December 18th, 2020

Немножко Ирландии

Специально для моих читателей в ЖЖ, а то что-то давно у меня в ЖЖ вкусного ничего не было) И да, не воспринимайте эти записи серьезно, нет, я стараюсь придерживаться исторической версии событий, но спецы, скорее всего, тут могут найти ошибки или неправильные толкования.

В 1314 году шотландское войско Роберта Брюса одержало победу над англичанами при Бэннокберне, и шотландцы, подстегиваемые угрозой потери острова Мэн, решили перейти в наступление. Но вот вопрос – куда вторгаться? И после некоторых раздумий новым местом действия была выбрана Ирландия. Во-первых, потому, что там бы естественным образом организовался второй фронт против Эдуарда II. Во вторых, шотландцы считали, что ирландцы – это «родственные души», обе страны имели большие культурные и социальные связи, и Брюс рассчитывал, что он получит поддержку местных жителей. Именно поэтому в Ирландию Робертом была направлена армия под руководством его брата – Эдварда.
Шли не просто так, а – по приглашению. К королю Шотландии за помощью обратился Домнэлл МакБрайан О’Нилл, владетель Тир Эогана (Tir Eogain). Но проблема была в том, что (как и во все периоды войн в Ирландии) О’Нилл решал свои местечковые проблемы – его владения были зажаты между землями Ольстера, где правил Ричард Ог де Бург (Og de Burgh, «Красный Граф»). Понятно, что Ольстер в этой ситуации поддержали англичане.
В конце мая 1315 года 6000 шотландских солдат под командованием Эдварда Брюса высадились между Ларном и Глендрумом, Ричард Мортимер, осуществлявший координацию с «Красным Графом», получил данные почти сразу же и соединил свои войска с ирландскими союзниками и вассалами.
Как развивалось сражение – непонятно, известен только результат – англичане и ольстерцы были отброшены назад и отступили в полном беспорядке, что стало манной небесной для конницы О’Нилла, а Эдвард тем временем захватил город Каррикфергус (правда донжон остался не захваченным), что дало шотландцам плацдарм на берегу Ирландии.
Когда к Эдварду прибыл О’Нилл, тот потребовал от него вассальную присягу, как новому королю Ирландии. О’Нилл легко дал эту клятву, поскольку в Ирландии таки клятвы могли даваться по шесть раз в год и не значили почти ничего.
Далее Эдвард, получив подкрепления и присоединив войска союзников, огнем и мечом прошелся по землям, настроенным проанглийски. Были взяты, разорены и сожжены Ратмор, Кастелро (Castleroache), Дандлок, и часть лордов, решив, что в Ирландии появилась новая сила, встали под знамена брата шотландского короля. Ибо в Ирландии только сила значила хоть что-то, и в этом смысле для англичан ее можно сравнить с русскими боданиями на Кавказе.
После этих побед Эдвард угрожал Дублину и английским землям в Ленстере, поэтому уже к июлю англичанами были срочно созданы две новые армии, одна из которых оперировала в Ольстере (там союзником выступал «Красный Граф»), а другая – в Манстере, где союзником англичан был король Коннахта Фелим О’Коннор (союзника Felim Ua Conchobhar). По сути по шотландцам был задуман концентрический удар сразу с двух сторон.
Де Бург вел действия на коммуникациях Эдварда с севера, но на атаку не решился, и Эдвард, дабы обезопасить себя от удара в тыл, переправился через реку Банн у города Дерри, тем самым отделив себя от «Красного Графа». Одновременно с этим О’Нилл напал на Колрейн, где разрушил мост через Банн, поэтому быстро переправиться на другой берег де Бург уже не мог.
Началось «стояние на реке Банне», где Эдвард имел все преимущества – он находился на дружественной территории, не испытывал проблем со снабжением, а идущий на помощь де Бургу Эдмунд Батлер, граф Ормонд, в логистику не смог, и на полпути развернулся обратно, в родные пенаты. Поэтому вскоре Красный Граф отступил к Антриму.
А что же Эдвард? С одной стороны, чисто военная ситуация диктовала ему преследовать и разбить де Бурга. Но Эдвард был не менее хорошим политиком и дипломатом, нежели воином, и он понимал, что Ирландия – это хитровытраханный баланс сил и сторон, и размажь он сейчас де Бурга – все лорды сразу же объединятся против него. Поэтому брат короля… натравил на погоню Фелима О’Коннора. Этим самым он убивал двух зайцев. Во-первых, он в этих ваших ирландских разборках не участвует. Во-вторых, Коннахт в отсутствие короля и реальной военной силы не сможет переметнуться на другую сторону. Ах да, как Эдвард это сделал?
Эдвард, действительно красавчик, послал весточку претенденту на трон Коннахта Каталу О’Коннору (Cathal Ua Conchobhar), мол, королек-то ваш, старый дурак, англичан поддержал, и теперь можно реализовать мечту и стать… ну если не акционером ОАО «Газпром», то новым королем Коннахата. Катал поднял восстание, и был Эдвардом безжалостно размазан, буквально втерт в землю. После этого альтернатив Фелиму в Коннахте не осталось, он поддержал шотландцев и основательно выпотрошил де Бурга. То есть помощник де Бурга в полете переобулся и стал врагом де Бурга.
Как только проблема Коннахта решилась, Эдвард пересек Данн и в сентябре осадил остатки войск де Бурга в Антриме. Де Бург бежал в одну из ночей, и начал отступление, но проблема была в том, что путь к Ольстеру ему с одной стороны закрывали шотландцы, а сдругой – О’Коннор, поэтому бегать и скрываться приходилось по враждебным землям Коннахта, что привело к тому, что отряд его быстро начал таять.
Таким образом, всего за пять месяцев (май-сентябрь 1315 года) Эдвард стал главенствующей силой на западе Ирландии, он дважды разбил англичан и их союзников, умело действовал чужими руками, и казалось, что вскоре действительно станет первым полноправным королем Ирландии.
Однако….
Впрочем, об этом как-нибудь потом.

