George Rooke (george_rooke) wrote,
George Rooke
george_rooke

Category:

Сражение при Уэссане и его последствия.

После Семилетней войны у Франции осталось всего 40 военных кораблей, однако и они находились в плачевном состоянии. Шуазель, на которого 1759-й год оказал отрезвляющее воздействие, предложил Людовику XV построить за 10 лет 80 линкоров и 45 фрегатов, король этот план одобрил, во главе морского министерства встал брат государственного секретаря – Шуазель-Праслен, и на верфях Его Христианнейшего Величества спешно начали строить новые корабли. К 1771 году Франция уже могла выставить в море 64 линкора и 50 фрегатов – довольно большие силы, однако новая фаворитка короля мадемуазель Дюбарри с помощью герцога д’Эгильона и канцлера Мопу свалила всесильного государственного секретаря – 24 декабря 1770 года Шуазель был отправлен в отставку. В 1772 году морским министром стал малограмотный Пьер-Буржуа де Буан, бывший интендант Безансона, который сразу же  свернул все реформы Шуазеля. В 1774 году его сменил Анн-Робер-Жак Тюрго, барон д’Ольн, бывший интендант Лиможа. Если в качестве контролера финансов Тюрго, друг энциклопедистов, проявил себя неплохо, то в качестве главы морского департамента он решил уравнять морских офицеров с сухопутными, что вызвало всеобщее возмущение. Через месяц выгнали и его, теперь морским министром стал генерал-лейтенант Парижской полиции Антуан-Раймон де Сартин. Как ни странно – Сартин оказался полной противоположностью Берьеру. Сам он был в морских делах профаном, но имел мудрость прислушаться к знающим людям. Именно при Сартине вводится обязательная разведсводка по флотам других держав, где сообщается их численные состав, укомплектованность, новинки судостроения, бюджет и т.д. Новый морской министр лично курирует строительство кораблей, создает новые литейные цеха, проводит административные реформы.

 

Что касается Англии - до вступления Франции в войну Британия не вела широкого военно-морского строительства. На 1 июля 1778 года британский военно-морской флот имел 66 линейных кораблей, из них 30 - в европейских водах, 14 - в Северной Америке, 13 - на пути в Северную Америку, остальные - на пути в Индию или Менорку. На эту же дату французский флот имел 52 линейных корабля, из них 32 - в европейских водах, 12 - на пути в Северную Америку, остальные - на Средиземном море и в Индийском океане.

После начала войны к маю 1778 года оба флота настороженно следили друг за другом. Французы раньше чем англичане завершили подготовку кораблей, и уже 3 июня командующий Флотом Океана лейтенант-генерал Луи-Гэлуа граф д’Орвилье вышел в море с 28 линкорами. Задача, поставленная Орвилье, была проста – завоевать господство в Ла-Манше, пользуясь тем, что большая часть английского флота находится вне европейских вод. Французы были полны решимости взять реванш за разгром на море в Семилетнюю войну.

Англичане спешно вооружали свои силы. 16 мая в Спитхэд прибыл вице-адмирал Синего Флага Аугустус Кэппел, который поднял свой вымпел на 100-пушечном линкоре «Виктори». Это назначение вызвало неоднозначную реакцию – дело в том, что Кэппел был представителем партии вигов, тогда как нынешнее правительство возглавляли тори. Особенно возмущался этим вице-адмирал Синего Флага Хью Паллисер, состоявший в Адмиралтействе и принадлежавший к правящей партии консерваторов (как еще называли партию тори). Кэппел сразу же вышел в море с 20 кораблями и крейсировал у Бреста до конца мая, но потом был вынужден уйти, так как узнал, что французы вооружили около трех десятков кораблей. 9 июля английский адмирал покинул Спитхэд имея 30 линкоров, 6 фрегатов, 2 шлюпа и 2 брандера, и взял курс на Уэссан. Авангардом из 10 кораблей командовал вице-адмирал Красного Флага сэр Роберт Харланд; центром из 11 кораблей – вице-адмирал Синего Флага достопочтенный Аугустус Кэппел; арьергардом из 9 линкоров – вице-адмирал Синего Флага Хью Паллисер.

23 июля в 400 милях от Уэссана был обнаружен Орвилье с 32 линкорами и 16 фрегатами. Сильный шторм не давал флотам  сблизиться друг с другом и начать сражение, обе эскадры маневрировали, пытаясь выиграть ветер друг у друга. Французы имели следующие силы: авангард под флагом графа дю Шаффо в составе 9 кораблей и 1 фрегата; центр под началом Орвилье – 9 линкоров и 1 фрегат; арьергард под командованием герцога Шартрского[1] – так же 9 кораблей и 1 фрегат. Еще 5 фрегатов, 5 корветов и 1 люгер находились вне линии, и использовались в качестве вспомогательных и репетичных судов.

