May 23rd, 2017

#Russiansdidit

23 июля 1857 года
Газета "The Illustrated London News"

У нас есть очень сильные причины подозревать, что российские эмиссары, которые долго работали не только по границам Индии, но и в самой Индии, причем в самом сердце страны, возбуждали в местном населении мысль о реванше над Британской империей, сея ненависть к нам... Те, кто хорошо знают и Россию, и Индию, не отвергают эту гипотезу с презрением, а напротив, находят много причин полагать, что это спланированный враждебный акт против нас, который связан с местью за войну в Крыму, и он был обильно смазан российскими интригами и российскими деньгами.

"Русские хакеры" XIX века атакуэ...)))
Так и представляется эдакий коллективный Егор Шилов, сидящий на горе Кайлас, смолящий цигарку, и устало смотрящий на творящийся внизу де пизес..)))


Мне кажется, именно вот эта картинка иллюстрирует пост лучше всего)

Задачка для "эффективных менеджеров" - набросЪ

Знаю, что вброс, знаю, что будет пылать преферансовое очко господина Мейснера, но что делать, что делать...
О проблеме крепостного права в XIX веке исписаны тома, сломаны гекатомбы копий, однако как поступить в той ситуации Николаю I, лично я не знаю. В голову никаких рациональных решений не приходит.
Итак, что мы имели?
Прежде всего, сильно возросшее крестьянское население.
В 1811 году население России составляло примерно 38 миллионов человек. Из них 225 тысяч человек — дворянство, 215 тысяч человек — духовенство, 119 тысяч человек — купечество. Примерно 1,953 миллиона человек были горожанами, занятыми в ремесленном и промышленном производстве, сюда же входят крестьяне, работавшие на откупе на промышленных предприятиях. За исключением инородцев и отдельно управляемых губерний (Прибалтика, Финляндия) остальное население России было представлено крестьянством. Государственных крестьян насчитывалось 19 миллионов человек. Примерно 2 миллиона человек были представлены удельными крестьянами, то есть принадлежали лично царю и его фамилии. Их положение было чуть лучше государственных крестьян. И 14–15 миллионов человек — это помещичьи крестьяне.
На 1851 год - общее население 69 миллионов человек. Государственные крестьяне - 19 миллионов, помещичьи - 23 миллиона человек обоего полу.
Итого - мы видим удвоение населения за 40 лет, и увеличение доли помещечьего крестьянства чуть ли не в два раза. при этом увеличение населения сказалось на его качестве в худшую сторону - в период Крымской максимальное число крестьян, могущих подвергнуться рекрутской повинности, составляло 25 миллионов человек. Из них 5 миллионов - бронь (заводские и прочие), 5.2 - освобождались по экономическим соображениям, 1,4 миллиона числились в армии и флоте, за время войны призвали еще 400 тыс., а 12 миллионов - ПО СОСТОЯНИЮ ЗДОРОВЬЯ! Вдумайтесь в эту цифру - у нас ЧЕТВЕРТЬ КРЕСТЬЯНСТВА - РАХИТЫ НЕДОКОРМЛЕННЫЕ! Вот где де пизес!
Имелось два варианта развития событий.
1) Их можно было отпустить (то есть дать свободу передвижения, и т.д.) без земли. При этом сразу было понятно, что такая прорва для эффективной запашки сельхозугодий не нужна, соответственно трудоустраиваются примерно 30-40% из них (12-15 миллионов), а остальные.... массово умрут. Ибо средств на приобретение участков у нас нет, а занятость в промышленности - 2 миллиона человек. нет, понятно, что дешевая рабочая сила станет толчком для развития этой самой промышленности, но к тому времени, когда потребуются рабочие руки, миллионов 10-15 просто умрут.
2) Их можно было отпустить с землей. Но во-первых, это не решало кризиса перенаселения, во-вторых, мы просто не знали, что им предложить. Поясню. Допустим, мы разрешаем свободное перемещение крестьян. Куда они побегут? Правильно, в черноземную зону, поскольку там лучше земля. Но черноземная зона и так перенаселена, наделы там сокращаются теми же темпами, что и в московской части России. Соответственно - опять умрут процентов 50-60. Мы могли бы, как американцы, предложить бесплатные районы для заселения - типа Алтая, Казахстана, и т.д., но для этого надо было либо обезопасить эти районы, либо разрешить людям самоорганизовываться, что в России никогда не любили.
