October 31st, 2017

Гримаса истории

Это настолько прекрасно, что я даже не знаю.
Когда глава восстания против Испании бежит в Испанскую Фландрию - я просто в афиге развожу руками. И сразу вспоминаю слова Оливареса из дона Артуро нашего: "— Уже четыре года я каждую ночь изучаю эту карту. Я знаю каждый порт, каждый канал, каждую бухту, каждую крепость... Фландрия снится мне по ночам. А ведь я никогда там не был!
— Это край света, Ваша Светлость. Когда Господь Бог создавал Фландрию, Он наделил её чёрным солнцем. Еретическим солнцем, которое не согреет и не высушит дождь, пробирающий до костей. Это странная земля, населённая странным народом, который нас боится и презирает, и никогда не оставит нас в покое. Это больше, чем ночной кошмар, Ваша Светлость. Фландрия — это ад.
— Без Фландрии мы ничто, капитан. Нам необходим этот ад. "

http://www.apsny.ge/2017/pol/1509417746.php

Еще одна хорошая книга

Тем, кто интересуется началом Балканского вопроса - маст хэв.
Небольшое предисловие.
Нет, я конечно подозревал, что русская политика на Балканах после Екатерины была унылой и отличалась дикой непоследовательностью, но чтобы прям так... Книга, о которой я говорю - своего рода приквел к уже упоминаемой мной книге Козлова "Турецкий гамбит". Сначала цитата:

"Совершенно другой характер носили русско-болгарские связи. В первой половине XIX в. Болгария входила в состав Румелийского эйалета Османской империи. Во внешнеполитических связях России Болгария не занимала столь важного места, как Сербия и Черногория. Права Турции на эту область Балканского полуострова не подвергались сомнению в российских правящих кругах. Здесь не было ничего похожего на органы местного самоуправления. Турецкие паши держали в своих руках всю власть, в результате чего местное славянское население было задавлено налогами, которые не были регламентированы и устанавливались турецкой властью произвольно. Болгарское население подвергалось самому бесчеловечному обращению как со стороны турецких пашей и их приближенных, так и отрядов арнаутов. Пользуясь безраздельной властью на этой территории, османское правительство все же настороженно следило за любыми контактами российских представителей с болгарами.
Болгария поддерживала достаточно тесные отношения с Сербией. В первой половине XIX в. языки этих двух народов были очень схожими. Достаточно сказать, что из 446 болгарских книг, изданных с 1806 по 1868 г., 132 были отпечатаны в Сербии[45]. Здесь же обучалось около 70 болгарских юношей. Сербия являлась примером государственного устройства для Болгарии и других народов Балкан. После того как в Сербии было учреждено российское консульство, болгары широко пользовались его посредничеством для передачи своих прошений и жалоб российским властям и императору. Получая раз за разом отказ российского МИД в поддержке очередного национального выступления против турок, болгары бежали в соседнюю Сербию, скрываясь от преследования османских властей.
Следующим регионом, обладавшим значительным православным населением, являлась Босния и Герцеговина. В отличие от Болгарии боснийские паши пользовались достаточной самостоятельностью и стремились к полной независимости от османского правительства. Борьба местных пашей за автономию не носила освободительного характера. Это было противоборство центральной и местной властей внутри одного правящего класса, вызванное ослаблением позиций Турции на окраине империи. Хотя Порта назначала и смещала правителей края, в своей внутренней политике они оставались самовластными хозяевами всего региона. Православные христиане представляли собой наиболее угнетаемую часть населения провинции, несмотря на то что составляли половину всех ее жителей. Они подвергались притеснениям как со стороны центральной власти, так и со стороны местных спахиев-землевладельцев. К тому же особенностью Боснии являлось то, что католическое и мусульманское население составляли также этнические сербы, окатоличенные или «потурченные» в предыдущее время. В городах проживали в основном мусульмане, тогда как христиане составляли сельское население области.
В Боснии и Герцеговине интересы России встречали противодействие не только Османской империи, но и Австрии, издавна имевшей большое влияние в регионе. Поэтому отношение официального Петербурга к проблемам Болгарии и Боснии не было единым. Если правительственные российские документы еще упоминали Болгарию в качестве объекта возможного покровительства, то о православном населении Боснии подобных упоминаний не существует. Более того, сами боснийцы пытались напомнить российским властям о том, что Россия, объявив себя ответственной за положение всего православного мира, должна заботиться и о тех, кто проживает в Боснии. Однако, несмотря на многочисленные обращения к российским властям, помощь России Боснии была весьма незначительной и ограничивалась разовыми денежными суммами в пользу православных святынь края."


