July 24th, 2018

Россия и Пруссия, часть 11

Для тех, у кого есть VPN

Краткое содержание:

1.
"Это будет еще одна часть, посвященная проблемам почти исключительно России. Конечно же, у нас историко-политический триллер, но без объяснения некоторых событий без анализа того состояния дел, которые творились в самой России и влияли на дела внешние, рассказывать дальше было бы неправильно.
Окончание Крымской войны стало для элиты России полным шоком. Еще в январе 1856 года, обсуждая австрийский ультиматум, о котором мы говорили в прошлой серии, все высшие сановники России почти единогласно высказались за мир. Вернер Мосс, британский историк и журналист так описывает это полное драматичности совещание в своей статье «Как Россия договаривалась о мире (сентябрь 1855 – апрель 1856 г.г.)»: «Условия, навязываемые Австрией, болезненны, но с большей их частью Россия смирилась еще несколько месяцев назад. Детали будут уточняться на мирной конференции, и Россия вправе рассчитывать на поддержку некоторых ее участников. Если переговоры закончатся провалом, то Россия сможет использовать этот факт для доказательства своего миролюбия. Она возложит на союзников ответственность за продолжение войны, одновременно снабдив нейтральные государства возможностью уклониться от участия в ней. Учитывая все перечисленные основания, австрийские условия надо принять незамедлительно и безоговорочно».
Далее выступал Воронцов, который заявил о том, что, сколь болезненными ни были бы нынешние условия, улучшить их посредством продолжения неравной борьбы не удастся. Сопротивление приведет лишь к еще более унизительному миру: Крым, Кавказ и даже Финляндия с Польшей могут оказаться в опасности. Поскольку любая война все равно когда-то заканчивается, заключать мир надо тогда, когда еще есть возможность сопротивляться".


2.
"А в это самое время…
Министр Австрии Буоль говорил французскому послу в Вене о том, что как только в Крыму наступит перелом, нужно будет приступить к мирным переговорам, которые не допустят возобновления боев следующей весной.
Во Франции Наполеон III хотел поднять на щит идею независимого польского государства, но получив от Пальмерстона резкую отповедь, тоже стоял за мир.
После австрийского ультиматума Наполеон уведомил королеву Викторию о том, что лично он предпочел бы продолжение переговоров очередному потаканию австрийским интересам, которое никак не укрепляет позиций Турции. Французское общественное мнение, писал император, не простит ему такой траты человеческих жизней и ресурсов ради «клочка земли в Бессарабии». Более того, во Франции из-за долгой войны и неурожая начался очередной виток революционной борьбы, в этой ситуации Наполеону нужно было заключить мир с Россией как можно быстрее.
21 ноября 1855 года Швеция подписала соглашение с союзными державами. Швеция обязалась не уступать России ни пяди собственной территории и не пускать в свои пределы ее оккупационных войск. О любых таких притязаниях, исходящих от российских властей, она незамедлительно должна была извещать Лондон и Париж, бравшие на себя ответственность по защите Швеции во всех подобных случаях. Вообще-то речь шла о возможной интервенции Пруссии в Шлезвиг, Бронхольм и Сконе, однако в России это приняли на свой счет.
Турция сообщила союзным державам, что после взятия Карса Муравьевым ее Кавказский фронт практически обрушен, войск в Армении, Азербайджане и Курдистане у турок просто нет."


3.
Казалось бы, ничего такого не произошло. Потери России в Крымской войне, в войне с двумя самыми сильными европейскими державами, в войне, где почти вся Европа ополчилась против нее, были микроскопическими. Приобретения же, наоборот, просто гигантскими. Муравьев-Амурский, пользуясь военными действиями в Крыму и на Балтике, самовольно присоединил к России примерно 225 тысяч квадратных километров. Это дало возможность (через Амур) связать Забайкалье с Камчаткой и Русской Америкой, и продолжить экспансию по Уссури на Дальний Восток, Корею, Китай и Японию. Но… Разочарование русской элиты результатами Крымской войны и бесславным Парижским миром оказалось очень велико. Как писал современник: «Национальное чувство было уязвлено самой идеей унизительного мира. Россия не была завоевана, у нее все еще оставалась многочисленная и прославленная в сражениях армия; на ее стороне были историческая память, патриотизм, а также обширные пространства и климат, мешавшие захватчикам. Она могла переждать врага, повторяя пример 1812 года, измотать его в бессмысленных усилиях, подорвать его терпение, а потом, выждав подходящий момент, сокрушить».

