January 7th, 2015

Клуб Дюма-2 или майдан по-парижски, часть пятая

Вообще Франции в 1588-1589 годах сильно повезло, как бы издевательски такие слова не звучали. Повезло ей в том, что после разгрома Армады для Испании обычная спецоперация по наведению порядка на отдельно взятом острове превратилась в затяжную войну, и Филипп II получил к своей нескончаемой веренице врагов еще одного противника.
Что касается Англии - в кабинете королевы Елизаветы возникла мысль не почивать на лаврах, а нанести ответный, как казалось – решающий удар. Секретарь королевы Фрэнсис Уолсингем писал «о редчайшей, прекраснейшей возможности» - ведь Испания практически осталась без флота, соответственно побережье Иберийского полуострова беззащитно.
Остатки испанской Армады были сконцентрированы в Сантандере и Сан-Себастьяне, рейды этих портов были слабо укреплены, и ситуация благоприятствовала возможности добить и дожечь все то, что осталось от флота Медины-Сидонии. Уолсингем отмечал: «остатки гигантского флота расположены на стоянке в двух портах, и при этом корабли беспомощны. На них нет достаточного количества матросов и солдат, чтобы укомплектовать их; нет достаточного количества рабочих, чтобы отремонтировать их; они намного месяцев остались недвижимы и беззащитны, не способные ни к борьбе, ни к плаванию». К вышесказанному следует добавить, что без сильного военного флота слабо укрепленные американские колонии Империи были уязвимы перед нападениями извне.
Таким образом, Елизавета и Уолсингем планировали:
а) добить остатки Непобедимой Армады в Сантандере и Сан-Себастьяне;
б) атаковать испанский «серебряный флот», оставшийся после поражения Армады без защиты, и захватить его;
в) Произвести сеть десантов в Португалии, выгнать оттуда испанцев, и посадить на престол приора Крату дона Антониу.

Естественно, в этой ситуации о Франции немного "забыли".
5 января 1589 года умерла Екатерина Медичи. В 60-е годы это был единственный реальный политик во Франции, но к концу 80-х она сама так запутала внешнюю и внутреннюю политику, что выхода из той ситуации, которая сложилась, почти не было видно.


Усыпальница Сен-Дени, и саркофаги Генриха II и Екатерины Медичи

Ну а 6 января до Парижа дошло известие об убийстве герцога де Гиза и кардинала Лотарингского. Гигантские толпы народа вышли на улицы с факелами и свечами, и скандировали: "Москоляку - на гиляку!" и "ПТН-ХЛО" "Конец роду Валуа!". Фанаты "Пари Сен-Жермен" разъяренные молодчики, в балаклавах закрыв лица повязками, ворвались в усыпальницу Сен-Поль, и снесли и раскрошили бюсты Ленина и Сталина королевских миньонов Келюса, Шомберга, Можирона, Сен-Мегрена, не знаю, как сказать интеллигентно, но из песни слов не выкинешь, скажу как было, пусть и звучит это неприятно - насрали огромные кучи и измазали своим говном герб Валуа и герб Польши, королем которой был недолгое время Генрих III (ау, мои братья по Евросоюзу!).
16 января Бюсси-Леклерк появился в Парламенте с несколькими молодчиками, и потребовал от президента Парламента Арле "написать заявление по собственному" отставки, для полноты образа избив и препроводив в Бастилию.
Назначить президентом Парламента решили Бриссона, самого робкого из парламентариев, но он не соглашался, пока ему к горлу не приставили дуло аркебузы. Бриссон-таки соглашается, но ночью описывает всю ситуацию в письме королю, и говорит, что занял место Арле "под воздействием грубой силы".


Шико и брат Горанфло конечно же.

