George Rooke (george_rooke) wrote,
George Rooke
george_rooke

Categories:

Средиземноморский поход. Часть IV. Окончание

Начало здесь: http://george-rooke.livejournal.com/10284.html



 

Анкона.

 

Пустошкин.

После падения Корфу важнейшей французской морской крепостью в Италии стала Анкона. Это был хорошо защищенный порт в западной части Адриатического моря. Гавань Анконы была сознательно расширена за счет вынесенных в море северного и южного мола, причем оба они защищались бастионами. Гарнизон города насчитывал 2500 человек при 270 орудиях, большая часть из которых смотрела в сторону моря. 5 мая 1799 года фельдмаршал Суворов пишет письмо Ушакову:

«Милостивый государь мой Федор Федорович!

Здешний чрезвычайный и полномочный посол пишет ко мне письмо, из которого ваше превосходительство изволите ясно усмотреть необходимость крейсирования отряда флота команды вашей на высоте Анконы; как сие для общего блага, то о сем ваше превосходительство извещаю, отдаю вашему суждению по собранию правил, вам данных, и пребуду с совершенным почтением.

Милостивый государь вашего превосходительства покорнейшей слуга

гр. А. Суворов Рымникский».

Однако еще 1 мая Ушаков отправил к Анконе отряд контр-адмирала Павла Васильевича Пустошкина с составе трех линейных кораблей (74-пушечные «Симеон и Анна»,  «Святой Михаил» и 1 турецкий корабль) и 4 фрегатов («Богородица Казанская», «Навархия Вознесение Господне» и двух турецких), 1турецкого корвета, бригантины «Макарий» и нескольких мелких судов. По пути наши фрегаты отделились для захода в Триест и вернулись к Анконе 12 мая.

7 мая Пустошкин подошел к крепости и произвел первую бомбардировку, в результате которой по бастионам было выпущено 400 ядер. Взять город было необходимо, поскольку Анкона была гнездом французских каперов, которые постоянно атаковали торговые суда союзников. Уже 14 мая бригантина «Макарий» под командованием лейтенанта Ратманова атаковала и захватила 2-пушечную французскую шебеку с грузом пороха. Канонерки, вышедшие с Анконской гавани, были отогнаны плотным огнем. Однако еще 12 мая отряд Пустошкина отошел к берегам Истрии за водой и провиантом. Блокада возобновилась 27 мая. Русско-турецкий десант в 450 человек под командованием майора Гамена высадился у города Фано и без боя захватил его, французский гарнизон (100 солдат) отошел к Сенигаллии. Вечером 7 июня русские пошли на штурм Сенигаллии и к утру следующего дня захватили ее. 20 июня, в связи с информацией об эскадре Брюи Пустошкин отошел к Корфу, куда Ушаков стягивал все свои корабли. Пользуясь этим обстоятельство французы вернули обратно Фано и Сенигаллию, где расположили сильный гарнизон в 800 солдат.

 

Войнович.

Осада Анконы возобновилась 12 июля, когда отряд капитана 2 ранга графа Войновича из 4 фрегатов, 1 корвета и 1 вспомогательного судна[1] подошел к крепости. 14 июля с кораблей высадился десант (430 человек при 5 орудиях), который повторно осадил Фано (гарнизон – 800 солдат). Еще 150 человек высадили между Фано и Сенигаллией, дабы гарнизон не смог уйти, как в прошлый раз. Из Анконы на помощь вышел французский отряд в составе 1000 солдат, однако комендант Фано уже капитулировал[2], поэтому отряд вернулся в Анкону. После этого русские атаковали Сенигаллию, которая была взята 24 июля. Из Фермо подошли 2800 солдат итальянского ополчения под командованием генерала Лагоца (La Hoz), бывшего якобинца, перешедшего на сторону австрийцев. 1 августа Анкона оказалась в окружении. Итальянцы и русские приступили к осадным работам. Вокруг города было возведено 7 батарей из 30 корабельных орудий. Постоянные обстрелы города привели к чудовищным разрушениям – гарнизон Анконы был выведен из казарм в биваки. Французы попытались организовать вылазку к итальянскому лагерю, но их атаковал отряд капитана 2 ранга Мессера (800 человек, 7 орудий), который полностью уничтожил французское соединение. В помощь осаждающим Войнович высадил еще один десант из 100 морских артиллеристов Ратманова для упорядочения и усиления огня по крепости. Бунт турецких моряков отсрочил падение Анконы, тем не менее у французов осталось не более 1000 солдат, в городе начался голод. Из письма Войновича полковнику Скипору: «Батареи наши со всех сторон построены на картечных выстрелах, канонада производится непрестанно со всех сторон, и с моря отчасти фрегатами и по большей части вооруженными мной требакулами и лодками, на которых поставлены большого калибра пушки. Неприятель неоднократно покушался делать великие вылазки, но прогоняем был с немалым уроном». Огнем русской артиллерии на рейде осажденной крепости был потоплен 64-пушечный «Штенгель», когда-то захваченный французами у венецианцев.