27 июля погода стала лучше и флоты сблизились. Французы держали идеально ровную линию, тогда как английская эскадра была в беспорядке. Боевые столкновения начались с 11.00. К 12.00 авангард и центр британцев миновали французскую линию, Харланд и Кэппел развернули свои дивизионы, чтобы дать еще один бой противнику, тогда как Паллисер болтался где-то под ветром и практически не шевелился.  Приказ вступить в линию командующий арьергардом успешно игнорировал.  В 12.30 наступила кульминация - Орвилье, видя, что между центром и арьергардом британцев образовался большой разрыв, дал сигнал  герцогу Шартрскому: «Головным кораблям арьергарда последовательно повернуть и атаковать противника на близкой дистанции». Замысел Орвилье был прост и идеален для данной ситуации – отрезать отставшие английские корабли и уничтожить их до того, как Кэппел и Харланд успеют подойти к Паллисеру на помощь. Репетичный фрегат Орвилье «Конкорд» отрепетовал приказ арьергарду. Ла Мотт-Пике, наставник герцога Шартрского, воскликнул: «Вот лучший момент в вашей жизни! Вы можете отрезать концевые английские корабли. Видите приказ Орвилье, он поднят как раз вовремя!» Но герцог молчал. Тогда Ла Мотт-Пике сам повернулся к рулевому и уже начал давать ему распоряжения для исполнения этого приказа. Но тут вмешался один из версальских представителей из свиты герцога – монсеньор Жанлис. Он обратился к Ла Мотт-Пике со следующими словами: «Месье, помните, что вам доверили быть при Его Высочестве и которому вы должны подчиняться»[2].

Герцог вывел корабль из линии, подвел к флагману Орвилье, и тот повторил ему приказ голосом, однако Паллисер уже успел догнать Кэппела, на помощь спешил Харланд и разрыв был закрыт. К 19.00 стрельба утихла. Ни одна из сторон не потеряла ни одного корабля. Наутро Кэппел обнаружил всего лишь три французских корабля – Орвилье уклонился от продолжения боя. Потери англичан составили 500 человек убитыми и раненными, французов – 700 человек. Этот заурядный в общем-то бой вызвал в Англии и во Франции целую бурю.

В Париже неуверенность Шартрского была воспринята как трусость, в салонах негодовали. Герцог, чтобы спасти свою репутацию, обвинил капитанов кораблей первого дивизиона арьергарда, но Орвилье взял их под свою защиту. Возмущение при дворе было столь велико, что Шартрский оставил службу на флоте и вскоре стал генералом гусар.

Но все разбирательства у французов были детской забавой по сравнению со скандалом у англичан. В своем отчете о бое Кэппел сдержано поблагодарил Харланда, а действия Паллисера оставил  без комментариев. Слухи об этом просочились в прессу, которая подняла вопрос о том, как вел себя арьергард в бое при Уэссане. Разъяренный Паллисер прибыл к Кэппелу и потребовал опровергнуть «домысли журналюг». Кэппел отказался.

Тогда Паллисер через голову Кэппела обратился в Адмиралтейство (невиданное нарушение субординации!), где обвинил Кэппела нарушении Инструкций для похода и боя, в нерешительности и трусости. Первый лорд дал ход этому делу, правда, на что он наделся – непонятно. Кэппел конечно же легко оправдался, а вот Паллисеру пришлось испить горькую чашу до дна – в один прекрасный день разъяренная толпа чуть не спалила его дом. Министрам, который поддержали обвинение против Кэппела, выбили в их домах стекла. Возмущение общества было сильнейшим. В результате Паллисер был снят со всех постов и остался не у дел.

Король и первый лорд были в ярости, они заставили только что оправданного Кэппела отказаться от командования Флотом Канала, однако в знак поддержки опального Кэппела Харланд отказался занять место своего бывшего начальника. Прибывшие из Вест-Индии лорд Хоу и Баррингтон поддержали «забастовку» и так же наотрез отказались служить «у такого правительства». В результате в Ройял Неви возникла идиотская ситуация – командовать флотом было некому. В результате в 1779 год английский Хоум Флит вступал без командующего. Ройял Неви сотрясали споры и взаимное недовольство. Адмиралы и офицеры разделились на два лагеря – одни поддерживали Кеппела, другие – правительство. По сути флот Англии перестал представлять собой организованную силу.



[1] Будущий герцог Орлеанский, знаменитый Филипп «Эгалитэ».

[2]Взято из книги Jean-Jacques Antie «L'amiral de Grasse, héros de l'indépendance américaine» - Rennes, 1991.

 

Tags: Ройал Неви, французский флот
Subscribe

  • Тяжела доля гегемона, послекрымское

    Я со своим обычным "везением" немного приболел прям 31-го декабря, поэтому все новогодние праздники сидел дома. Ну и поскольку делать особо было…

  • Опять зарисовки Ирландии

    А что мы все о преданьях старины глубокой? В Ирландии и в XVIII веке было не менее весело. Надо сказать, что еще с 1793 года французские войска…

  • Опять около Крымской

    За Венгерский поход Николая I не пинал только ленивый. Вернее – ленивый, не знающий истории. Тем удивительнее, что в тот же самый момент…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments

  • Тяжела доля гегемона, послекрымское

    Я со своим обычным "везением" немного приболел прям 31-го декабря, поэтому все новогодние праздники сидел дома. Ну и поскольку делать особо было…

  • Опять зарисовки Ирландии

    А что мы все о преданьях старины глубокой? В Ирландии и в XVIII веке было не менее весело. Надо сказать, что еще с 1793 года французские войска…

  • Опять около Крымской

    За Венгерский поход Николая I не пинал только ленивый. Вернее – ленивый, не знающий истории. Тем удивительнее, что в тот же самый момент…