August 18th, 2016

Чуть о голоде 1891-1892 годов

"Обязанности по помощи населению при неурожаях в пореформенную эпоху (и до 1900 г.) лежали на земствах. В их ведении находились хлебозапасные магазины, из которых крестьянам выдавались продовольственные и семенные ссуды. В них к 1891 г. находилось около 100 млн пудов зерна. Кроме этого, Общеимперский продовольственный капитал, который использовался в случае нехватки местных средств, располагал еще примерно 50 млн руб. В совокупности средства разных источников могли позволить населению пережить период до нового урожая.
Однако натуральные хлебные запасы оказались в значительной мере фикцией и в неурожайных губерниях не превышали четверти от нормы. Это стало следствием совершенно неудовлетворительной организацией учета пополнения хлебных запасов и выдачи ссуд. Например, в Московской губернии существовали следующие способы учета:
1. «Настеночный» способ: черточка мелом или углем за внесенную меру хлеба (если взята ссуда – черточка перекрещивается).
2. «Бирочный» способ: палка с нарезками на каждый двор. Если взята ссуда – нарезка срезается, и половина ее отдается хозяину как квитанция.
3. Учет по выданным начальством форменным книгам, которые, однако, в большинстве случаев оставались чистыми.
4. «Ерестры» - списки домохозяев.
Неудивительно, что при таком учете только в 13 из 109 случаев итоги сбора урожая соответствовали наличию их в сельских хлебозапасных магазинах.
Однако до самого кризиса ничего этого не было известно. Лишь потом выяснилось, что малочисленность земцев, обилие других возложенных на них обязанностей, разбросанность сельских магазинов не позволяли наладить приемлемый учет. Фиктивная, как выяснилось, цифра хлебных запасов наверняка была известна министру финансов."

Вот что мне нравится в нас - мы стабильны. Времена меняются, а какой подход был и в РКМП, такой и при поздних большевиках, где товарищи Музафаровы и Рашидовы отчитывались о росте сбора хлопка на 500%, и потом товарищи Гдлян и Иванов сильно расстраивали московское руководство настоящим положением дел. Такое же творится и сейчас. Вон у нас губернатор, к примеру, прямо сказал - во всех проблемах Самары виноваты ЦРУ и Госдеп. Типа сам он, отрезавший половину города от другой, закрыв дороги без организации нормальных объездов, вообще не причем, это все происки злобного Барака, который, просыпаясь, первым делом думает - как же там Самаре нагадить.
Ребят, дело ведь не в хрусте французской булки. Хруст ушел, а... жопа осталась.
И у нас сейчас пишут про министра финансов Вышнеградского, что не виноват он в голоде 1891-92 годов, не знал же. Это не виноват тот, который наладил паршивый учет, и оказалось что в голодный год вместо 100 млн.пудов зерна он располагает запасом лишь в 20-30 млн. пудов, и это - не говоря о качестве этого зерна. Более того - когда начался голод - министр финансов не организовал ревизию складов, а просто продолжал гнать зерно на продажу заграницу. Ну и кто он после этого? Либо дурак, либо преступник. Выбирайте, что кому нравится.
Я повторял и буду повторять - система учета и контроля в сочетании с логистикой - это "наше всё" для любой организации, любого государства. И отмазки, мол "министр не знал" - это просто констатация несоотвествия занимаемой должности.

Большое королевское спасибо

Буду краток.
Я уже это писал, но вдруг кто-то не знает.

