George Rooke (george_rooke) wrote,
George Rooke
george_rooke

Categories:

Из не вошедшего

История одного ублюдка.

Итак, знакомьтесь, уважаемая публика!
Бернардо де Монтеагудо: метис, год рождения - 1786.
Профессия - журналист.
Призвание - краснобай и баламут.
Участвует в южноамериканских революциях с 1809 года. Сначала в Венесуэле, когда там изгоняют Гарсия де Писсаро, потом объявляется в Рио-де-ла-Плата, где на первый Конгресс прошел как депутат от Мендосы.
Редактор газеты "Мученик свободы", в 1815-м бежал в Англию, в 1817-м вернулся в Америку вместе с Сан-Мартином. При повстанческих войсках Сан-Мартина стал судьей, известен своими смертными приговорами.
В 1820 году был включен в экспедицию Сан-Мартина в Перу как редактор армейской газеты "Цензор революции". Перед высадкой в Писко передовица "Цензора" писала: «Мы не собираемся искать свое счастье в какой-то определенной форме правления. Мы уже познали зло деспотизма и опасности демократии. Мы уже вышли из периода, когда мы могли молиться на абсолютную власть, и на своем опыте мы научились бояться тирании народа, когда он увлекается демократическими иллюзиями». Прекрасно, правда? Сразу же видно истинного демократа и революционера!
После сдачи роялистами Лимы Сан-Мартин сделал Монтеагудо государственным министром, то есть гражданским наместником в республиканском Перу.
Монтеагудо начал политику принудительного изгнания испанцев из столицы. Триста человек были высланы в Испанию на транспортах «Лаура», «Меркурио», «Пасифико» и «Сара», причем у них конфисковали имущество и заставили заплатить за подорожные по 500 песо за голову Сан-Мартину, а в море их остановила эскадра Кокрейна, который собрал с них еще по 2500 песо за голову.
В январе 1822 года революционное правительство потребовало от всех испанцев, которые не приняли перуанского гражданства, покинуть страну, отдав половину своего имущества властям Перу. Причем – и это очень важно! – определение республиканским правительством того, кто был испанцем, а кто перуанцем, зависело в такой же, если не в большей степени, не от места рождения человека, а от его взглядов. Всем выходцам с Пиренеев было предложено принести присягу на верность независимому Перу, и тем самым они стали натурализованными перуанцами. Если же человек придерживался верности Испании, даже будучи по рождению перуанцем, его включали в число «испанцев». В известном смысле Монтеагудо назвал всех противников независимости «испанцами».
Хотя нет никакой статистики по лоялистам, бежавшим из Перу, Гаспар Рико в 1824 году оценил их количество за период 1821-1824 годов в 12 тысяч человек, включив сюда всех – бежавших, изгнанных и убитых.
Но революционное правительство продолжало «ковать железо, пока горячо». Последовал указ о конфискации всего имущества, принадлежащего испанцам. Капитан Бэзил Холл писал, что к июлю 1822 года «старые испанцы в Перу были полностью разорены».
Монтеагудо приказал казнить и иностранных купцов - американца Джеремиаса и аргентинца Мендисабала, а так же изгнал из Перу доктора Уркиаги. Причина самая простая - данные лица критиковали действующую власть. Действия Монтеагудо встревожили даже революционеров. Поскольку Сан-Мартин был слеп и глух на критику своего любимца - в республиканской армии был создан заговор по устранению Монтеагудо. Они организовали Ложу, во главе которой стояли Санчес Каррион, Луна Писарро, Мариатеги, Феррейрос, Перес Тудела, Мендес Лачика, Арсе, Родригес де Мендоса и другие патриоты.
25 июля 1822 года перед Кабильдо был подан акт, подписанный более чем пятьюстами знатными людьми, с требованием немедленного увольнения министра. Однако... кончилось все репрессиями против патриотов. Монтеагудо остался на месте, более того, когда Сан-Мартин в 1824 году покинул Перу, и туда пришел Боливар - тот всецело одобрил действия государственного министра и оставил его на своей должности.
Но... действия Монтеагудо к этому времени достали уже все Перу. И кончилась история тем, что его просто в переулке прирезали. Даже не революционеры или роялисты. А обычные бандиты-метисы, во главе которых стояли "воры в законе" Эспиноса и Моррейра. Ну потому что Монтеагудо общественный порядок в Лиме не наводил вообще, полностью поглощенный своей борьбой.
Самое смешное, что это убийство очень напугало Боливара. Он решил, что это была попытка покушения на него, и что за бандитами кто-то стоит. А кто может стоять? Конечно же - республиканцы, не согласные с его, Боливара, действиями. Ну и Освободитель начал репрессии против своих соратников, заодно катком пройдясь по остаткам демократии в Перу. В мае 1826 года Боливар отозвал у перуанских муниципалитетов право избирать свои органы самоуправления, и вскоре после этого было постановлено, что префекты созывают избирательные коллегии провинций для утверждения пожизненной конституции, подготовленной самим Симоном Боливаром, назначенным президентом (диктатором) пожизненно.

Tags: всяко разное, их нравы, революция
Subscribe

  • Просто так.

    В Венеции в XVI веке между собой боролись две фракции . Векки - это старые дома, аристократы. Джовани - это новые дома, из грязи в князи. В 1605…

  • Греческая революция, часть 3

    Вот про это на русском нет вообще ничего. Кокрейн был не меньшим фанатом паровых кораблей, нежели Гастингс, и он предложил следующее. На данный…

  • Их нравы

    Вы же не забыли о нелепой смерти Джеймса Фитцмориса? Проблема ирландской истории в том, что там каждый источник дает свой взгляд на событие, и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments

  • Просто так.

    В Венеции в XVI веке между собой боролись две фракции . Векки - это старые дома, аристократы. Джовани - это новые дома, из грязи в князи. В 1605…

  • Греческая революция, часть 3

    Вот про это на русском нет вообще ничего. Кокрейн был не меньшим фанатом паровых кораблей, нежели Гастингс, и он предложил следующее. На данный…

  • Их нравы

    Вы же не забыли о нелепой смерти Джеймса Фитцмориса? Проблема ирландской истории в том, что там каждый источник дает свой взгляд на событие, и…