August 23rd, 2016

Мистер "4 процента"

Очень годная статья на ИНОСМИ.  Я когда то читал её в оригинале.

В 1817 году в Швейцарии умер старый друг Джефферсона, герой Войны за независимость Тадеуш Костюшко. Польский дворянин, приехавший в 1776 году из Европы, чтобы помочь американцам, оставил Джефферсону значительное состояние. По завещанию Костюшко Джефферсон должен был использовать эти средства на то, чтобы освободить своих рабов и купить землю и оборудование, чтобы бывшие рабы могли начать самостоятельную жизнь. Весной 1819 года Джефферсон размышлял над тем, как поступить со своим наследством. Костюшко сделал его своим душеприказчиком, поэтому на Джефферсоне лежали юридические и личные обязательства перед его покойным другом по выполнению условий завещания.
Условия завещания не удивили Джефферсона. Он сам помогал Костюшко писать завещание, в котором говорится следующее: «Тем самым я поручаю моему другу, Томасу Джефферсону, на всю сумму наследства выкупить негров у самого себя и других плантаторов и дать им свободу». Состояние Костюшко составляло примерно 20 тысяч долларов, в переводе на современные деньги это около 280 тысяч долларов. Но Джефферсон отказался от этого дара, несмотря на то, что это могло бы сократить сумму долга, который навис над Монтичелло, освободив его при этом от того, что сам Джефферсон в 1814 году назвал «нравственным позором» - от рабства.
Если бы Джефферсон принял наследство Костюшко, половина его должна была достаться не самому Джефферсону, а фактически его рабам: деньги должны были пойти на покупку земли, скота, оборудования и оплату транспорта, чтобы негры могли жить в таких штатах как Иллинойс или Огайо. Более того, рабами, которые более всего были готовы к освобождению – кузнецы, бондари, плотники и опытные фермеры – Джефферсон дорожил больше всего. Кроме того, он не мог позволить, чтобы об истинной причине освобождения рабов стало известно в обществе.
........
Ключевой поворотный момент в мышлении Джефферсона вполне мог произойти в 1792 году. Когда он перечислял доходы и убытки своей плантации в письме к президенту Вашингтону, ему пришло в голову, что в Монтичелло существует некое явление, о котором он всегда подозревал, но которое он никогда не пытался оценить. Он долгое время не уделял ему должного внимания. Именно в тот момент Джефферсон впервые ясно осознал, что его прибыль увеличивается ежегодно на 4% благодаря рождению чернокожих детей. Рабы были его золотым дном, приносящим бесконечные дивиденды по эффективной процентной ставке. Джефферсон написал: «Я не несу никаких убытков от их смерти, но рост прибыли моей плантации на 4% ежегодно обусловлен увеличением их численности». Его плантация производила неистощимые человеческие ресурсы. Процентное соотношение было вполне предсказуемым.
В другом письме, написанном также в начале 1790-х годов, Джефферсон снова говорит о формуле четырех процентов и откровенно заявляет о том, что рабство представляет собой инвестиционную стратегию будущего. Он пишет, что одному его знакомому, оказавшемуся в затруднительном финансовом положении, «следовало бы инвестировать в негров». Джефферсон советовал этому знакомому, если у его семьи остались какие-либо сбережения, «вложить все до последнего фартинга в землю и негров, которые помимо фактической поддержки, приносят стране от 5 до 10% прибыли в связи с ростом их ценности».
Ирония заключается в том, что Джефферсон отправил свою формулу четырех процентов Джорджу Вашингтону, который освободил своих рабов именно потому, что рабство превращало людей в деньги, подобно «скоту на рынке», и это вызывало в нем отвращение. Тем не менее, Джефферсон оказался прав в отношении подлинной инвестиционной ценности рабов. В 1970-х годах экономисты провели трезвую оценку рабства, и оказалось, что накануне Гражданской войны чернокожие рабы в целом представляли собой второй по значимости капитальный актив в США. Дэвид Дэвис подвел итог полученным ими результатам: «В 1860 году стоимость рабов в южных штатах почти в три раза превышала размеры инвестиций в промышленное производство или строительство железных дорог по всей стране». Единственным активом, более ценным, чем рабы, была сама земля. Формула, которую неожиданно для себя вывел Джефферсон, стала двигателем не только Монтичелло, но и всего рабовладельческого Юга, а также отраслей, поставщиков, банков, страховщиков и инвесторов Севера, которые, сравнив риски с возможной прибылью, сделали ставку на рабство. Слова Джефферсона об «увеличении их численности» стали магическими.

http://inosmi.ru/usa/20121007/200511317.html

Просветите мну

Что имеется ввиду?

«С княжеских времен – еще в битвах под Грюнвальдом (1410) и Оршей (1514) – украинские воины шли в бой под стягами сине-желтых цветов. Под этим флагом боролись Украинские сечевые стрельцы, воины Армии УНР и ЗУНР. 29 апреля 1918 года сине-желтые флаги на своих кораблях подняли моряки Черноморского флота в Крыму. С этим флагом в руках давали отпор захватчикам украинские повстанцы 20-х гг. на Надднепрянщине, сечевики Карпатской Украины и воины УПА»

http://sharij.net/62069

Вот флаги польских войск в битве при Грюнвальде.
http://teutonic-order.livejournal.com/8481.html
Я помню, что Львовская хоругвь везде рисуется вот так:

Но как такое знамя могло получиться?
Вроде как Галицкий герб - это в червленом поле стоящий золотой коронованный лев.
Герб Волынского княжества - красные и белые квадраты в шахматном порядке.
Откуда взялся синий цвет?
Непонятно.
Может кто-то пояснит?

ЗЫ: разжигать не надо, вопрос чисто академический, и процитированный отрывок меня интересует только в плане Грюнвальда и Орши.

Кстати) загадка)

Когда аппелируют к праву на восстание. Ну вы помните: "если какой-либо государственный строй нарушает эти права, то народ вправе изменить его или упразднить и установить новый строй, основанный на таких принципах и организующий управление в таких формах, которые должны наилучшим образом обеспечить безопасность и благоденствие народа. […] когда длинный ряд злоупотреблений и насилий […] обнаруживает стремление подчинить народ абсолютному деспотизму, то право и долг народа свергнуть такое правительство и создать новые гарантии обеспечения своей будущей безопасности".
Так вот, после окончания войны за Независимость и особенно восстания Шейса отцы-основатели сильно задумались. С одной стороны право на восстание зафиксировано.
Но с другой стороны - давать им пользоваться больше не хотелось, ибо Мавр сделал свое дело, и Мавр больше не нужен.
Естественно обратились к Джефферсону - ты обосновал то, что можем восставать мы, а теперь обоснуй, Почему не могут восставать против нас. И масса Томас обосновал. Вопрос - как?)))