Американская революция, часть 23

Зима Финал близко..))

Противостоявший Корнуоллису Лафайет ничего не мог сделать – у него совершенно не было конницы, и армия его была просто слепой и медленной, постоянно проигрывая в развертывании англичанам. За это отдельное спасибо стоит сказать губернатору Вирджинии Томасу Джефферсону, который запретил Континентальной армии конфисковать лошадей и создать кавалерийские части, которые могли бы соперничать с Тарлетоном. В результате теперь страдали и солдаты, и плантаторы, и фермеры. Уильям Констебл, помощник Лафайета, писал Джефферсону, умоляя его выделить лошадей: «У нас крайне не хватает кавалерии, и это дает противнику такое преимущество, что они полностью контролируют ход боевых действий, и наши усилия переломить ситуацию тщетны».
Что касается Тарлетона – он раньше всех понял, что Гражданская война – это война бескомпромиссная, здесь не место состязанию чести, и вел войну на уничтожение. Плантации патриотов безжалостно сжигались, их ценности и рабы конфисковывались, только вступая в ряды «зеленых» можно было уберечь свое хозяйство.
В отчаянии Лафайет обратился к фон Штойбену с просьбой выделить лошадей, «иначе мы не сможем защитить страну». Штойбен ничего выделить не мог, и лишь двинулся с отрядом в 600 человек пехоты на помощь Лафайету. Это был жест отчаянья, ибо эти 600 человек, даже по признанию Штойбена, ничего не решали.
2 июня Лафайет был вынужден бежать, оставив Западную Вирджинию в руках англичан. Бежал он так быстро, что посланный ему на помощь обоз с амуницией и порохом попал в руки ребят Тарлетона. Помимо припасов там оказались и бумаги, которые были переданы в штаб. Среди них оказались депеши Лафайета Натаниэлю Грину, Штойбена – Джефферсону и Лафайета – Джефферсону, из которых следовало, что вскоре все военные и административные главы повстанцев должны встретиться в Шарлоттсвилле, городке в Вирджинии, на месте слияния рек Джеймс и Риванна. И вот у Корнуоллиса возникла идея – покончить с мятежом одним ударом – захватив в плен или убив всю верхушку Континентальной армии и администрации Вирджинии. Для дела были выделены полк рейнджеров Джона Грейвза Симко и «Британский Легион» (его еще называли «зеленые», по цвету курток) Баннастра Тарлетона.
Задачей Симко был удар в юго-западном направлении, грабеж и поджог склада боеприпасов повстанцев у Форк Поинт, тогда как «зеленым» предписывалось захватить или уничтожить губернатора Джефферсона, генералов Лафайта, Штойбена и Грина.
Лафайет подозревал, что нечто подобное может произойти, он писал Вашингтону: «в данной ситуации противник скорее всего попытается обойти и блокировать Шарлоттсвиль, поэтому я приказал эвакуировать армейские склады оттуда в Олд Кортхаус, неподалеку от Скоттсвилла».
5000 солдат Лафайетта и Штойбена в Вирджинии ничего не могли сделать с британцами, которые имели преимущество не только в обученности солдат, но и в мобильности – легкая конница англичан и лоялистов была пока вне конкуренции.
Активный и предприимчивый Корнуоллис гнал перед собой разрозненные полки повстанцев, постоянно повторяя, что «я иду выбить Лафайета из Ричмнода и захватить сердце мятежа - Вирджинию».
3 июня из Ганновер-Кортхауса выехали подразделения Тарлетона – они пошли на запад вдоль реки Св. Анны (North Anna river), надеясь совершить 60-мильный марш к Шарлоттсвиллю и резиденции Джефферсона – Монтичелло. «Зеленые» были закаленными в боях ветеранами, и хотя «они страдали от недостатка обмундирования, особенно сапогов, и были недостаточно вооружены», представляли собой грозную силу. Вдобавок к 180 драгунам Корнуоллис выделил 70 солдат 23-го полка Королевской Стражи, которые во время рейда должны были передвигаться на конях для быстроты.

Далее тут:
https://fitzroymag.com/right-place/krovavyj-bjen-i-bystryj-de-grass/