August 6th, 2018

"Много читают, но не военно-морскую литературу"

Есть такой историк военном-морского флота России Алексей Лебедев, который недавно выпустил свою новую книгу "Если завтра война..."
Поскольку я с Алексеем общаюсь довольно плотно по некоторым темам, мне она была действительно не безынтересна, и я ее прочитал. Но тут цусимские форумы принесли прекрасное....
Понимаете ли в чем дело... Нет, у меня к книге довольно много претензий, скажем, часть, посвященную кораблестроению и вооружению, а так же сравнению с иностранными флотами, я бы реально переписал набело, но с первой частью спорить довольно сложно. А эта первая часть посвящена тому, как русские правители строили флот, и как пытались его использовать. Была ли в этом проблема? Да, была. Причем огромная. На мой взгляд это говорит о слабой разработке теоретической базы по использованию флота, да и просто о слабой образованности (по сравнению с другими странами) "отечественных Марсов и Нептунов".
И вызванная книгой Алексея реакция - это четкое подтверждение тезиса, о котором я уже говорил как-то: "В теории управления первым понятием работы в эффективной команде стоит пункт: "Осознать и принять проблему". То есть ты должен понять - да, такая проблема есть, давайте найдем способы ее решения с помощью тех возможностей, которыми обладаем, и с теми силами и финансами, что у нас есть.
Так вот в теме о русской армии или русском флоте у нас вместо постановки проблемы постоянно идет ее полное отрицание. "Что? Плохо строим или плохо действуем? Нет такого! У нас все классно, мы в домике! А те, кто нам в наши проблемы носом тычут - агенты Госдепа и пятая колонна".
В результате получаем 1941-е года, или аналог Крымской."

Мы боимся признавать свои проблемы, и это мешает эффективному их решению. Казалось бы - речь в книге идет о периоде 1700-1854 годов, уже 170 лет прошло, ну кого колышет перечисление недостатков РИФ эпохи паруса?
Но блин... если копнуть 100 лет назад, или 70, или даже 20 - окажется, что проблемы остаются одними и теми же. Причем не только во флоте. А в любой сфере деятельности. Абсолютно в любой. Не верите?
Да не вопрос. Как пример, из того, с чем разбирался недавно. "Как всем известно" (тм), Александр II отменил в России крепостное право, и ввел личную свободу для крестьян. Об этом сам Александр еще говорил, в интервью американской газете. Мол, вы, янки, для негров меньше сделали, чем я для русских рабов.
Давайте подумаем, что такое крепостное право, и соответственно, что надо отменять?
Читаем определение.
Крепостное право - форма зависимости крестьян: прикрепление их к земле и подчинение административной и судебной власти феодала. Крепостное право включало запрещение крестьянам уходить со своих земельных наделов (беглые подлежали принудительному возврату), наследственное подчинение административной и судебной власти феодала, лишение крестьян права отчуждать земельные наделы и приобретать недвижимость.
Тут надо еще один пункт добавить, который очень важен - запрет на смену профессии. То есть если тебе сказали пахать землю - будь добр пахать. А все остальные дела - во внеурочное время.
Смотрим, что произошло в результате реформы 1861 года. Крестьяне получили свободу перемещения? Нет! Крестьяне получили возможность менять профессию? Нет! Крестьяне ушли от административной власти помещика? Скорее нет, чем да.
Извините, а это точно отмена крепостного права?
Хорошо, допустим Махов врет в полемическом запале. Мало ли. Давайте посмотрим оценку со стороны. Кто у нас на тот момент пытался разобраться в русской внутренней кухне? Вроде как Бисмарк. Открываем - читаем: «пока крестьянам не будет предоставлена свобода перемещения, и они останутся зависимыми от клочков земли, для них не будет никакого различия в том: находиться ли в личной зависимости от помещичьих или государственных чиновников».
По земствам: «помещичья полиция и институты, отвечающие за исполнение наказаний, упразднены <...> Правительство, однако, под именем мировой посредник назначило новых чиновников». Но тут же Бисмарк предсказывает, что это приведет к хаосу на местах и коррупции, а так же к параличу местных судов. Далее он продолжает: «Даже здесь, в относительно населенной и оснащенной фабричной индустрией окрестности Петербурга я нашел населенные пункты, жители которых должны ехать семь немецких миль по негодной дороге, для того, чтобы добраться до своих местных полицейских властей, которые нигде не имеют своего заместителя и осуществляют свою деятельность на территории в 60 миль». И это в столичной губернии! А что же в остальной России?
Ну и как финал, предсказание достойное Нострадамуса - в своей памятной записке от 10 ноября 1861 года Вильгельму Бисмарк рубит правду-матку: «По мере того, как русские будут терять веру в безграничную власть императора, перед страной все отчетливее будет вставать опасность убийственной крестьянской войны».
Ба! Оказывается Бисмарк тоже согласен, что
а) свободы перемещения нет;
б) с судом и администрацией все так же плохо;
в) смена профессии затруднена (тут бы просто выжить).