В 1712 году Кассар с кораблями «Нептун», «Темерер», «Руби», «Парфе», «Весталь», «Медюз», флейтами «Принс де Фриз» и «Алигр», а так же и двумя кайками «Анн» и «Мари» отплыл к берегам Америки с целью разорить колонии англичан, голландцев и португальцев. Первыми попали под горячую руку Кассара острова Зеленого мыса - город Сантьяго был взят за 4 часа и на него была наложена контрибуция в 3 миллиона ливров золотом. Свои требования корсар подкрепил десантом из 1000 моряков.
Получив деньги Кассар отплыл к Антигуа, где бомбардировал английскую колонию. В результате англичане согласились выплатить около 2.5 миллионов ливров золотым песком и сахаром. Далее он проследовал к Суринаму, потом к острову Святого Евстафия, а так же к Кюрасао. Со всех колоний были собраны богатые выкупы, в общей сложности - более 3 миллионов ливров, а так же 15000 голов сахара (общая сумма захваченного вместе с кораблями, пушками и т.д. оценивалась по разным прикидам от 8 до 13 миллионов ливров). По возвращении с богатой добычей он был принят королем Людовиком. На аудиенции Луи попросил корсара отдать ему все золото и серебро в обмен на ассигнации, поскольку королю нечем было расплачиваться с армией. Кассар согласился, он получил орден Святого Людовика на шею и 625 тысяч ливров бумажками. В 1715 году стоимость ассигнаций упала в четыре раза.
При этом, не будем забывать, что король и так получил из захваченного 3/5 по призовому праву. Если исходить из 8 миллионов ливров оценки - то это сумма в 4,8 миллионов ливров. Плюс 3 миллиона, попрошенных "взаймы". То есть это составляет почти всю сумму призовых.
Кассар, быстро растратив обесценившиеся деньги, начал бесконечную тяжбу с купцами и правительством. Вскоре он по-настоящему стал нуждаться, хотя ему помогали его друзья-корсары, к примеру – Дюгэ-Труэн, который очень ценил Кассара. В 1736 году Кассар написал очень яростное письмо кардиналу Флери (первый министр Людовика XV), где не стеснялся в выражениях. Письмо заканчивалось так: «Я требую обратно свои 3 миллиона ливров». Флери не стерпел таких оскорблений и настоял на заключении корсара в крепость. Последним прибежищем капера стала тюрьма в крепости Хэм, куда он был препровожден в июле 1736 года. Кассар умер в заключении 21 января 1740 года.

Давайте еще добавлю про Кассара


Кассар пришел на прием к Флери и королю в октябре 1735-го. Пришел в рваной одежде, поскольку денег не было. При дворе начали демонстративно зажимать носы и смеяться. Вдруг к корсару подошел Дюгэ-Труэн, обнял и расцеловал Кассара и сказал следующее: "Господа, Вы знаете кто это? Нет?  Очень плохо! Это самый великий герой из ныне живущих во Франции, мсье Кассар. Я бы отдал все свои подвиги за один его выход в 1709 или 1710 годах.  Его боялись англичане, португальцы, голландцы, австрийцы. Он отдал все свое имущество, чтобы спасти Францию и её короля. Он мог сделать с одним кораблем то, что другие не могли сделать и эскадрой."
Сказано это было все при министрах,  причем не каким-то хреном с горы, а генерал-лейтенантом французского флота, и не услышать это было просто невозможно. Поэтому Кассара вскоре вызвал к себе морской министр Морепа и предложил Кассару пенсию - 500 ливров. При этом он оскорбил Кассара - "Берите подачку и убирайтесь вон". Кассар взорвался: "Я не хочу подачек. Государство должно мне большие деньги, 3 миллиона. Я разорен по милости короля. И я требую вернуть мне мои деньги".
Морепа не привык, чтобы с ним так разговаривали, и попросил увести Кассара. Тот написал письмо Флери, да еще и на суде обвинил кардинала и морского министра в подлости, и его объявили сумасшедшим. Ну и далее упекли в замок Хэм.
Стоит сказать еще вот о чем. У Кассара были феноменальные понятия о честности. Его старший брат, священник, привил их ему. Корсары чаще всего занижали суммы призов, в ходу была двойная бухгалтерия. У Кассара все бухгалтерские книги были безукоризненны.
Потом как-нибудь подробно расскажу о его рейде в Вест-Индию. Это эпик.