4.
"Большинство пересмотров решений суда происходили не по апелляциям (апелляция – жалоба не неправильное судебное решение), а по кассационным жалобам (кассационная жалоба – это в принципе согласие с решением суда, но указание на нарушение какой-либо процедуры или на неправомерность следственных действий). Присяжные же, в отличие от Британии и США, не обладали юридической грамотностью, и очень часто решали не по закону, а по чувствам. То есть ловкий адвокат, который мог воздействовать на чувства присяжных, очень часто добивался оправдательного приговора по уголовным делам.
Рассмотрим хрестоматийный пример. Петербургский градоначальник Ф. Ф. Трепов отдал приказ о порке политического заключенного народника А. С. Боголюбова за то, что тот не снял перед ним шапку. Приказ Ф. Ф. Трепова о сечении розгами был нарушением закона о запрете телесных наказаний от 17 апреля 1863 года и вызвал широкое возмущение в российском обществе.
Как действовали бы в правовом обществе? На Трепова подали бы заявление в прокуратуру или суд, было бы возбуждено уголовное дело, и при независимом суде Трепов бы просто сел на некоторое количество лет. Трепов и сам понимал, что сильно сглупил, поэтому, предчувствуя судебное разбирательство, обратился к адвокату Анатолию Федоровичу Кони с просьбой о возможной защите в суде.
Засулич решила по-своему. Она 24 января 1878 года просто совершила покушение на градоначальника, и выстрелила в него три раза. Естественно, бомбистка попала в тюрьму, а потом начался суд. Защищал Засулич очень способный и талантливый адвокат Кони, который смог воздействовать на чувства присяжных. И… присяжные ее оправдали! В сухом остатке – Засулич решила наказать Трепова явно не правовыми, уголовными методами (слова самой Засулич на суде: «Я признаю, что стреляла в генерала Трепова, причем, могла ли последовать от этого рана или смерть, для меня было безразлично»), и вышла на свободу.
Как хотите, но для меня это полный паралич суда как института. Получается, что суд Линча и то в разы честнее и беспристрастнее, чем подобное решение уголовного дела."


5.
"Глобальное отличие – если в России из-за слабости банковской системы капиталы утекали за рубеж, то примерно 40% пруссаков хранили свои накопления в национальных банках, а 80% - в банках стран, входящих в немецкий таможенный союз. Как результат – у Пруссии были собственные средства для выдачи ссуд и кредитов на развитие производства и промышленности. Так, в 1852 году было выдано ссуд на 12 тысяч талеров 108 частным лицам. 90% из них – это ремесленники, начальники мастерских, плотники, слесари, кузнецы, и т.д.. С учетом того, что зарплата рабочего составляла 15 талеров в месяц – кредиты довольно существенные. В 1860-х Пруссия была страной малого бизнеса. Только 3.5 процента работали в фирмах с более 1000 служащими. 50 процентов – в фирмах с 5 и менее служащими. Тем не менее, тенденция к укрупнению была, и это стало одним из двигателей прусской промышленной революции. Согласно статье Леманн-Хаземайера «Savings banks and the industrial revolution in Prussia» именно прусские региональные банки стали одной из движущих сил, финансировавшей развитие страны. А настоящий взлет прусской промышленности связан с министром финансов Отто фон Кампхаузеном, занимавшим свой пост с 1869 по 1878 годы. И на такие банки, к примеру, опиралась изначально фирма Круппов. Тот самый Альфред Крупп начал со вполне средних позиций – сначала выпускал валки для монетных дворов, потом – вообще занялся производством металлических ложек, продавая их по всей Германии. Бизнес не особо ладился, был даже момент, когда для выплаты кредита Крупп отнес в залог все свое фамильное серебро. Прорыв у Круппа начался только после постройки специальной печи для выплавки чугуна и стали по бессемеровскому процессу. С 1854 года будущая стальная империя Пруссии начинает выпускать качественные чугунные рельсы. Производство оружия на тот момент было для Альфреда чем-то типа хобби, все равно его никто не покупал. А поднялся он на колесах для вагонов и паровозов, причем помогло ему правительство в Берлине. Именно этот товар позволил Круппу вылезти из постоянных долгов и расширить производство."

https://sputnikipogrom.com/history/86553/rp-11/

2