В общем-то, несмотря на все Азиатские департаменты, мы по сути Балкан не знали, и вели себя там как слон в посудной лавке. И книга Е.П. Кудрявцевой "Россия и становление сербской государственности, 1812–1856" посвящена в целом довольно узкому вопросу - взаимоотношениям России и Сербии при Александре I и Николае I. Тем не менее, лично для меня вскрывается столько незнакомых событий, что просто диву даешься.
И вкупе с другими статьями по теме выставляет наше государство того времени в довольно неприглядном свете. Например, первый раз мы кинули Сербию в ... 1811 году. Цитата из другой статьи: " Весной 1810 г. повстанцы совместно с русскими освободили области Крайна и Црна-Река. А победы в битвах у Варварина (сентябрь 1810 г.) и на Тичаре под Лозницей (октябрь 1810 г.) остановили наступление турок. Однако силы сербов были истощены многолетней войной. Все чаще среди вождей повстанцев возникали разногласия. Усиливалась группа противников Карагеоргия.
Представитель русского командования постоянно вмешивался во внутрисербские дела, что наводило Карагеоргия на мысль о том, чтобы обратиться за помощью к Австрии, а возможно, и к Наполеону, который в первые дни восстания подталкивал турок к активным действиям против сербов. 1811 год прошел в приграничных стычках, без крупных боевых действий. Позднее в ход восстания еще раз вмешалась европейская политика, на сей раз фатально. В 1812 г., после начала войны с Наполеоном, Россия вступила в переговоры с Турцией, завершившиеся подписанием Бухарестского мирного договора. Его VIII статья гарантировала амнистию сербам, которые взамен должны были сдать оружие и открыть города туркам. Договор предусматривал сербскую автономию, условия которой надлежало определить в переговорах повстанцев с Портой."

Если перевести на простой русский - мы сербов променяли на Бессарабию, ибо сербы далеко, а Бессарабия - вот она, близко. Нет, конечно мы включили в договор 7-ю статью: «…Блистательная Порта, движимая чувствием милосердия, примет на сей конец с народом сербским меры, нужные для его безопасности. Она дарует сербам, по их просьбам, те самые выгоды, коими пользуются подданные ее островов Архипелажских и других мест, и даст им восчувствовать действие великодушия ее, предоставив им самим управление внутренних дел их, определив меру их податей, получая оные из собственных их рук, и она распорядит наконец всеми сими предметами обще с народом сербским», но было понятно, что это просто слова, ибо у Александра I на тот момент всё горело Наполеоном, царь кинулся в новую авантюру, готовя вторжение в Польшу, и подбивая к выступлению пруссаков. В общем, было весело и не до сербов. И в 1813 году сербское восстание Карагеоргиевича было жестоко подавлено.
Сербы остались без поддержки в самый переломный момент, пробовали договориться с Австрией, потом с Наполеоном, а в результате договорились с турками.
Стоит ли удивляться, что к 1860-м Сербия искала поддержки не у нас, а у Австрии?
Собственно, вот о всех перипетиях обретения сербской государственности книга и рассказывает.

ЗЫ: Ну и чтоб два раза не ходить. Еще одна книга, но на этот раз взгляд с турецкой стороны, потому как, говорят, полезно бывает посмотреть на проблему с двух сторон.
Финкель Кэролайн "История Османской империи. Видение Османа".
Цитата из особо понравившегося:
"На самом деле Байракдару Мустафа-паше было что сказать о положении дел в Дунайской армии. В неутешительном докладе, направленном заместителю великого визиря в Стамбуле 4 июля 1808 года, он жаловался на нехватку войск (как и во время предыдущей войны, на службу прибыла лишь часть затребованных войск) и плохое снабжение: когда закончились имевшиеся на месте запасы продовольствия, а потом и те, которые были направлены из других районов Балкан, армия стала испытывать такую нехватку провизии, что ему, чтобы накормить своих солдат, пришлось воспользоваться сельскохозяйственной продукцией из своих собственных поместий. Более того, за свой счет (и немалый!) он закупил продукты у крестьян с северного берега Дуная. Он указывал на то, что турецкие крестьяне страдают от тех повинностей, которыми их облагают и, следуя примеру сербов (восстание которых тогда было в самом разгаре), отказываются обеспечивать армию продуктами и фуражом. Без войск, провизии и денег, утверждал он, невозможно вести войну с Россией. Он язвительно отзывался о многочисленных гражданских лицах, которые сопровождают армию, и особо жаловался на то, что 30 000—40 000 солдат считали для себя обязательным сопровождать священное знамя, «чтобы произвести впечатление на врага», причем все они требовали, чтобы их кормили. Еще за год до этого он предлагал или вообще не брать с собой священное знамя, или хотя бы оставить его в Эдирне, но все было тщетно. Солдаты, утверждал он, нужны для сражений."
Читать здесь: https://history.wikireading.ru/151753

Вопрос знатокам Петра I

Если ли где-то список, какие чины и когда получал Петр I
Знаю, что до Азова - бомбардир.
После - капитан рейтарского полка.
Великое посольство - волонтер.

А далее какие этапы карьеры? Закончилось все, я так понимаю, в 1721-м - император.