September 18th, 2015

Портвейн и мадера

Поскольку пятница, осень, и легкое алкогольное настроение...

Наверное все началось в 1688 году. Как мы помним, штатгальтер Вильгельм Оранский высадился в Англии, сверг Якова II и началась война Аугсбургской лиги.
До этого момента 60% вина, потребляемого в Англии, было французским (естественно знаменитое бордосское и анжуйское). В 1693 году Оранский ввел просто драконовские тарифы на французское вино (от 475 до 980 процентов наценки к стоимости), но выпить-то хотелось, ибо англичане всегда были нацией законченных алкоголиков (как тут не вспомнить Марка Твена: "Красивая девушка, хороших правил и примерного поведения: никто не видал ее пьяной больше четырех раз в неделю.")
И выход был найден, благо, как мы помним, еще король Карл II, женатый на португальской принцессе Катерине Браганса, проложил путь портвейну в Англию и первые 478 бочек этого напитка прибыли на Остров в 1662 году вместе с приданным, а в 1678-м Англия закупала в Португалии уже 14 тысяч бочек портвейна в год. Если вспомним Дюма - фелюка Мордаунта как раз была загружена бочками из-под портвейна, и как говорил Мушкетон "собственность врага - наша собственность, ибо в Писании не сказало, что англичанин - это наш ближний".
Так вот в 1703 году был заключен Метуанский договор, согласно которому налогообложение португальских вин при экспорте в Англию было очень льготным - если с с бочки вина другого производителя платилось 20 фунтов, то с португальского вина - всего 7 фунтов. И дело пошло!
В 1717 году португальские вина (портвейн и мадера) составляли 66 процентов британского рынка, тогда как к примеру французские вина - всего 4 процента.
1728 год - 23 тысячи бочек.
1761 год - 43 тысячи бочек.
1778 - 67 тысяч бочек.
1799 - 90 тысяч бочек.


Знаменитые терассы долины Дору - родины портвейна.

Портвейн стал культовым напитком. Весьма симптоматичным показателем может служить открытие клубов в Англии для "трехбутылочных мужчин" (то есть способных выпить за один присест 3 бутылки порто). Кстати, в этот клуб входили британский премьер Уильям Питт-младший и драматург Шеридан.
Есть байка, что англичане все могли пережить, но как только французы начали угрожать производству портвейна - войска Мура и Веллингтона высадились в Португалии в 1808-м, чтобы французам на досталась та самая долина Дору, где выращивался виноград для производства португальского вина. Кстати, именно в Дору бои англичан и французов были очень ожесточенными. Хотя надо сказать, что Наполеоновские войны покончили с монополией португальского вина в Англии.
Что касается мадеры (любимого напитка Гришки Распутина) - то так уж получилось, что если портвейн пила метрополия, то мадеру пили колонии. Мадеру обожали Джордж Вашингтон, Бенджамин Франклин, Джон Адамс. Кстати именно шлюп "Фридом", груженый мадерой, и послужил причиной беспорядков в Бостоне, что привело к "Бостонской резне". Американцам очень не понравились новые акцизы, введенные метрополией на любимый напиток.
Если у нас при спуске корабля на воду разбивают бутылку шампанского (хотя наверное тут бутылка медовухи или водки смотрелась бы логичнее), то в Америке - бутылку мадеры. И традиция эта была заложена в 1797 году - при спуске на воду 44-пушечного фрегата "Конститьюшн".
Кстати, если вы видите в исторических романах о 18-м веке, что герой пьет мадеру - знайте, это человек из колоний. Если портвейн - то однозначно англичанин.
В заключение наверное приведу две цитаты. Сначала из булгаковской "Мастера и Маргариты": "Однако! Я чувствую, что после водки вы пили портвейн! Помилуйте, да разве это можно делать!" Поверьте, однозначно нельзя..))) Порто - это и так смесь вина и бренди, добавив в этот комплот еще и водочки вы гарантируете себе ужасное похмелье..))
И закончу конечно же флотом. Вторая цитата - это девиз марки Баррос: «Время, проведенное с Баррос, Господь Бог в расчет не берет». Говорят, пока Коллингвуд на своем флагмане носился, грызя зеленое яблоко перед началом Трафальгара, Нельсон на "Виктори" стоял, рассматривая испано-французскую линию, и решая куда нанести удар, и задумчиво потягивал порто. И это был ответ Нельсона на просьбу капитана спуститься в каюту, чтобы избежать случайных пуль и ядер.

Вышло наконец-то

Тринадцать негритят: трагическая судьба первых фрегатов Континентального флота

Если разделить сумму в 866 666 долларов на 13 кораблей, получится по 66 666 долларов, или по 13 330 английских фунтов стерлингов, за фрегат. 32-пушечный английский фрегат «Монреаль», построенный в 1761 году, обошёлся британцам в 11 503 фунта стерлингов, а 24-пушечный «Тартар» (1756 года постройки) – в 8 558 фунтов. Строительство 28-пушечных фрегатов обходилось англичанам примерно в 10 тысяч фунтов стерлингов.
Стоимость кораблей колониальной постройки всегда была несколько выше, что и отражает сумма принятых Конгрессом ассигнований.