August 1st, 2016

"Опа есть, а слова нет" (с)

Посвящается вот этому:



"И вот, когда мессера Бьяджо Чезенского, церемониймейстера и человека щепетильного, сопровождавшего папу в капеллу, спросили, как он ее находит, он заявил, что совершенно зазорно в месте, столь благочестивом, помещать так много голышей, столь непристойно показывающих свои срамные части, и что работа эта не для папской капеллы, а для бани или кабака. Микеланджело это не понравилось, и как только тот ушел, он в отместку изобразил его с натуры, не глядя на него, в аду в виде Миноса, ноги которого обвивает большая змея, среди груды дьяволов. И как ни упрашивал мессер Бьяджо и папу, и Микеланджело, чтобы он убрал его, он так и остался там на память таким, каким мы и теперь его видим." (Вазари)

Миносу, судье умерших душ, Микеланджело придал черты лица церемониймейстера Папы Бьяджо да Чезена, который часто сетовал на наготу изображенных фигур. Его ослиные уши - символ невежества.

На самом деле, народ, ведь еще есть куча, чего прикрыть, правда?
В Летнем Саду мраморные бабы голые, блин стоят.
А у нас в Самаре, понимаешь, хрен и яйца у коня Чапаева - тоже наверное прикрыть надо мешком от пылесоса?
А Геракл, сволота, на Александрийском столпе, тоже balls светит во всю!
Вообще такое ощущение, что возвращаемся туда, где я когда-то уже был.
"Для чего нас собрал этот худсовет?
Чтоб нашу молодежь уберечь от бед."

"ВДНХ, ждет резидента. ВДНХ!"

26 сентября 1781 года на флагмане адмирала Дигби «Принс Джордж» в Нью-Йорк прибыл 17-летный сын короля Георга III, принц Уильям. Он остановился в доме номер 1 на Бродвее, Манхэттен, который одновременно служил и штабом главнокомандующего британскими силами в Америке Генри Клинтона. Парень был улыбчивый, веселый, и быстро вызвал любовь местных жителей своей простотой и непосредственностью.
Поскольку была ранняя зима – принц часто на радость нью-йоркской публике катался на коньках на озерах недалеко от города.
Что касается повстанцев – они решили похитить сына короля. Зачем? Фиг его знает. Обменять его все равно было не на кого. Йорктаун уже прошел и перелом в войне был зримым и ощутимым. Такая спецоперация вообще могла оттолкнуть от американцев французов и испанцев, ибо по законам XVIII века это было подло и бесчестно. Да и англичане не преминули бы организовать масштабную операцию возмездия. Учитывая, что французы большей частью уже ушли в Вестз-Индию - еще неизвестно, что бы из этого получилось.
Операцией по киднэппингу командовал полковник 1-го полка Нью-Джерси Континентальной Армии Мэттью Огден, именно он и предложил Вашингтону 28 марта 1782 года выкрасть принца. План Огдена был прост и незатейлив – небольшим отрядом, состоящим из капитана, трех сержантов и шести солдат отбить принца, прогуливающегося по берегу Ист-Ривер, затолкнуть в бракас, перевести на зафрахтованном специально для этого китобойное судну и доставить в штаб к Вашингтону.
Согласно донесениям агентов Огдена на прогулке принца охраняли всего два солдата 40-го полка, а основная охрана, состоящая из сержанта и 12 солдат располагалась в доме и при прогулке следовала с 200-300 метрах позади принца. Огден запросил у Вашингтона снаряжение для операции – «два топора, два сосновых бруса с крюками, два или три потайных фонаря, а так же стандартную одежду моряка».
Однако уже 2 апреля от операции отказались. Вашингтон писал полковнику: «Я получил информацию, что часовых у дверей принца удвоили, и теперь при прогулках его сопровождают 8 человек, а не 2, как ранее».
Что же случилось в Нью-Йорке? Да взяли одного из сержантов Огдена, который имел глупость напиться в пабе и гулять по Нью-Йорку в одежде солдата Континентальной армии. Что случилось с ним далее - понятно. В общем, в лучших традициях Минаева: «В зеркало глянь, ты ж родился с черной кожей, негр ты!»
Хотя существует и другая версия – в Вашингтоне взыграла человечность. В 1831 году американский посол МакЛейн показал Королю Вильгельму IV письмо Вашингтона от 28 марта 1782 года в котором он обращается к полковнику Огдену о своих сомнениях в рациональности и возможности такой операции. В ответ, говорят, Вильгельм IV (бывший принц Уильям) закричал: «Я благодарен генералу Вашингтону за его гуманность, но, черт возьми, я рад, что мы не дали ему возможность осуществить это!»
Учитывая, что принц Уильям прибыл в Америку, чтобы вести переговоры от лица короля по поводу английских пленных – дело действительно было очень грязное и низкое. Тем не менее, 2 августа 1782 года Вашингтон послал адмиралу Дигби депешу, что он мог захватить принца, но решил не делать этого. В этот же день пришли первые новости из Парижа – Великобритания начала переговоры о мире.

Красота)

«Английский король поднял жестокую войну против самой природы, попирая священные права на жизнь и свободу жителей далёких африканских стран, которые не представляли никакой угрозы для его государства. Он пленял их и отправлял в рабство в другое полушарие, в таких условиях, что многие погибали во время перевозки. Пиратство было всегда прерогативой язычников, но тут этим занялся христианский монарх. Стремясь держать открытым тот рынок, на котором продают и покупают людей, он подавлял все наши попытки законодательными мерами покончить с этой позорной торговлей. А сегодня он подстрекает тех самых людей, которых обрёк на неволю, поднять оружие против нас и тем самым купить себе свободу, которой он же и лишил их».

Томас Джефферсон.

Я - не я, и лошадь не моя, я на ней только езжу.
Вообще цинизм не знает границ - в том, что я сейчас владею рабами, виноват король, чьи последователи когда-то их привезли сюда. А теперь гнусные англичане еще и смеют подстрекать рабов на восстание против господ. А господа все в белом и вообще не виноваты. Так же исстари повелось)