3 октября к Анконе подошел австрийский генерал Фрерлих с 8-тысячным корпусом, тот самый, который потерпел поражение у Рима от генерала Гарнье. Новый «союзничек» не нашел ничего лучше, чем поссориться с Войновичем и Лагоцем. Австрияк во всю страдал от уязвленного самолюбия  - после подписания секретных кондиций между Трубриджем и Гарнье, он решил еще раз атаковать французский гарнизон, уходивший из Рима, надеясь, что застанет французов врасплох, однако гренадеры Гарнье в классической штыковой повторно наподдали наглецу и обратили австрияков в бегство. Под Анконой Фрерлих надеялся загладить свои римские неудачи[3]. Австрийский генерал тайно вошел в переговоры с комендантом Анконы – генералом Монье и пообещал французам выпустить гарнизон с оружием и воинскими почестями. Войнович, прознавший об этом, предложил Фрерлиху окончить дело штурмом, но тот отказался. Ночью, 2 ноября 1799 года, французский гарнизон сдался лично генералу Фрерлиху. Австрияки оцепили гавань, не допуская туда итальянцев и русских, пока французы спешно грузились на корабли. Разгневанный Войнович требовал пропустить его к «подлецу Фрерлиху», но австрийцы не допустили русского командующего к генералу. Что произошло далее, очень хорошо отражено в отчете Ушакова Павлу I: «По таковых последствиях граф Войнович послал флотилию в Анконскую гавань и приказал поднять флаг вашего императорского величества на моле и на всех пленных кораблях и прочих судах, которые после ночного времени при рассвете и подняты (прежде нежели были какие другие) по праву блокирования эскадрою оную гавань и удержания их от вывода из оной, также приказал командующему десантными войсками войти в крепость и поднять флаг вашего императорского величества вместе с флагами австрийскими, а сие также исполнено. Вторым письмом граф Войнович доносит, что дал он повеление флота капитану Мессеру и лейтенанту и кавалеру Ратманову с назначенными к ним офицерами сего ноября 4-го дня описать все состоящие в Анконе суда и гавань, но генерал-лейтенант Фрерлих к тому оных не допускает; флаги российские на всех судах и в гавани подняты и караулы поставлены, но он требовал, чтобы везде спустить поднятые везде флаги, и уведомляет, что послал к своему двору эстафет и до получения на оной ответа ни к чему допустить не намерен.» Скандал был велик! Дошло до того, что император Павел I обратился с письмом к австрийскому двору, требуя объяснений.  Одновременно русский царь обратился и к англичанам, требуя допустить русский контингент в составе 2400 солдат на Мальту. В Петербурге нарастало раздражение эгоизмом союзников, тем более, что русская армия была движущей силой коалиции. В свою очередь англичане и австрийцы, уже получившие все мыслимые и немыслимые бонусы от союза, были склонны заключить мир с Францией, сознательно похоронив идею реставрации Бурбонов. Союз против революционной Франции дал глубокую трещину.

24 августа 1799 года Бонапарт на фрегате «Мюирон» покинул Египет, и, проскочив через все английские заслоны, высадился в Тулоне. Встреченный как спаситель нации, генерал спешил в Париж, к славе и власти.

