June 25th, 2021

Снабжение, проблема остается.

Итак, история, как дама капризная, совершила поворот по спирали. От чего пытались уйти, к тому и вернулись. С одним отличием. теперь магазины кормили армию дома (в оборонительной войне или при передвижениях внутри страны) и в начале наступления. А как только войска отрывались от своих баз более чем на пять дней - начинался либо грабеж, либо контракты, либо и то и другое вместе.
Дошло до того, что 1783 году в Австрии был создан корпус военного снабжения, только он занимался не поставками в армию своих припасов, а для "более эффективного использования местных ресурсов, добытых в результате реквизиций и разграбления". По сути, это были профессиональные мародеры.
Как ту не вспомнить пана Анджея?)
"Петер Эвертсен смотрел и считал. Рассчитывал. Пересчитывал. Пэтер Эвертсен был Верховным Имперским Казначеем, во время войны - первым коморником армии. Он исполнял обязанности двадцать пять лет. Расчеты и подсчеты были его жизнью.
Стенобойная машина стоит пятьсот флоренов, осадная башня - двести, камнемет - минимум сто пятьдесят, самая простая баллиста - восемьдесят. Обученная прислуга получает десять с половиной флоренов месячного жалованья. Колонна, которая тащится на Венгерберг, обходится, считая лошадей, волов и мелкое оборудование, самое меньшее в триста гривен. Из гривны, иначе - марки чистого золотого песка, весящей полфунта, чеканят шестьдесят флоренов. Годовая добыча крупных приисков - пять-шесть тысяч гривен...
Тактическая хоругвь состоит из девяти обычных хоругвей и насчитывает две тысячи конных. Хоть солдаты Виннебурга скорее всего уже не будут участвовать в крупных боях, все же в стычках поляжет не меньше одной шестой состава. Потом будут лагеря и биваки, отравленная пища, грязь, вши, комары, протухшая вода. Неизбежно начнутся тиф, дизентерия, малярия, которые унесут еще не меньше четверти. К этому надо прибавить общим счетом непредвиденные несчастные случаи, обычно около пятой части состава. Домой вернутся восемьсот. Не больше. А скорее всего - и того меньше. Веселая войнишка."

К тому же сильно возросшие армии требовали гигантской службы снабжения, которая должна была по размерам быть ничуть не меньше самой армии. Более того, чем больше была армия - тем меньше она могла оставаться на одном месте - местность просто выжиралась под корень, отсюда и появилась тактика, которая называлась "полет орла". То есть армия могла жить, пока двигалась. Причем двигалась - желательно - не по разоренным территориям.
Не правда ли, после этих слов, сидение французов в Москве в 1812-м и их отход по Старой дороге, смотрятся совершенно под другим углом? По сути, Кутузов заставил армию французов уничтожить саму себя. В этом плане было совершенно по хрен, выиграет он Бородино, или проиграет. Главное, чтобы русская армия осталась цела.
К началу XIX века войска в основном вообще отказались от осад. Причина первая: мы уже озвучили, местность вокруг выжиралась полностью, и со снабжением начиналась ле попа. Но была и причина вторая - армии настолько разрослись, что легче было выделить для блокирования сильной крепости 10-15-20-25 тыс. человек из состава, а основной частью армии двигаться дальше. Просто потому, что даже в самой большой крепости невозможно сосредоточить 100-120 тыс. солдат. Даже 50 тыс. невозможно.
И, кстати, с этой позиции становится понятным подход Суворова - лучше штурм, чем осада. Во время штурма потери все равно ограничены, при осаде, армия, выжрав все вокруг, начнет убивать сама себя.
Наполеон за все время Наполеоновских войн провел всего ДВЕ осады, все остальное - полевые сражения. Как писал император - "современная армия в 250 тыс. человек вполне может выделить 50 тыс. человек для блокады даже самой сильной крепости, при этом сила армии почти не пострадает".
По логистике Наполеона, чтобы не повторяться, я дам ссылки:
https://george-rooke.livejournal.com/547877.html
https://george-rooke.livejournal.com/514796.html
Но, в общем, проблема снабжения была все Наполеоновские войны и всех, и это был именно какой-то тупик, который никто из стран так и не смог решить. Напоследок еще одна цитата от императора Франции: "Армию двигает вперед ее живот". Не правда ли, исчерпывающе?

ЗЫ: небольшая добавочка в споры "остроконечников" и "тупоконечников", почему Наполеон пошел на Москву, а не на Петербург. "Район Москвы является довольно густонаселенным, там в среднем живут от 70 до 120 человек на квадратную милю. В районах же Санкт-Петребруга этот параметр - не более 20 человек на квадратную милю". То есть около Москвы и в Москве было кого пограбить, где взять припасы. В районе Санкт-Петербурга - не было.

