?

Log in

No account? Create an account
George Rooke

Собственно объявляю новую подписку.
Приложение к Роял Неви почти готово, а я в деревенской тиши принялся за тот план, который давно вынашивал. История борьбы за господство на Балтике.
Начать решил с 1500-го года, с подыхающей Ганзы, и довести её до 1815 года, то есть до конца Наполеоновских войн. Здесь с одной стороны легче, чем с администрацией Роял Неви, ибо все давно осмысленно, с другой стороны уж очень обширный период. Тут и борьба Швеции за независимость, и первая осмысленная (правда, странно звучит?) морская политика у шведов, и ошибки Ивана Грозного, и мощные дядьки Густав-Адольф, и Карл Десятый Шведский, и попытки создания союза между Российским царством и Курляндским герцогством герцога Якоба, и Питер зе Грейт, и Голландия с Англией, и канцлер Остерман, который сделал революционный шаг в сфере торговли, и Екатерина, которая в дипломатии имела всех и вся, и романтик Павел, и, наконец Александр Первый. Эта тема думалась еще давно, когда писалось приложение по Северной войне к книге об Испанском наследстве.
Многие удивлялись, чего это я взялся последнее время за сельское хозяйство. Так вот на мой взгляд,  борьба за Балтику - это борьба за лес и зерно. Ибо лес и зерно - это основа стабильности любой страны  XVIII  века. Лес - это корабли и дома, зерно - это увеличение населения и возможность долговременных войн. Вот обо всем этом в том числе и поговорим. Конечно не забудем и столь милые моему сердцу сражения на море, ну и сушу тоже конечно осветим.
Все как обычно.

Ну и условия. Они те же, что и раньше: Сумма от 50 до 200 руб. Определяет только ваше материальное положение и ваше внутреннее понятие о стоимости данного продукта.
для пользователей Яндекс-денег - 41001691401218
Для пользователей WebMoney - R330116677295
Z598245991108
Для Qiwi - +79608497534
Если нужен будет кому-то PayPal - shannon1813@yandex.ru

Пиар акции приветствуется..))
Просьба ВСЕХ, кто участвует в предоплатном проекте, ОТМЕЧАТЬСЯ в этом посте.

Естественно, кто вкладывается сейчас - получит вкусное приложение. Все по традиции.

По времени. Я буду стараться, но думаю, что займет это не месяц, и не полгода. Все-таки многое надо написать и изложить максимально понятно.
Решать вам. Вы все понимаете, что без вас этот процесс сильно замедлится.
Просьба, всех, принимающих участие в проекте, либо оставлять сообщение здесь, либо писать в личку.



ЗЫ: для тех, кто хочет ознакомиться с первыми набросками:
Торговые войны
Ганза против Дании, тур второй

С уважением,
Сергей Махов.

 
 
