December 9th, 2015

Бесславный ублюдок, часть пятая

Во время суда над Бэрром Вилкинсон был главным свидетелем обвинения, чем воспользовалась защита полковника. Бэрр и его команда приступили к беспощадной критике генерала, особое внимание уделяя удивительным совпадениям в деятельности Вилкинсона, которые всегда были на руку испанцам.
В результате уже к середине процесса более половины присяжных были уверены в невиновности Бэрра, и очень хотели поменять полковника с Вилкинсоном местами.
Один из присяжных, Джон Рэндольф, отзывался о генерале, как о "мамонте беззакония" (“mammoth of iniquity” )и "самом законченном негодяе, когда-либо существовавшем".
Собственно, окончание суда в пользу Бэрра вызвало уже служебное расследование деятельности Вилкинсона в армейском трибунале.
Здесь Вилкинсону удалось посеять вражду между двумя главными обвинителями - Джоном Рэндольфом и Дэниэлом Кларком (причем Кларка Вилкинсон сам обвинил в измене, ибо он был испанским ирландцем). В общем, и в этот раз Вилкинсону удалось выйти сухим из воды, но в армии он получил нелестную оценку, как "генерал, выигрывающий все битвы, и не потерпевший ни одного поражения. В военно-полевых судах.".
Вилкинсона отправили командовать армией в Новый Орлеан (общий численный состав армии США тогда составлял 3000 человек, из которых 2000 находились в Луизиане), где за год с августа 1809 по май 1810 года он умудрился от погодных условий и нападений кайманов (что там творилось-то???!!!!) потерять 1113 человек. Это вызвало новый суд, но здесь Вилкинсон на мой взгляд правильно указал трибуналу, что на 2000 человек ему было выделено 106 спальных мешков, 75 одеял, 8 матрасов, 89 раскладушек и 35 москитных сеток. Мол, чего вы хотели, дорогие товарищи, с таким снабжением?
Другой вопрос, что это было ясно заранее, и что Вилкинсон мог бы позаботиться о своих солдатах, наперед зная их численность и то, что выделено на такое количество человек со складов. Как отметил один из хирургов Форта Адамс: армия состояла из "sick die and the well sick" (больных при смерти и сильно больных).
Но у нашего генерала уже давно вошло в привычку не беспокоить начальство "по пустякам". Кроме того, не будем забывать, что фактически ополовинив юго-западную армию, Вилкинсон гарантировал ненападение США на испанский Техас.
В 1811-м - еще один трибунал. Теперь по поводу любимого вилкинсоновского занятия со времен Кентукки - "БыстроДеньги" (лучше позвонить, чем у кого-то занимать). Как бы все были не против бизнеса Вилкинсона, в конце концов у нас свободная страна, каждый может зарабатывать как хочет, но почему в качестве коллекторов-вышибал генерал использует солдат регулярной армии США? Так возникло дело "О коррупции и использовании служебного положения генералом Вилкинсоном".
Вилкинсон начал свою защиту с того, что пожалел бедных солдат, которым нерегулярно выплачивают жалование, зачастую не снабжают даже самым необходимым, и говорил - он просто дает бедным солдатикам подзаработать. Конечно же, во внерабочее время. И это совершенно не вредит службе, поверьте, уважаемый трибунал.
На этом суде опять всплыли шашни с Испанией, но генерал, уже умудренный подобными обвинениями, выдал наверное самую чеканную формулировку, которая сводилась к следующему: "Те, кто обвиняют меня в связях с Испанией - сами испанские шпионы".
В декабре 1811 года суд вынес решение, что Вилкинсон, наверное, не виновен.
Особенно радовало начало: "Предположительно, большие суммы денег, полученные Вилкинсоном от испанского колониального правительства начиная с 1795 года, были результатом его коммерческих сделок".
Как хотите, но для меня это нонсенс. Я ни разу не читал никакого другого судебного заключения, которое начиналось со слов "It appears" (Кажется, предположительно).
Ну а в июне 1812 года началась англо-американская война. Вилкинсону присвоили звание генерал-майора, и направили в Луизиану, с приказом оборонять Новый Орлеан и Западную Флориду от возможного вторжения англичан. Там Вилкинсон захватил форт Нью-Шарлотта (причем без сражения, вступив в переговоры с комендантом испанской крепости Гаэтано), а потом был отозван на канадскую границу.
В битве у Монреаля (25 октября 1813 года) сложилась идиотская ситуация - генерал-майор Уэйд Хэмптон и генерал-майор Джеймс Вилкинсон не поделили между собой "право первородства", действовали абсолютно обособленно друг от друга (совсем как Самсонов и Реннекампф), и в результате регулярные американские войска были разбиты франко-канадской милицией под командованием Шарля де Сэлберри, что привело к сворачиванию наступления американцев на провинцию Квебек.
Оба генерала разосрались, сначала лично, а потом в прессе, Вилкинсон, подал в отставку, Хэмптон - тоже. И военное ведомство эти отставки приняло. Правда Вилкинсон пробовал отозвать свой рапорт, но судя по всему в Комитете по Обороне уже рады были отказаться от услуг "судебного генерала".

