May 17th, 2016

Кровь, кишки..., и далее по тексту

"Не трудно вообразить, какое взаимное разрушение производят два неприятельские корабля, устремленные с толикою яростию один на другого. Пролетают сквозь оба борта ядра и низвергают пушки, людей и все, что на пути их встречается: разбрасываются во все стороны сокрушенных ими частей корабля обломки, которые вящий людям вред, чем самые ядра, приключают; картечи и пули сыплются как град: наполняются палубы кровию., которой обезображенные и растерзанные трупы плавают: разрываются паруса и снасти; падают раздробленные мачты, и падением своим побивают людей, загромождают корабль и действию артиллерии препятствуют. В сих то обстоятельствах, которых одно воображение ужасает, начальник корабля, находясь безотлучно на шканцах и разсылая оказывает тот твердый дух и ту неустрашимость, которые действуют, когда разум колеблется и благоразумие недоумевает".

П.Я. Гамалея "Опыт морской практики", 1827 г.

Это, на минуточку, учебник для кадетов Морского Корпуса. То есть красочное описание предназначено для детских глазок.

Бортовой залп и высшая математика

Не думал, что придется писать на эту тему, но вижу, что все-таки надо объяснить.
Итак, в чем проблема стрельбы из пушек с парусного корабля?
1. Конечно же качка. Одно дело - стрелять с неподвижной платформы, другое дело - с качающейся и рыскающей. Самый простой аналог, который доступен каждому: попробуйте попасть сначала теннисным мячом в ствол дерева, стоя не асфальте, а потом проделать то же самое, немного раскачавшись на качелях.
2. Параметры тогдашних орудий. Дальность выстрела тогда чаще всего регулировалась не углом наклона пушки, а уменьшением или увеличением заряда. Более того, систем опознавания и прицеливания не было, ну кроме двух (а иногда и одного) глаза комендора.
3. Технологией производства тогдашних пушек. Изначально чугунная пушка отливалась как болванка, а потом в ней высверливался ствол. Так вот, до 1760-х годов строго горизонтально высверливать ствол не умели, чаше всего ствольный конус уходил под небольшим углом в какую-то сторону. Отсюда частые разрывы корабельных пушек, а так же их повышенный износ.

Наложим все три условия друг на друга и творчески проанализируем. Получается что из отдельной пушки попасть в отдельный корабль можно только чудом. Вернее даже переформулируем - точность стрельбы из отдельной пушки с находящегося в море корабля на средней и дальней дистанции (от 200 ярдов и выше) не превышает единиц процента.
И тут нам на помощь приходит теория вероятности. Вернее, тогда ее еще не было, но интуитивно было понятно, что если задействовать против цели в определенный момент времени МНОЖЕСТВО пушек - то вероятность попадания возрастает в разы. Собственно, именно с этим справлялся бортовой залп. Цель накрывала МНОЖЕСТВО ЯДЕР (в бортовом залпе 74-пушечника участвуют 30-32 пушки с одного борта), соответственно для 74-пушечника вероятность поражения цели ХОТЯ БЫ ОДНИМ ЯДРОМ возрастает в 30 раз.
В идеале лучшие результаты достигались бы, если бы все пушки выстреливали одновременно, но это очень плохо сказывалось на живучести самого стреляющего корабля. Пушки канатами были принайтовлены к бортам корабля. И вот представьте, когда на борт корабля резонансно воздействуют разом 30 орудий, весом от 0.5 до 2 тонн! Если борта и выдержат, то от многократных залпов пойдет отслоение обшивки, нарушение конструкций, течи и т.д.
И тогда решили стрелять лагом - то есть каждая пушка борта стреляет с небольшой задержкой по сравнению с соседней. Смысл в этом был простой - скорость корабля мала, поэтому ей можно пренебречь. Ну потеряем мы в вероятности поражения противника 1-2 процентов, ну и фиг с ним. Зато свой корабль целее будет.
К 1740-м годам перешли к новому методу ведения залпа - лагом побатарейно. В самом деле - на нижнем деке пушки одного калибра, не среднем - другого, на верхней палубе и надстройках - третьего. Во первых их становится легко пристреливать (помним про варьирование дистанции методом веса заряда и глаз комендора в качестве систем прицеливания), поскольку становится понятно, был недолет, попадание или перелет, и не надо грешить на то, что это вот в борт противника сейчас влетело не наше ядро, а ядро соседнего дека.
Самое смешное, что с одной стороны здесь вероятность сначала уменьшается, но потом все равно суммируется (грубо говоря 10% попаданий с нижнего дека суммируются с 10% попаданий с среднего дека) и в результате мы получаем все ту же линейную вероятность.
Таким образом, важно понять, что артиллерия на море стала рулить тогда, когда перешли именно к бортовому залпу, а не выстрелу из отдельной пушки. То есть когда начали оперировать массивом ядер и массивом пушек.