 

 

Мальта.

 

Нельсон.

9 ноября 1799 года во Франции произошел государственный переворот, установивший военную диктатуру Бонапарта. Будущий император Бонапарт рассматривал войска, оставшиеся на Мальте и в Египте, как обузу, которая пожирала и без того скудные ресурсы. Он сразу же отписал письмо Вобуа, что если его положение будет критическим, то он будет не против, если Ла-Валетта согласится на капитуляцию, однако, поскольку все возможности обороны еще не были исчерпаны, Вобуа решил продолжить сопротивление.

В конце ноября к Мальте подошли новые подкрепления англичан – транспорт «Нью-Провиденс» подвез порох и провизию, а так же несколько полевых орудий. 10 декабря под Ла-Валетту наконец-таки были переброшены 30-й и 86-й полки, обещанные еще в апреле. Вместе с ними к острову подошли 74-пушечные «Каллоден» и «Фудруаян». 27 декабря – линейные корабли «Бульдог», «Персеус» (не путать с бомбардирским судном!) и «Нортумберленд», загруженные 13 батареями тяжелой артиллерии и 10 батальонами морской пехоты. Английские войска заняли ключевые позиции перед городом. Французы, заметившие перегруппировку войск, внезапно атаковали  батарею Самра, нанесли двум батальонам королевской морской пехоты существенные потери, заклепали 8 орудий и отошли в крепость.

Британцы построили перед стенами Ла-Валетты целую сеть батарей – Сан-Рок, Бори, Коррадино, вооруженных двумя 13-дюймовыми мортирами, двумя 10-дюймовыми мортирами, одной 68-фунтовой тяжелой пушкой, восьмью 32-фунтовыми орудиями, двадцатью 18-фунтовыми, девятью 12-дюймовыми, и тридцатью полевыми пушками. В качестве советников на этих батарея присутствовали 2 английских офицера и 27 канониров, что конечно же было очень мало. До конца года генерал Фокс отправил на Мальту два плавучих госпиталя и полк королевских саперов.

В феврале 1800 года французы решили отправить на Мальту подкрепления. К Ла-Валетте были отправлены линейный корабль «Женерье» (наш старый знакомец по Абукиру и Корфу), транспорт «Марсель»,  фрегаты «Бадин» и «Фовет», а так же корвет «Санс-Парейль». Экспедиция была плохо подготовлена и о ней стало известно англичанам. 18 февраля 1800 года около Мальты караван попал в засаду, «Женерье» был атакован с двух бортов и взят на абордаж.

Тем временем Вобуа решил спасти единственный оставшийся на Мальте линейный корабль «Гилльом Телль», который ночью с 29 на 30 марта вышел из Гранд Харбор и устремился к берегам Франции. В погоню за ним пустились английские 74-пушечники «Пенелоуп», «Винсенс», «Лайон» и «Фудруаян», которые после долгой гонки поймали беглеца. После жаркого 9-тичасового боя у «Гилльом Телль» были сбиты все мачты, он спустил флаг и сдался.

На Мальту продолжали пребывать английские войска – 5 апреля из Гибралтара подошли еще 20 батальонов морской пехоты и 12 батарей средней и полевой артиллерии. Положение французов становилось все отчаяннее, гарнизон уже голодал. Ситуацию немного поправил французский бриг «Маргэрит», в мае прорвавшийся к Ла-Валетте из Марселя. Он подвез большое количество продовольствия, что отсрочило падение Мальты еще на три месяца. Дабы уменьшить количество едоков, французы выгнали из крепости всех жителей, однако английский генерал Грэм отказался принять беженцев. Вобуа заявил, что привяжет их к пушкам и оставит без еды, на что Грэм ответил, что француз может поступать «с этими ублюдками как ему заблагорассудится»[4].

