якоре у острова Ферман. Дул свежий юго-западный ветер силой 3-4 балла. Утром судно снялось с якоря, в 13.00 был пройден плавучий маяк Ферман-Бельт, меж тем на юго-западе были замечены грозовые облака. Командир учебного судна капитан-лейтенант Руфус (Ruhfus) приказал убрать верхние паруса и зарифить остальные. Заморосил дождь. В 14.27 внезапно начался шквальный ветер и огромная приливная волна накренила судно примерно на 40-50 градусов. О дальнейшем говорит донесение начальника плавучего маяка Фермарн-Бельт Томсена:

26 июля около 14 ч. плавучий маяк Фемарн-Бельт и учебный корабль “Ниобе” вели переговоры флажными сигналами. В 14.15 “Ниобе”, который уже спустил брамсели, проходил плавучий маяк. Расстояние до парусника составляло около 0,5 морских миль. Около 14.30, в то время как команда учебного судна убирала паруса, налетел сильный грозовой шквал – с силой ветра до 7 балов с юга, позже изменив направление на юго-западное - с ливневым дождем.

В эту же минуту “Ниобе” опрокинулся. Я видел только лишь, как часть корабля выделяется из воды.

Спасательная шлюпка с моего плавучего маяка сразу помчалась к месту трагедии. Несмотря на угрожающую метеорологическую ситуацию я считал необходимым лично вести лодку и лично руководить спасательной операцией.

Чтобы обратить внимание на происходящую трагедию проходящего мимо парохода “Тереза Русс”, я просил дать несколько громких гудков. Однако пароход сам наблюдал аварию, и сразу же подошел к месту, где затонул “Ниобе”. Мы спасли 19 человек, в том числе и командира судна.

Все пострадавшие в трагедии находились в районе 50-100 м, частично без спасательных жилетов. Некоторые цеплялись за выброшенные обломки рангоута и таким образом держались на воде.

Наша спасательная акция была закончена всего за 30 минут. Спасенные передавались на пароход “Тереза Русс”.

Иллюминаторы нижних деков по недосмотру вахтенных офицеров были открыты, и вода быстро заполнила помещения левого борта. Первый помощник пытался повернуть судно по ветру, но “Ниобе” быстро накренилось и опрокинулось в течение двух-трех минут. Столь быстрая гибель баркентины определила и большое количество жертв – погибли 69 человек (3 офицера, корабельный врач, казначей, 10 кандидатов в офицеры, 8 унтер-офицеров, 36 кандидатов в унтер-офицеры, 9 матросов и кок). К месту трагедии подошло множество кораблей и судов: крейсеры «Кельн» и «Кенигсберг», пароход Гамбургского пароходства “Терезе Русс”, спасательная шлюпка плавучего маяка, быстроходные катера. Однако спасти удалось лишь 40 человек, в том числе и командира “Ниобе” Руфусса.

Состоялся военный трибунал, рассмотревший дело “Ниобе”. Слушание продолжалось неделю и суд постановил, что командир парусника не виноват в случившемся. Судьи признали ситуацию форс-мажорной, никакой моряк не смог бы спасти судно.

21 августа 1932 г. поднятый со дна моря парусник привели в Кильскую бухту. В Германии был шок. Сравнить это можно только с трагедией ПЛ “Курск”, произошедшей у нас 2000 году. Рейхсмарине срочно арендовало пять маленьких шхун, чтобы как-то продолжить обучение кадетов “Команды-32”, однако все это были полумеры. Для строительства нового учебного судна был учрежден благотворительный фонд “Пожертвования “Ниобе”, куда каждый житель Германии считал обязанностью внести хоть какие-нибудь деньги. Трагедия объединила немцев: даже Монетный двор выпустил монеты с изображением парусника достоинством в 5 марок, которые были переданы фонду как безвозмездная помощь. В результате было собранно более 200 тысяч марок, что позволило приступить к проектированию и строительству нового учебного судна.

