September 7th, 2017

Полная цитата Петра I

Из которой у нас, как это обычно и бывает в жизни, мы выдернули лишь часть, и ее цитируем.


«Была убо Россия в древния времена мужественна и храбра, но не довольно воору­жена… И как политическая пословица сказует о государях, морского флота не имеющих, что те токмо одну руку имеют, а имеющие флот — обе».


Ах да, ну и еще, чтобы два раза не вставать. Из серии "потому что в кузнице не было гвоздя", или о роли личности в истории.

В сентябре 1853 года Николай Карлович Краббе, тогда начштаба вице-адмирала Серебрякова, пишет князю Меншикову: "Рассказывают, будто Ваша Светлость своим управлением погубили Балтийский флот, и что если и делается хорошее на Черном море, то сим обязаны адмиралу Лазареву, а ныне - Корнилову и Нахимову".

Не здесь ли собака порылась в отказе от экспедиции к Босфору и в затоплении флота?

ЧФ и БФ при Николае I, два мира - два Шапиро

Структура подчиненности Черноморского флота

На ЧФ структура проста до невозможности: Командующий ЧФ, которому подконтрольны 1) Канцелярия главного командира; 2) штаб Черноморского флота; 3) интендантство. Канцелярия занимается людьми, Штаб – боевыми операциями и боевой учебой, интендантство – логистикой и снабжением.

Структура подчиненности на Балтике:


Главный орган – Морское министерство во главе с Морским министром который реальной власти не имеет вообще, ибо она размазана по Управлениям.
Далее, равные права имеют органа – Адмиралтейств-совет, Управление Дежурного генерала и Главный Морской штаб. Адмиралтейств–совет – совещательный орган глав департаментов Морского министерства. Позже к Совету присобачили Морской Ученый комитет (типа нынешнего РВИО) и Управление генерал-гидрографа.
Управление дежурного генерала имело в подчинении Инспекторский и Аудиторский департаменты, но Дежурный генерал мог только констатировать факт растрат или ненадлежащих работ, повлиять он на них не мог. Таким образом, на флоте реально рулил Главный Морской штаб, в который впихнули:
- Канцелярию начальника Главного Морского штаба
- Управление Генерал-Гидрографа (отняли у Адмиралтейств-совета)
- Управление Дежурного Генерала (который считал свое ведомство отдельной епархией и со Штабом контактировал мало)
- Инспекторский и Аудиторский департаменты (как подчиненные Дежурному Генералу)
- Управление Генерал-Интенданта
- Управление Штаб-Доктора
- Департамент корабельных лесов.

Таким образом, Главный морской штаб сам принимал решения, сам себе строил корабли, сам себе отчитывался о выполнении, и сам себя проверял до кучи! Прекрасное заведение!
Можно сказать, что и на Черном море сами себе то же самое, НО – там все было подчинено отдельному человеку – командующему флотом, с которого и был главный спрос. Напомню пример Грейга, который подал отчет по бухгалтерии ЧФ, и когда в отчете нашли ошибки, и попросили их объяснить – Грейг в результате слетел с поста командующего.
В Главном же Штабе заседали Начальник Штаба, Генерал-Гидрограф, Инспектор Морской Артиллерии, Инспектор Морской Строительной части, Начальник Военно-Походной Канцелярии Е.И.В., Эскадр-Майор Е.И.В., Флаг-офицеры, генералы и адъютанты Е.И.В., то есть орган абсолютно коллективный, и ответственность его размазана по всем участникам Штаба. Недаром Путятин смеялся на эту тему: «таковое число бездельников едва ли может быть размещено на корабле Главнокомандующего без стеснения рядовых матросов».
Таким образом, князюшка Меншиков создал избыточную бюрократическую структуру, где сидела куча чиновников, получавших деньги от государства, но не имевших реальной ответственности за эти деньги. Проще говоря, это была обычная синекура.
Ах, да, забыл совсем Портовое управление, которое сняло с портовых капитанов все возможные обязанности, и возложило их на себя. При этом Главному Морскому Штабу подчинялись порты Або, Санкт-Петербурга, Роченсальма, Кронштадта, Ревеля, Свеаборга… Пока вроде все нормально, да? Но вот вам уже то, над чем реально можно поржать – еще до кучи Казани, Архангельска и Астрахани! Управлению в Санкт-Петербурге, Карл!
Так и получилось, что на БФ работа по строительству и приведению в боевую готовность флота выродилась в борьбу за денежные потоки и обсуждения мелких дел, типа – строить ли новый причал в Астрахани или погодить? В Казани дубы сплавлять или везти на белянах? И т.д. То есть вопросы, которые вполне мог решить портовый капитан, наделенный нормальными полномочиями.