Парламент один за другим печатает указы и воззвания провинциям примкнуть к Лиге и не подчиняться Валуа. И с недоумением получает ответы раз за разом, "а не пойти ли вам, ребята, лесом", хотя кто-то конечно подчиняется и поддерживает лигистов.Исполнительная власть полностью переходит в руки Совета, состоящего из сорока человек (три епископа, шесть кюре, восемь дворян, двадцать три буржуа), налоги были снижены на четверть, церковь освобождается от уплаты ренты. Цитата: "Церковные кафедры проповедников превратились в революционные трибуналы. Ежедневно священники в церкви разоблачали какого-нибудь роялиста или просто человека умеренных взглядов, а то и еретика. И когда несчастный выходил из церкви, его уже поджидали – одна половина города доносила на другую".
Ну а 20 января в Париж въезжает герцог Майеннский. Шико, узнав об этом, срочно покидает столицу, ибо с Майенном они были смертельными врагами. Майеннский же каким-то образом узнает, что Шико был в Париже, и высылает за ним погоню. Что было дальше - читатели "Сорок Пять" знают - Шико удалось убить преследователей и присоединиться к королю.
Благодаря испанским деньгам Майенн сумел начать наступление, удержать Орлеан и захватить три города выше по течению Луары.
К тому времени реальная власть короля сузилась всего лишь до трех значимых городов Франции (Тур, Блуа и Божанси), но тут на помощь приходит Донбасс Наваррский и протестанты, которые предлагают Генриху заключить союз при условии признания Бурбона наследником.
Какой был выбор у Генриха III?
Благодаря сверхчеловеческим усилиям д'Эпернона удалось навербовать 2000 аркебузиров, но и только. Армии, как таковой не было. Денег тоже, после вербовки в казне осталось 200 экю.
С одной стороны - полу-немецкие, полу-французские принцы, которые представляли Францию вроде жирной кормушки, и готовы были ею торговать до последнего графства. С другой - Наваррский, который сумел выйти из под опеки Елизаветы, вел самостоятельную политику, прекратил резню католиков и гугенотов на своих землях, и по сути являлся объединителем земель. Ну и на сладкое - на трон Франции он имел прав поболе Гизов.


Памятник Луи де Бальбесу де Бертону де Крийону, лучшему вояке времен Генриха III.

30 апреля, в день, когда Английская Армада, идущая к берегам Испании, добить все то, что осталось от испанских эскадр, миновала остров Рэ, армии Валуа и Наваррского соединились у Плесси-де-Тур. Жребий был брошен!
Бурбон предложил королю свою армию и свою казну, дела постепенно начинают налаживаться. 15 мая (Дрейк и Норрис в этот момент пытались захватить и разграбить Ла-Корунью) посол Санси информирует короля, что ему удалось завербовать 15000 швейцарцев, причем без денег, ибо их предводители "сказали, что верят слову короля Франции и короля Наварры, и просят с ними расплатиться, когда смогут". В армию двух королей стекаются дворяне, а армия Лиги начинает таять.
17 мая она составляет 23 тысячи человек, 30 мая - 17 тысяч, к середине июня - всего 8 тысяч, ну а в середине июля - 5000 человек. Отчасти в этом виноват Филипп II, ибо много денег выделить он не может - срочно строятся корабли, в замен потерянных при походе Непобедимой Армады, да и почти весь июнь проходит в обороне испанским войсками Лиссабона.
30 июля в Париж прибыл королевский парламентер с требованием сдачи города. В противном случае король готов направить армию на столицу Франции. Когда госпожа Монпасье решила что-то сказать, гонец повернулся к ней и зачитал: "Считая госпожу Монпасье причиной наших несчастий, по взятии ее в плен живой она будет поджарена живьем". Остолбеневшая от наглости герцогиня пробормотала, что "что на огне обычно кончают те, кто предается содомскому греху, как Валуа", но более в политические вопросы на заседании не лезла.
Майенн, Мендоса, Монпасье, Леклерк и Совет выслушали посланца короля, и попросили неделю на раздумье.
Как только дверь закрылась - сразу же зашла речь о покушении на Генриха III. Более "активисты майдана по-парижски" ничего придумать не смогли.

Продолжение следует....

Клуб Дюма-2 или майдан по-парижски, часть шестая

Прежде чем продолжим - очередное лирическое отступление, необходимое для понимания процессов, которые происходили в Франции конца 1580-х годов.
Помимо радикальных "левых" и "правых" в королевстве была и партия "политиков", как ее назвали у нас в историографии,или партия "умеренных католиков", как ее называют во всем остальном мире. Как ни странно, ее создал еще во времена Генриха II коннетабль Франции Анн де Монморанси.
Вкратце ее программа выглядела так: "свобода вероисповедания для протестантов, примат католицизма, во главу угла поставить государственные интересы Франции".
В 1580-х главой этой партии был Шарль де Монморанси-Данвилль. Обратимся еще раз к карте, которую я уже размещал:

Если синим здесь указаны части Франции с преимущественно лигистскими настроениями, красным - с протестантскими, то вот белое - это как раз те области, которые криком кричали "мудаки! Дайте пожить спокойно! Задолбали воевать!" поддерживали относительную свободу вероисповедания и партию "политиков". От того, за кого станут эти колеблющиеся и зависело - кто станет королем Франции.
Collapse )

Продолжение следует....