Постройка

Морское ведомство объявило конкурс на постройку нового парусника проекта 1115 “Эрзац Ниобе”, куда были приглашены все ведущие судостроительные заводы страны.

Концерн “Дешимаг”, специализировавшийся на строительстве парусных судов, к сожалению не смог принять участие в конкурсе – на верфях был большой некомплект рабочих и специалистов, что слишком затягивало сроки постройки.

Условия же конкурса были довольно жесткими: моряки требовали построить исключительно мореходное, полноценное парусное судно, имеющее развитое парусное вооружение, дополнительный дизельный двигатель и оснащенное современной аппаратурой. Кроме того, руководство Рейхсмарине настаивало, чтобы судно было построено к 1 июля 1933 г., то есть к началу практических плаваний “Команды-33”. И было от чего впасть в панику – временно задействованные шхуны “Эдит” (66 брт), “Ютта” (66 брт), “Орион” (97 брт) и “Гуд-Вин” (75 брт) в 1933-1934 гг. должны были возвратиться к своему прежнему владельцу – “Ганзейской ассоциации подводного плавания”. Велись споры и о названии нового судна, но одно было известно точно – оно не будет называться “Ниобе”.

Из всех предложенных проектов был выбран вариант, представленный фирмой “Блом унд Фосс”. Поскольку время поджимало, постройка началась 2 декабря 1932 г. на верфи в Гамбурге. Судну присвоили стапельный номер 495. Работы шли очень быстро, и уже к 12 марта 1933 г. был сформирован корпус, началась отделка внутренних помещений и установка двигателя. 3 мая 1933 г. состоялся торжественный спуск нового учебного судна на воду. Парусник нарекли “Горх Фок” (“Gorch Foсk”).

На празднестве присутствовало более 10 тысяч зрителей; на специальной трибуне разместили 720 гостей, для высокопоставленных лиц была сооружена специальная платформа. Рядом с “Горх Фоком” стояла рота почетного караула с крейсера “Карлсруэ”, оркестр которого беспрестанно играл бравурные марши. Напротив находилась руководящая элита гамбургского полицейского комиссариата, за ними одетые в национальные костюмы представители всех слоев населения Германии. Кроме этого на празднике было полным-полно отставных моряков, представителей Германской военно-морской конфедерации, кадетов, делегатов от Гамбургского университета.

После речи адмирала Редера фрау Мари Фрёлих – председатель Немецкой женской морской ассоциации (организаторов фонда “Пожертвования “Ниобе”) – разбила о борт “новорожденного” бутылку шампанского. Один из совладельцев верфи “Блом унд Фосс” Рудольф Блом дал три гудка, и судно, набирая ход, съехало со стапелей в бассейн рядом с гамбургской гаванью.

Начались ходовые испытания нового судна. Проверялась работа дизеля на полных оборотах в течение 2 часов, а также систем навигации и связи. В акте приемной комиссии отмечалось, что судно сделано превосходно, замечаний нет.

“Горх Фок” был переведен в Киль для оснастки парусным вооружением. Под руководством такелажного мастера Зибера и его помощника Отто, помимо самих парусов, было установлено 7500 метров стальных тросов, 9400 метров пеньковых и манильских канатов, 372 деревянных блока, 78 стальных блоков, 117 съемных винтов, 1200 скоб и коушей, 200 штырей и 325 кренгельсов.

Испытания установленного парусного вооружения проходили в Балтийском море. Из Акта приемной комиссии:

На следующий день дул довольно свежий бриз. Брамсели, гаф-топсели и стаксели не были поставлены. Тем не менее иногда мы давали 12 узлов. Судно шло под парусами легко, как игрушка, и отлично управлялось, наибольший угол крена при ветре составил 10 градусов. Я убежден, что "Горх Фок" при хорошем ветре может дать около 14 узлов без всякого риска для мачт и парусов.

27 июня 1933 г. барк “Горх Фок” был принят на службу в Рейхсмарине в качестве учебного парусного судна.


Полностью эту статью можно прочитать в журнале "Морская компания" №2 за 2008 год.
Tags: Кригсмарине
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments