October 26th, 2017

"А что, мля, если нет?" (с)

Как же Россия оценивала ситуацию в Австрии и почему была допущена такая ошибка?
Ну, во-первых, Николай считал, что после помощи с Венгрией "ему должны". А долг, как известно, красен своевременной оплатой со всеми процентами и сборами.
Во-вторых, ведомство Нессельроде оценило австрийские приоритеты так, как было удобно нам, а не так, как было на самом деле. Мы считали, что Австрия не меньше нашего заинтересована в сохранении Священного Союза, и что ее главным мотивом вступления в войну должно быть гнобление Франции, которая ей угрожает. Но Россия не поняла одной маленькой, вернее - малюсенькой (здесь должен быть тэг "сарказм") проблемы - Россия в этом смысле уже мешала Австрии гораздо больше, чем Франция.
Что озвучил Николай английскому послу Сэймуру по поводу Турции? «Пусть Молдавия, Валахия, Сербия, Болгария поступят под протекторат России. Что касается Египта, то я вполне понимаю важное значение этой территории для Англии. Тут я могу только сказать, что, если при распределении оттоманского наследства после падения империи, вы овладеете Египтом, то у меня не будет возражений против этого. То же самое я скажу и о Кандии (острове Крите). Этот остров, может быть, подходит вам, и я не вижу, почему ему не стать английским владением», (разговор Николая Первого с послом Великобритании Сеймуром 9 января 1853 г. на вечере у великой княгини Елены Павловны). Вы заметили здесь учет интересам Австрии? Я - нет. Австрийцы - тоже. А вот угрозу от таких планов реально заметили.
Вместо этого мы (уже при Александре II) считали: «Охранительная система может пригодиться дряхлому Австрийскому правительству, которое видит перед собою неминуемую смерть, но применить ее к юной России, едва начинающей развертывать свои силы, это иначе нельзя назвать, как верхом безумия; объявить себя Консерватором, значит сказать, что у нас нет будущего, значит отрицать всякую возможность развития, значит оскопить себя добровольно, и на такую систему обрекло Россию правительство, заботящееся не о благе народном, а единственно о поддержании своего безграничного самовластия».
В этом пассаже на самом деле прекрасно все. От первого до последнего слова. Охранительная система (Священный Союз) нужна была прежде всего России, чтобы высвободить силы на западе и использовать их на юге и юго-западе. Собственно это и было смыслом всей русской политики с 1820-х годов.
Мы считали, что если Австрия активно поддержит Россию - никакой войны в принципе не случится, союзники не рискнут, а это значит - упадет престиж Франции и Англии, в Турции появится возможность продавить весь комплекс своих решений, и если Россия станет гегемоном на Балканах, то Австрия - гегемоном Германского мира.
Проблема в том, что Австрия уже им являлась, но мы отказались с ней даже разговаривать по балканским делам. Извините, на рынке дураков всегда двое, один - покупает, другой - продает. Так вот, с какого-то момента мы разучились торговаться. Мы не могли поступиться, к примеру, Сербией, Боснией и Герцоговиной в обмен на Болгарию и Румынию. Мы не могли поступиться Княжествами в обмен на поддержку вопроса и Проливах. И т.д. Нам, как в том анекдоте, нужен был мир. Желательно - весь.
Мы со всеми начали разговаривать языком ультиматумов и требований. В результате получили то, что получили.
Под конец войны мы даже Пруссию сумели против себя настроить, требуя, чтобы она напала на Австрию, и тем самым заставила австрийцев снять знаменитые пять пунктов ультиматума.
Ну а теперь о прекрасном. Если вы думаете, что со смертью Николая русская политика обрела смысл и наполнение - вы ошибаетесь. Мы точно так же витали в облаках последовательно при Александре II, Александре III, Николае II. То есть вот этот отрыв от реальности и уход в сторону сказок - это не проблема лично Николая I, это проблема всей русской элиты, которая недостаток знания восполняет фанатизмом, нетерпимостью, и собственными хотелками.

Сеанс черной магии с разоблачением

Ну и давно обещанное.
Чтобы закрыть уже тему.
Итак, а могли бы все хотелки России и Николая I реализоваться, и что для этого надо?
Хочу сказать сразу - без переноса из будущего "Мистралей" с бригадой морской пехоты, без бластеров и попаданцев. Ничего этого от меня вы не дождетесь.
И да, опять-таки, я говорю не о 100-процентной гарантии, а лишь о шансе, когда план России по расчленению Турции мог бы осуществиться с высокой долей вероятности.
И для этого мы просто сдвигаем события 1853 года в... 1848-й!
Бинго!
Итак, начинается революция в Венгрии и Румынии, в Италии и Франции, в Пруссии и еще бог знает где. Год такой. Австрийское правительство как в реале на коленях умоляет Николая помочь. Турки просят - "Путин Николай, введи войска!"
Мы думаем, и, так же, как и в реальности, 17 ноября 1849 года из Главного Морского Штаба к командующему Черноморским флотом Лазареву поступил запрос составить проект прорыва турецкой обороны на Босфоре.
Пока что никакого отрыва от реальности нет. Мы и в Венгрии порядок наводим, и в Княжествах. Отличие только одно: высадка 1850 года не отменена! Удар наносится по Босфору и Варне. Поскольку наши войска еще и в Княжествах (в Молдавии, ушли оттуда только в 1851-м) - то получается, что ситуация для Турции - цугцванг.
Во Франции на 1850 год идет конфликт Парламента и президента Республики Наполеона, непонятно, как его решить, страна на пороге новой гражданской войны. В Австрии наши войска, причем мы на тот момент господа положения. Остается.... Англия. В которой на тот момент голод в Ирландии и угроза массового восстания. Однако это единственная реальная сила, по крайней мере на море.
И вот заняв Варну и Проливы мы приглашаем Англию к переговорам. Осенью 1850 года. Понимая, что опереться ей просто не на кого.
Ну а теперь оценивайте шансы)