Вернемся ко флоту. Там-то уж наверное работу над ошибками провели? А опять нет. Помните фразу шведского военно-морского атташе, сказанную им в 1912 году по поводу русских офицеров РИФ? Которая ажно мемом стала - "Много читают, но не военно-морскую литературу." И опять видим то же самое, то есть ничего с парусных времен не изменилось, только хуже стало, потому как техника усложнилась.
Чуть ранее контр-адмирал Бубнов (так-то участник Цусимы, если что) расписал всю трагедию флота перед Цусимой. А она, как ни странно, опять в головах, которые никак не могут понять, зачем им нужен флот, и какой флот хотят строить.
"В течение всей второй половины XIX века морская проблема постепенно теряет ту единственную правильную ориентацию, которую ей дал Петр Великий. Взоры русских государственных деятелей, отдающих себе отчет о важности свободных морских путей для России, обращаются, под влиянием чинимых Европой на юге препятствий, на далекий север. В 80-х и начале 90-х годов в правительственных сферах развивается борьба между сторонниками северных морских путей и поборниками идеи выдвижения морской вооруженной силы на Балтийском море, ближе к Балтийским проливам, с целью контроля над сообщением этого моря с бассейном Атлантического океана. В этой борьбе побеждают сторонники «балтийской» идеи и, в результате этой победы, создается база флота в Либаве. Черное море, где лежит единственное верное решение русской морской проблемы и куда должны бы были быть направлены все усилия, окончательно забыто.
И, наконец, следуя капризным и бессистемным изгибам мысли русских государственных деятелей того времени, забывших ясный и определенный путь, начертанный Петром, русская морская проблема решительно устремляется в конце XIX века на Дальний Восток к Тихому океану. Туда, в пустое пространство, ничем не связанное с реальными государственными интересами России, направляются все ее морские усилия. Черное море — не только в умах государственных деятелей, но и в сознании самой морской Среды, обращается в пасынка русской морской мысли.
После уничтожения русской морской вооруженной силы на Дальнем Востоке морская проблема вновь возвращается в Европу и здесь воплощается в своеобразную формулу: «ключи от Босфора лежат в Берлине», — эта формула кладется в основу воссоздания русского флота после русско-японской войны.
В связи с этим все усилия и средства направляются в первую очередь на создание флота в Балтийском море и, в результате, Россия вступает в мировую войну совершенно неподготовленной именно на Черном море, где фактически лежит единственное правильное, целесообразное решение ее морской проблемы.
Если бы государственные деятели России, хотя бы после 1871 года, не мудрствуя лукаво, твердо и решительно стали на путь, начертанный Петром, направив все свои усилия на подготовку решения последнего этапа русской морской проблемы на Черном море, Россия не была бы ныне повержена во прах. Располагая мощным флотом на Черном море, она легко могла бы открыть силой проливы в самом начале войны и установить столь необходимую для победоносного ее конца связь с внешним миром, окончательно решив вместе с тем свою морскую проблему во всем ее объеме."

Продолжать можно долго, но все это я к чему?
Вместо того, чтобы провести работу над ошибками, просто сесть и подумать - чего хотим и что для этого надо? - мы с упорством, достойным лучшего применения, пытаемся всех инакомыслящих (а так же указывающих на ошибки) записать в шпигуны и сэпары. И в этом мы совершенно не отличаемся от Украины. Стоит ли говорить, что подобное небрежение до добра не доводит?
И да. Кого читать, и кому верить.
Я считаю, что по интересующему вас периоду читать надо всех.
1) Поскольку идеальных людей и исследований не бывает, и вообще все допускают ошибки.
2) Поскольку желательно смотреть на тему с разных углов и сторон.
3) Поскольку "верить никому нельзя" (с, папа Мюллер)
.
И делать из прочитанного свои выводы.
И еще. Я бы реально хотел почитать критический разбор на работу Алексея Лебедева. Но без обвинений в "антипатриотизме" и "шпигунстве". Потому как хотелось бы увидеть аргументы с другой стороны, и пропустить их через себя, сравнить один подход, и другой подход.
Как-то так.

Загадка, тоскливо-русская

В 1853 году началась Крымская война. Первым делом начштаба ЧФ Корнилов предложил начать блокаду Босфора, дабы ни турецкий флот, ни какое другое вражеское судно в Черное море войти не могло. Поддержал Корнилова начштаб Паскевича, Горчаков. Но в дело вмешался начальник морского ведомства Меншиков, который приказал о какой-либо блокаде Босфора забыть.
Вопрос - какой аргумент был приведен, почему блокада невозможна? Как обычно, в названии поста есть часть ответа))))

ОТВЕТ: «Блокада Босфора, – писал в июне 1853 г. М.Д. Горчакову А.С. Меншиков, – привела бы только к разорению помещиков наших южных губерний, отняв у них возможность вывоза местных произведений. Спрос на пшеницу из-за границы очень значителен… ».
Первым обозначил ответ obsrvr, правда засомневался, ну а первым четко ответил sish.