Кроме того, проблема помещиков. Примерно 70-80% помещиков России на тот момент живут в долг, и должны они банкам. То есть получают, к примеру, со своего поместья 400 рублей прибыли, 200 отдают банкам за ранее выданные кредиты, на 200 живут. Это в лучшем случае. Кто уже и 300 отдает, все как сейчас - люди покупают кучу барахла и тонут в кредитах, поскольку разучились копить. "Приведу пример-например": И.П. Рычков в противовес привел следующие цифры: имение, в котором 8 тягл, или 31 душа, приносит доходы, по его подсчетам, 600 руб. серебром в год с хлебопашества. Имение заложено за 2 480 руб. – ежегодные проценты с погашением доли залога составляют 173 руб. 60 коп., чистого дохода остается 426 руб. 40 коп. На этот доход, имея готовый хлеб, скотоводство, прислугу, дом с отоплением, помещик существует. Если перевести на оброк по 25 руб. с тягла – помещик получит 200 руб. – за вычетом у него остается 26 руб. 40 коп. Как может прожить помещик при этих условиях - возмущался Рычков.
Изъятие у помещиков земель - это прямой путь к их банкротству и разорению. Даже если не учитывать вариант "гвардейские офицеры в Михайловском замке-табакерка-шарф поэта Марьина" - мы кидаем самую образованную и деятельную часть населения.
3) А что, если кинуть банки, благо, даже в Дворянском банке основной капитал - иностранный?
А это грозит уже самому государству... арестом счетов, конфискацией товаров и т.д., проще говоря - санкциями. С учетом того, что новые технологии мы черпаем исключительно из-за рубежа - для нашей промышленности это катастрофа, и в ту же Крымскую мы вступаем в положении гораздо худшем, нежели были в 1854-м.
Вы думаете, Николай всего этого не понимал? Еще как понимал!
Уже в 1835 году образован «Секретный комитет для изыскания средств к улучшению состояния крестьян разных званий». При этом получая от Бенкендорфа такие слова-предостережения: «Весь дух народа направлен к одной цели, к освобождению… Вообще крепостное состояние есть пороховой погреб под государством, и тем опаснее, что войско составлено из крестьян же».
И пробовать разные варианты реформ стали естественно на государственных крестьянах, чтобы потом распространить практику и на помещичьих. И каков же результат? 20 января 1843 года Николай читал в ежегодном отчёте «высшего наблюдения»: если «прежде целый уезд жертвовал для одного исправника и двух или трёх заседателей», то «ныне на счёт крестьян живут десятки чиновников». Если «прежде правосудие, или, точнее сказать, расправа шла скорее», то «теперь жалоба обиженного крестьянина, пока достигнет (если достигнет) до палаты Государственных имуществ, должна пройти через три инстанции… Таковое мытарство только разорительно для крестьянина». Благие намерения верховной власти — Николая, Киселёва — в очередной раз оказались бессильны против бюрократии, тех «ста тысяч столоначальников», которые, по выражению императора Николая, реально правили страной.
То есть руководствовались вроде благим делом - облегчить судьбу крестьянина - а в результате ее ухудшили! Естественно, что Николай сказал резкое "стоп!" дальнейшим опытам над людьми.
А вот его сынок, Александр II, таких сомнений не ведал, и честно переложил стоимость всей реформы на крестьянство.
На мой взгляд - самый правильный путь - американский. Но он был чреват бунтом помещиков (еще бы, у тебя рабочие руки просто переманивают, а ты весь в долгах, как в шелках) и большой смертностью среди крестьянства (ибо первые переселенцы гибнут чаще всего в неимоверных количествах). Но какой-то другой вариант в голову не приходит вообще.
Куда не кинь - всюду какой-то клин.