About Russian Navy, специальное отступление №2

Тут мне начали рассказывать о великой операции русского флота 1863-1864 годов, имея ввиду посылку эскадр Лесовоского и Попова в США.
Нетрадиционный, я бы даже сказал - английский взгляд на проблему.
Читайте, уважаемая публика!

Я все время удивляюсь нашим исследователям.
Русские документы по походу Лесовского и Попова изучены вдоль и поперек, американские вроде тоже неплохо, но поскольку все же действие предназначалось против Англии и Франции – может быть стоило бы почитать и их мнение, изучить и их документы?
Ну так, на всякий случай.
Начнем с тех мифов, которые в нашей научной литературе уже давным-давно развеяны, а вот в популярной они возникают раз за разом.
1) Никакую Америку спасать мы не собирались. Это вообразили Американцы, когда к ним пришли наши корабли, и сначала этому очень радовались.
Помните, мы с вами говорили о болезни мозга наших адмиралов на Черном море перед ВОВ, о постоянно мерещущемся прорыве итальянского флота к Севастополю?
Вот примерно те же страхи всю Гражданскую войну испытывало правительство Линкольна, им каждый раз на горизонте мерещился Роял Неви в полном составе.
Проблема в том, что Англия еще с начала Гражданской войны в США заняла позицию полного нейтралитета. По двум причинам. Первое – да, с Югом у них были большие торговые отношения, но английское общество совершенно не поддерживало рабство, и по сути было очень радо уничтожению рабовладения в США. Вторая причина – большие торговые связи были и с Севером. Англия считала, что если поддержит Юг и он проиграет – это приведет к конфискации английского имущества в США. Если поддержит Север и он проиграет – это опять приведет к конфискации британского имущества и активов. В этой ситуации англичане предпочли спокойно ждать, когда выявится сильнейший.
2) К приходу наших эскадр уже произошла битва при Геттисберге, и победитель, в принципе определился. Так что роль наших кораблей была чисто моральной.
Более того, с кораблей началось повальное бегство матросов, прельщенных заработками в американской армии – Северяне тогда платили завербовавшимся 300 долларов единомоментно. Кстати, из-за этого с кораблей смыслись почти все поляки.
3) Понятно, что причиной посылки эскадр был Польский вопрос. Проблема в другом – поляки в заграницах верещали по поводу иностранной поддержки, потому что Наполеон III недавно поддержал итальянцев в борьбе за независимость. Но поляков никто поддерживать не собирался.
Политический демарш – да.
Санкции – да.
Кидание кусками говна в прессе – да.
Но не более того.
Мы просто решили подстраховаться. На всякий пожарный.
Можно посмотреть листы Роял Неви по месяцам – англичане даже эскадру не собирали за все это время.

Ну а далее то, что обычно в книжках не упоминается.

4) Позиция Франции в Гражданской войне в США тоже была абсолютно нейтральной. Да, французы проводили ряд переговоров с Конфедерацией, но их интересовала исключительно Мексика, на которую они имели виды.
5) Как восприняли Франция и Англия приход русских эскадр в США? В Нью-Йорк – совершенно безразлично. Пришли и пришли. Гораздо больше волнения вызвала эскадра Попова, пришедшая во Фриско.
Теперь уже у Англии стали глаза велики от страха, и она решила, что Россия собирается развязать войну, причем ни много, ни мало – захватить Австралию, или по крайней мере нарушить там торговлю, которая тогда оценивалась в 50 миллионов фунтов стерлингов. Тогда у англичан на всю Австралию и Новую Зеландию были всего два корвета – 18-пушечные «Панч» и «Аргус». Апофеозом стал визит в Мельбурн русского корвета «Богатырь». В городе, уже напичканном страхами из газет, началась паника (Russians are coming), но далее все выяснилось, корвет пришел с дружеским визитом, по словам современников «стреляли только пробки из-под шампанского».
Англия обратилась с официальным запросом в российский МИД, что вообще происходит. Выяснив, что никакой войны нет и австралийские воды усиливать нет нужды, англичане восприняли дальнейшее нахождение русской эскадры в американских водах очень спокойно.
Естественно, что Англия сразу стала более покладистой в польском вопросе. Но как я уже говорил – никто воевать изначально и не собирался.
6) Вот кто действительно пострадал от действий русских эскадр в США – это конфедераты. Как я уже говорил, Англия и Франция объявили о своем жестком нейтралитете. Соответственно и Север и Юг имели политически перед Европой одинаковые права. Кто победит – того и признают.
Так вот русские, придя в Северные Штаты, де-факто признали Север – законным правительством, а Юг – сепаратистами, террористами и мега-«ватой». По сути, политически это был самый сильный удар по Конфедерации.



Большой бал в честь русских в Академии Музыки, в Нью-Йорке, 1863 год.