George Rooke
Из прошлых обсуждений пришло понимание, что многие не в курсе, почему собственно польский вопрос для России был столь болезненным.
Надо сказать, что в недобрый час Александру I пришла в голову мысль присоединить Польшу. Ладно бы - присоединить, еще попытаться инкорпорировать ее элиту на службу России, да еще дать автономию, самоуправление. Но об этом я уже много писал, желающие найдут.
Здесь же я хотел затронуть еще одну проблему, о которой часто забывают, или просто не говорят. Это польская эмиграция. Началась она еще с разделов Польши, но тогда поляков-эмигрантов было не особо много. Массовая же польская эмиграция - это период 1831-1870 годов. Уточню, что речь не о панах с вислоухими усами, жрущих в Парижах коньяк и страдающих о судьбе Польши, а именно о политической эмиграции. Первый наплыв ее случился конечно же в 1780-х, и как все помнят, целые польские полки сражались, к примеру, в армии Наполеона.
Что же касается того периода эмиграции, который упомянут мной, тот можно выделить три периода -
1) 1830-1831
2) 1848-1849
3) 1863-1864.
Период первый. После поражения польского восстания в Европу потянулась орда эмигрантов из Польши, чаще всего, естественно, шляхты. Основное направление выезда - Франция. Свою лепту внесли и правительства Австрии, Пруссии и России. Не желая держать под своим надзором кучу бунтовщиков, они не только разрешили выезд но и даже разработали маршруты, по которым поляки безбоязненно могли бы переезжать в эти ваши Европы.
Бывало, что эмигранты шли даже колоннами, причем, когда проходили через западногерманские города - их встречали хлебом-солью, приветствиями, даже овациями. Самая политически активная часть польской эмиграции осела в Париже, часть - в городах Авиньоне, Безансоне, Бурже, Шатору, Люнеле, Ле-Пюи и Бержераке, но были эмигранты, которые предпочли Бельгию, Швейцарию, Британию, США, и даже... Алжир (естественно, в составе иностранного легиона Франции или в качестве французских поселенцев там). Некоторые дошли до Испании и Португалии, и даже до Турции.
Некоторые сведения о численности эмигрантов - на 1833 год крупные французские города приняли у себя 4042 бывших повстанца, всего же исход оценивается в примерно 10-12 тыс. человек. Селились поляки компактно, практически как китайцы позже в США, и образовывали что-то типа собственных районов. Из 5472 эмигрантов во Франции в 1839 году 3004 были профессионально активны: более 45% были офисными работниками и студентами, в то время как бизнесмены, торговцы и ремесленники составляли 30%, слуги/учителя составляли 16%, а работники фермерских хозяйств составляли 2,5%. Количество слуг/учителей увеличилось после 1848 года.
Несмотря на то, что поляки испытывали серьезные финансовые трудности, "Большая эмиграция" вела жизнь отдельного субэтноса, создавая организации, газеты, даже произведения искусства. Между 1831 и 1870 годами было создано более 50 политических комитетов и ассоциаций, кроме того, примерно 70 научных, образовательных, культурных, военных и социальных обществ. Издавались газеты и журналы Demokrata Polski (польский демократ) (1837 - 1863); Nowa Polska (Новая Польша) (1833 - 1837, 1839 - 1845]; Orzel Bialy (Белый Орел) (1830 - 1848); Trzeci Maj (третьего мая) (1839 - 1848); Przeglad Rzeczy Polskich (Обзор польских Дел) (1857 - 1863); Glos Wolny (Свободный Голос) (1863 - 1870). Большинство из них конечно же издавались в Париже. Основное направление публикаций - как возвратить независимость Польши а так же размышления о будущем Польши - то есть как и какое государство строить.
В то же самое время создать в Париже польский центр, который будет прямо руководить всей эмиграцией (по типу ирландского Таммани-холла в США) провалился. Провалился из-за склок между самими поляками. Только в Париже в 1830-е годы существовали: Komitet Tymczasowy Emigracji (Временный Комитет Эмиграции), Komitet Narodowy Polski (польский Национальный комитет) и Komitet Narodowy Emigracji Polskiej (Национальный комитет польской Эмиграции). И все же главным не по степени значимости, а степени объединенности стал Zwiazek Jednosci Narodowej (Ассоциация для Национального Единства) Адама Чарторыйского, который расположился в особняке Ламбер в Париже, и скоро так и стал называться - отель Ламбер.