6 июня под стены Ла-Валетты на корабле «Сихорс» прибыл генерал Ральф Аберкромбл, который был назначен командовать войсками в Леванте. 22 июня англичане смогли подвести мину под склад боеприпасов, в результате взрыва погибло 70 французских солдат и было уничтожено примерно 1800 ядер, но стена крепости выдержала удар и не обрушилась. Все лето на Мальту везли подкрепления – к августу численность британских войск на острове достигла 11 тысяч человек при 1100 орудиях, тем не менее Аберкромбл почему-то воздерживался от штурма.

В ночь на 25 августа последние крупные корабли французов – фрегаты «Жустиз» и «Даян» попытались выйти из Гранд Харбор. 74-пушечный «Саксесс» сумел сбить «Даян» грот-мачту и захватил его, «Жустиз» же смог убежать и дойти до Тулона. Провизия у гарнизона Ла-Валетты практически закончилась. 4 сентября Вобуа послал парламентеров обсудить условия сдачи острова. Англичане согласились на почетную капитуляцию, гарнизон с оружием и знаменами был перевезен в Марсель, но взяли слово, что никто в течение полугода не будет участвовать в военных действиях.

Осада Мальты длилась 2 года и 2 дня. Потери французов составили 1280 человек, англичане потеряли около 1000 солдат, инсургенты – около 5000 только убитыми и умершими от голода. Англия смогла захватить столь важный остров. Первым военным губернатором Мальты стал Александр Болл.

 

Заключение.

 

К тому времени, когда Ла-Валетта капитулировала, эскадра Ушакова уже шла в Севастополь. Павел I, уязвленный до глубины души, официально объявил о выходе России из второй коалиции и заключил оборонительные союзы с Данией, Швецией и Пруссией. Вскоре нормализовались и его отношения с Бонапартом.

Немедленно по получении известий о капитуляции иностранным посольствам в Петербурге дипломатической нотой от 21 ноября 1800 г. было объявлено о наложении эмбарго на английские суда, находившиеся в русских портах (число их доходило до 300). Эта мера мотивировалась нарушением Великобританией заключенного в русской столице 30 декабря 1798 г. соглашения о совместных действиях на Мальте.

С политической точки зрения победы Ушакова и Суворова не принесли России ничего. Но речь в нашей статье не о политике, а военном деле.

Давайте попробуем задаться вопросом – почему действия Нельсона так медлительны и робки? Если его нерешительность в 1798 году можно оправдать неопределенным (по мнению самого Нельсона) статусом Мальты, то вот 1799 год расставляет все точки над «i». Группировка английских войск на острове возросла с 5000 до 11000 человек, превосходство на море было подавляющим, тем не менее вплоть до мая Ройал Неви не смог полностью блокировать Мальту. Поражает, что при полном качественном и количественном превосходстве Болл и Аберкромбл так и не решились на штурм. В действиях же русского флота мы, напротив, видим стремление как можно быстрее атаковать противника и решительным штурмом покончить с ним. Почему же подход к решению одинаковых проблем у англичан и русских был совершенно разным?

Наверное здесь стоит вернуться немного назад, к русско-турецким войнам времен Екатерины Великой. Уже тогда Суворов, Репнин, Долгорукий, Румянцев и многие другие писали, что потери при штурме крепостей гораздо меньше, чем при правильной осаде. Дело в том, что медицина в то время не могла эффективно лечить вирусные и инфекционные заболевания, поэтому болезни, неизбежные при большом скоплении людей, косили войска гораздо быстрее, чем противник. Как ни странно, но штурм неприступного Измаила стоил Суворову в два раза меньших потерь (1.9 тысяч убитыми), чем осадное сидение Потемкина под Очаковым (4 тысячи убитыми и умершими от болезней). Именно во время русско-турецких воин нашими военачальниками и был сделан вывод о том, что только решительный штурм сильно укрепленной крепости приносит быструю и наименее безболезненную победу.

А что же генералы и адмиралы Британской империи? С сожалением приходится констатировать, что они к концу XVIII века пользовались тактическими приемами конца XVII века, разработанными французским военным теоретиком Вобаном. Но вот в чем проблема – если в свое время Вобан действительно предложил новую и интересную концепцию штурма сильно укрепленных городов, то через 100 лет во многом были разработаны контр-идеи, которые помогали осажденным держаться как можно дольше. Сами же англичане продемонстрировали несостоятельность идей Вобана во время «Великой Осады» Гибралтара (1779-1782 г.г.), когда гарнизон Скалы три года успешно оборонялся против французов и испанцев.