Хроники английского Кавказа, часть 23

Еще со времен Генриха VIII Англия считалась ненадежным должником, кредитный рейтинг ее был очень плохой. К эпохе Елизаветы ситуация не изменилась, финансы Англии были чрезвычайно расстроены. Давайте начнем с самого начала, и данные мы возьмем из статьи Трумэна «Елизавета I и ее финансы». Итак, взойдя на трон в 1558 году, королева унаследовала от предшественников долг в 227 тысяч фунтов. Из этих денег более 100 тысяч фунтов Англия была должна Антверпенской бирже, которая выдала кредит по ставке 14% годовых – проценты огромные по тем временам, сравнимые с нынешними микрокредитными организациями, ибо нормальной ставкой считалось 4-6% в год.
Пришедший в 1560 году в Казначейство Уильям Сессил, лорд Берли решил реорганизовать финансовую политику государства, чтобы королева могла полагаться на займы внутри страны, а не искать их за границей.  В 1571 году был принят свод законов о ростовщиках, который и стал основой перевода займов из внешних на внутренние. Реформа оказалась удачной, и в 1576 году Елизавета во всеуслышанье объявила, что у Англии теперь нет внешних долгов. Однако это было неправдой – да, внешних долгов больше не было, зато как на дрожжах росли долги внутренние – на 1575 год они уже составляли 336 тысяч фунтов.
А теперь давайте посмотрим на общее положение с финансами. Итак, доход королевы Англии составлял около 380 тысяч фунтов стерлингов – явно немало. Однако с началом восстания Десмонда расходы стали расти как на дрожжах. С 1579 по 1582 год на войну в Ирландии уже было потрачено 320 тысяч фунтов стерлингов, дефицит бюджета составил 86 тысяч фунтов, Елизавета в 1582 году впервые за время своего царствования была вынуждена обратиться к внешним займам, опять прося о них Голландию, которая прокредитовала Англию на 1 миллион фунтов… по той же ставке, 14% годовых.
Как раз из этих перманентных финансовых проблем идут истоки интереса королевы к сомнительным торговым операциям и предприятиям, типа сдачи частному капиталу в аренду королевских кораблей и солдат, или долевое участие в работорговле и пиратстве, и т.п. Но проблема была в том, что на одну удачную операцию (скажем, к такой можно приравнять кругосветный вояж Дрейка, совершенный в 1577-1580 годах) приходилось по десятку неудачных, где королева как пайщик несла убытки.
Это сопровождалось инфляцией и ростом цен на продукты, которые подорожали на 75%. Грубо говоря, уже в 1582 году Англия была на грани бунта. Собственно, именно поэтому Елизавете как воздух нужно было срочно сократить траты на войну в Ирландии.
И тут возникает закономерный вопрос – а какие доходы получала английская корона с Ирландии? И вообще – почему она так держалась за Ирландию?
Давайте сначала рассмотрим первый вопрос. Итак, согласно статье Кэтти Элизабет Скелтон «Елизавета и управление Ирландией: продолжая заселение первой английской колонии, 1558-1603 г.г.» в период 1558-1563 г.г. ежегодные доходы Ирландии составили ежегодно 3 964 фунта стерлингов. Для сравнения – расходы на войска и администрацию в Ирландии составляли 40 897 фунтов. В период 1563-1569 г.г. доходы возросли до 15 тысяч фунтов, а расходы упали до 23 230 фунтов. Однако тут происходил первое восстание Десмонда, и в течение 1571-1575 годов доходы опять падают до смешной цифры в 4 856 фунтов стерлингов, тогда как расходы возрастают 45 497 фунтов стерлингов ежегодно. Еще хуже обстояло положение дел во время второго восстания Десмонда: уже в 1579 году расходы короны на войска и администрацию составили 48 874 фунтов, к 1580 году они возросли до 65 129 фунтов, а в 1582-м составили гигантскую сумму в 85 342 фунта. При этом доходы все это время не превышали 4000 фунтов.
Совершенно то же самое повторялось и далее – во время Девятилетней войны (1593-1603 годы) расходы на администрацию и войска в Ирландии взлетели от 28 987 фунтов в 1593 году до 103 733 фунтов в 1599 году, и до совершенно немыслимых 160 722 фунтов в 1601-м, уменьшившись к 1603-му году до 83 334 фунтов. При этом доходы замерли на уровне 8-9 тысяч фунтов, плюс от 3 до 5 тысяч фунтов в разное время корона получала в качестве принудительного налога с держания земель на укрепление английских крепостей в Ирландии.
Таким образом, мы можем декларировать, что Ирландия для Англии была абсолютно убыточной территорией. Так почему же англичане держались за нее? Не легче ли было покинуть эту «проклятую землю»?
Тут играло роль несколько факторов, с финансами уже никак не связанных. Во-первых, английское присутствие на острове шло аж с XII века (мы уже говорили об этом), и тот же Пэйл, так же как часть других земель в 1500-м англичане считали своими, «обильно политыми кровью предков, и отвоеванными их храбростью».

https://fitzroymag.com/right-place/irlandskie-vojny-chast-xxiii/