В период с 1834 по 1837 год была еще одна волна польской эмиграции, которая условно называется "карбонарской", но с польским колоритом естественно же. Они организовали комитеты Mloda Polska (Молодая Польша) и Zwiazek Dzieci Ludu Polskiego (Ассоциация польского народа). Изначально расположились в провинциальном Пуатье, однако в 1837-м соединились с детищем Чарторыйского и организовали центр Zjednoczenie Emigracji Polskiej (Объединенная польская Эмиграция), который засел как раз в том самом отеле Ламбер. В Англии были организованы Ogol Londynski (Лондонское Собрание) и Gromady Ludu Polskiego (Собрание польского народа).
Далее от пропаганды перешли к делам - это сеть шпионов и агентов в Польше, причем часто работающих не только на Чарторыйского, но и на французов или англичан (или даже турок). Закупки и сборы оружия, подготовка восстаний на местах, добыча для французов и англичан разведсведений, и т.д.
На 1846 год планировалось грандиозное польское восстание, которое должно было одновременно начаться в прусской, русской и австрийской частях Польши, однако оказалось, что русское III Отделение наряду с аналогом Штази в Пруссии и австрийским аналогом Эвиденцбюро просто так свой хлеб не ели - восстание в Кракове началось 21 февраля, разгромлено 27 февраля. Особенно в деле подавления восстания поляков отличились русины, которые из рук благодарного австрийского правительства получили русинское самоуправление, а позже - и свою идеологию. Мирославский, прибывший из Парижа в прусскую Познань, был взят под белы рученьки и препровожден в тюрьму, а 864 повстанцев пруссаки обвинили в госизмене и посадили на разные сроки.
В 1848 году, пользуясь весной народов, поляки решили сделать попытку номер два - пользуясь тем, что Берлине началась революция, восстала Познань, возглавил польские войска все тот же Мирославский, незадолго до этого амнистированный прусским королем. Подняв восстание поляки начали договариваться в Фридрихом-Вильгельмом IV об автономии польских областей в составе Пруссии, и может быть это даже и получилось бы, но 30 апреля 1848 года польские восставшие были просто размазаны прусской армией, и 2 мая восстание сошло на нет. 1500 активистов были посажены в Познаньскую цитадель, где над ними измывались в лучших традициях Аушвица и Дахау - травили серным дымом, выбривали головы, наносили незаживающие раны на лице, руках, ушах, пробовали на них новые химические соединения и т.д. Все же разговоры об автономии были забыты напрочь.
И еще одно обстоятельство - к 1848 году во Франции, Англии, Бельгии и в какой-то степени США сформировались пропольские лобби среди правительств этих стран. И все возможные действия в австрийской, прусской и русской частях Польши грозили международными осложнениями, вплоть до войны.
Именно поэтому вопрос Польши был безусловно очень болезненным для России, и по факту, Паскевич, предлагавший Николаю I в 1831 году отдать на фиг Польшу Австрии взамен на тогда еще прорусскую Галицию, был очень и очень прав. К сожалению, царь не прислушался. Объяснение для тех, кто думает, что Николай - дурак. Нет, не потому, что был садистом, автократом и т.д. Польский "балкон" был очень удобен в военном смысле - он имел стратегическое значение, и как средство угрозы (и следовательно - контроля) Австрии и Пруссии, и как средство быстрейшего выдвижения русских войск к Рейну в случае очередной Французской революции.
Да-да,по полной аналогии с Варшавским Договором после 1945 года, Россия готовилась к прошлой войне, и думала, что если что-то будет - то повторится так же, как в 1812-м - то есть вторжение французских армий через территории Австрии и Пруссии в Польшу, и далее в Россию. Именно поэтому в Польше стояли основные силы, поэтому там развивалась логистика, строились дороги и т.д.