Из этого кризиса Англия не смогла выползти и в XIX веке, продемонстрировав отсталость своих тактических идей под тем же Севастополем. Вместо того, чтобы провести работу над ошибками, британское Адмиралтейство начало заниматься химерами: в 1807 году эскадра адмирала Дакуорта из 7 линейных кораблей должна была прорваться в Мраморное море, без поддержки пехоты взять Константинополь и заставить капитулировать султана. Естественно, что Дакуорт, прорвавшись через батареи Дарданелл, никого этим не напугал и вынужден был возвратиться, понеся большие потери в личном составе при повторном прорыве сквозь форты Габа-Топэ.

Вот так. Не больше, не меньше. Наверное именно это и называется «кризис военной мысли».

Тем не менее, хотелось бы напомнить читателю, что взятие морской крепости – это только наполовину дело флота, немалая роль здесь остается и за армией. А поскольку на тот момент русская и французская армия считались лучшими в мире, то сравнение не в пользу британцев – все же закономерность.

В свою очередь при Абукире Ройал Неви в очередной раз доказал, что к главной своей цели - уничтожению любого вражеского флота на море - он «всегда готов» и сможет это доказать в любой момент. Только вот противников на море с каждым годом у англичан становилось все меньше. После всплеска крейсерской войны в 1802-1814 г.г. для Туманного Альбиона настанет эра благоденствия, когда порядком забудутся «Навигационные акты» и конвои, и только в Первой Мировой войне найдется сила, способная бросить им вызов и поставить под вопрос само существование Британии.

Тем не менее, даже сравнивая штурм Корфу и осаду Анконы со взятием Измаила нельзя не восхититься четкостью и слаженностью действий эскадры Ушакова. Эти операции заслуженно вошли во все учебники по тактическому искусству как новое слово во взятии с моря сильных, подготовленных к обороне крепостей.

 

2007 год.

 

Автор выражает глубочайшую признательность Эдуарду Борисовичу Созаеву за предоставленные материалы и оказанную помощь при написании данной статьи.



[1] 46-пушечный «Навархия Вознесение Господне», 44-пушечные «Сошествие Святого Духа», «Богородица Казанская» и 1 турецкий фрегат, 1 турецкий корвет и 8-пушечная бригантина «Новокупленная».

[2] Потери гарнизона Фано были неслыханно велики – из 800 солдат погибло 653 человека.

[3] Из письма графа Войновича Ушакову (17 октября 1799 г.): «Австрийцы, сожалея, что не могли иметь чести в Риме, всеми мерами и происками стараются получить верх при взятии Анконы».

[4] Пример англосаксонского отношения к своим союзникам!


Tags: Ройал Неви, Российский флот, французский флот
Subscribe

  • Трафальгарское сражение: мифы и рифы

    Сегодня наступила 216-я годовщина Трафальгарского сражения — одного из самых значительных сражений эпохи паруса, завершившего традиционное…

  • Французские фрегаты против английских линкоров

    Давайте посмотрим правде в глаза. Все мы в части сражений на море воспитаны на английской или англофильской литературе и принимаем на веру только…

  • Вынесу-ка я из комментов

    На Варспоте внезапно объявился тут у меня "поклонник", который сильно возмутился фразе: "Англия конца 16 века - государство с маленькой слабой…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments

  • Трафальгарское сражение: мифы и рифы

    Сегодня наступила 216-я годовщина Трафальгарского сражения — одного из самых значительных сражений эпохи паруса, завершившего традиционное…

  • Французские фрегаты против английских линкоров

    Давайте посмотрим правде в глаза. Все мы в части сражений на море воспитаны на английской или англофильской литературе и принимаем на веру только…

  • Вынесу-ка я из комментов

    На Варспоте внезапно объявился тут у меня "поклонник", который сильно возмутился фразе: "Англия конца 16 века - государство с маленькой слабой…