Флот Александра I

Просто чтобы было понятно, с каких позиций пришлось стартовать Николаю I в деле строительства флота.



В начале своего царствования Император Александр I наметил ряд преобразований госу­дарственного управления. Среди других мини­стерств было создано и министерство военно-морских сил. Во главе его стал образованный и способный адмирал Ник. Сем. Мордвинов. Через три месяца этот уважаемый в морской среде ад­мирал был заменен контр-адмиралом Пав. Вас. Чичаговым, выдвинувшимся на столь значи­тельный пост из сухопутных поручиков благо­даря протекции. Его современник, знаменитый мореплаватель и замечательный адмирал Вас. Мих. Головнин оставил нам воспоминания в своих заметках об эпохе управления морским министерством Чичагова: «Подражая слепо британцам и вводя нелепые новизны, мечтал, что кладет основной камень величию русского фло­та… Испортив все, что оставалось во флоте, и наскучив верховной власти наглостью и расто­чением казны, удалился, поселив презрение к флоту в оной и чувство глубокого огорчения в моряках».
На пост морского министра был назначен маркиз де Траверсе, — француз, оставивший скверную память о своем непродолжительном командовании Черноморским флотом. Он сумел, однако, снискать расположение влиятельных особ, и в том числе всесильного графа Аракче­ева, своим веселым нравом, изысканностью ма­нер и умением ладить с сильными мира сего.
Слушая постоянные жалобы о безотрадном положении дел в Морском Ведомстве, Импера­тор Александр I повелел учредить особый «Ко­митет образования флота», которому повелено было обращаться лично к нему «во всех мерах, каковые токмо нужным почтено будет принять к извлечению флота из настоящого мнимаго его существования и к приведению онаго в подлин­ное бытие».
Во главе этого комитета был поставлен граф А. Р. Воронцов, — англоман по убеждениям, от­носившийся с недоверием к русским морякам, писавший в докладной записке на Высочайшее имя: «По многим причинам, физическим и ло­кальным, России нельзя быть в числе первен­ствующих морских держав, да и в том ни на­добности, ни пользы не предвидится… Довольно, если морские силы наши будут устроены на двух только предметах: обережение берегов и гаваней наших на Черном море, имея там силы соразмерные турецким, и достаточный флот на Балтийском море, чтобы в оном господствовать. Посылка наших эскадр в Средиземное море и другие экспедиции стоили государству много, делали несколько блеску, а пользы никакой».
Как видно, этот сановник, приближенный к Государю, осуждал стремления Императора Пе­тра Великого и Императрицы Екатерины Вели­кой поставить Россию в число первенствующих морских держав. Император Александр I по су­ществу таких мудрых рассуждений своего са­новника неудовольствия не выражал, ибо сам придерживался такого же мнения по этому во­просу.
После ряда войн, нашествия Наполеона, разорения, пожара Москвы, огромных построек, предпринятых Государем, государственная каз­на нуждалась в средствах, морской министр маркиз де Траверсе, пользовавшийся располо­жением и дружбой Императора Александра I, сокращал кредиты на флот. В 1817 году нача­лись продажи кораблей за границу. В 1818 году были проданы Испании последние годные фре­гаты. В портах господствовал невообразимый беспорядок и чинились вопиющие злоупотре­бления. Адмирал Д. Н. Сенявин, победитель ту­рок и французов, славный флотоводец, не толь­ко талантливый моряк, но и непревзойденный моряк-дипломат, подвергся жестокой опале и в течение 13 лет влачил жалкое, убогое существо­вание.
Содержание офицерского личного состава было скудное. Офицеры и команды терпели нужду. Обыкновенно, обер-офицеры жили по несколько человек, иногда по 10 вместе. Даже холостые адмиралы имели одну общую кварти­ру на несколько человек. Такой была, например известная в ту пору в Кронштадте квартира ад­миралов четырех братьев Быченских. Казенные квартиры были все заняты портовыми чиновни­ками. Деньги, заработанные на берегу команда­ми на вольных работах, попадали также в руки чиновников. Пища на берегу была плохая. Все поправлялись в плавании, но дальние плавания были редки. Плавали больше по Финскому за­ливу, по пресноводной «Маркизовой луже».

Из статьи Н.С. Чирикова "Император Николай I и флот" журнал "Военная быль", сентябрь 2017