 
 
 
George Rooke
Так, просто список фактов без попытки кого-либо обелить или очернить.

В эпоху Доматровского периода в венгерских патриотических кругах появилась младая поросль, которая все больше заявляла о своих требованиях об отдельной государственности, требуя у Австрийской империи автономии и конституции в составе монархии.
Вена отреагировала на усиливающееся давление со стороны Венгрии уступками и в 1844 году согласилась на введение венгерского языка в качестве административного и судебного, несмотря на тот факт, что почти две трети населения не были мадьярами. Это немедленно привело к протестам со стороны других языковых групп, особенно хорватов, которые имели особый статус в Венгрии. Вена поддерживала другие народы как средство подавления мадьярского национализма.
Чтобы было понятно - вот границы королевства Венгрия в составе Австрийской империи на 1848 год (выделено желтым):

Однако венгерский национализм дальше начал проявлять еще и сепаратистские тенденции. Рупором радикальной оппозиции стал Лайош Кошут, юрист, издатель журнала Pesti Hírlap. Журнал был настолько радикальным, что его запретили в 1844 году.
В 1847 году Кошут стал членом Венгерского сейма в Прессбурге, что уже само по себе немного смешно. На всякий случай - Прессбург сейчас называется Братислава, и это вообще словацкая территория.Там он поднял восстание, обратившись к местным венграм с революционной речью 3 марта 1848 года. Требовал права на самоопределение и конституционной монархии.
Но тут... к венграм начали обращаться другие народы в составе Венгерского королевства - словаки, сербы, хорваты, поляки, и т.д. Мол, мужики, если право на самоопределение разрешено вам, то оно наверное разрешено и нам? Кошут все эти претензии отверг, разрешив только в рамках территорий преподавание в школах "на местном наречии". За язык венгры хорватский, сербский, словацкий и т.д. не считали. Далее было провозглашено, что в Венгрии существует только одна нация - мадьяры, а остальные этнические группы - это "просто племена, говорящие на других наречиях".
Естественно, "другим племенам" это не понравилось. И они обратились за помощью... в Вену. И далее началась межэтническая война, которую в Венгрии почему-то привыкли именовать "Гражданской войной 1848 года". Ситуация особенно обострилась, когда хорватские войска во главе с графом Иосипом Елачичем вторглись в собственно венгерские земли. Был кинут клич - "революция в опасности", Кошут стал регентом, срочно собрали армию ("гонвед") в 170 тысяч человек. И эта армия рванула на Вену. У Швехата венгры были отбиты... как раз хорватами, частями Елачича.
Венгры очень надеялись на успех революции в Вене, однако ее подавили 31 октября 1848 года. И тогда 14 апреля 1849 года Венгрия объявила о низложении Франца-Иосифа в качестве своего короля. В мае 1849 года, после захвата Буды, большая часть страны оказалась захвачена революционными войсками.
Как вы думаете, какие планы далее начали разрабатывать Кошут и Ко? Конечно же вторжение в русскую Польшу. "Мы на горе всем буржуям мировой пожар раздуем". Однако в самой Венгрии началась разгораться война с "просто племенами" - с румынами, с хорватами, с сербами, со словаками. Национальная вражда обострилась, а нападения на местных представителей ненавистной венгерской государственной власти были встречены массовыми казнями революционных судов. Венгерские части Гонведа отреагировали на партизанские методы своих противников, сжигая целые деревни до основания.
На а далее произошло две вещи, которые и решили судьбу Венгерской революции. Австрийская армия в Италии смогла к этому времени подавить там мятеж, и теперь возвращалась в Австрию, кроме того, Франц-Иосиф обратился за помощью к России. Правительство Николая I, которому сильно не понравились планы венгров насчет создания независимых Польши и Черкессии, решили помочь австрийцам. Понятно, что мадьярские войска не шли ни в какое сравнение с силой русской армии. Венгерская война за независимость закончилась 13 августа 1849 года капитуляцией революционной армии в Вилагосе под Арадом.



Знаменитая казнь 13-ти венгерских генералов, произведенная по приказу Юлиуса Якоба фон Хайнау, командующего австрийской армией. То, что сами "мученики Арада" с удовольствием жгли, вешали, убивали тех же хорватов, сербов, словаков, румын, венгры предпочитать не вспоминать.
 
 
George Rooke
17 July 2019 @ 01:48 pm
Почитав англоязычную литературу о САБЖе, понял, что шоры, которые напускает себе на глаза наша историческая наука в некоторых случаях, не идут вообще ни в какое сравнение с идеологическими шорами, которые допускает наука западная по поводу отдельных персонажей истории.
Грубо говоря - одни байки. Это обязательно "gendarme", "autocracy" и т.д. Только черное, без грамма белого. Ах да, стремился поделить Турцию (типа англичане тут не причем, да?), насиловал труп Польши, подавлял революции и т.д.
Но стоит поискать что-то типа "economic causes of the 1848 revolutions" - и - нет, нет - да выплывет дельная статья или книга, где четко показывается, что революции в Европе были выгодны прежде всего Англии, вернее не так - экономике Англии.
Напомню то, что когда-то уже писал: "Британия к 1820-м годам стала лидером технического и промышленного развития. Первоначально она занялась насыщением произведенными товарами своего внутреннего рынка, потом – колоний, ну а дальше… По идее должна была начаться торговая экспансия в страны Европы. Но вот беда – европейцы тоже старались развить свою промышленность и для этого вводили протекционистские тарифы, призванные защитить собственную индустрию от британского производителя. А это грозило для Англии вылиться в кризис перепроизводства.
Выход был найден простой и циничный. Экспорт революций. Свергается старая власть, новая провозглашает свою приверженность либеральным ценностям и свободному рынку, и – вуаля! – тарифы и пошлины отменяются, а британские товары широким потоком обрушиваются на новый рынок. Даже если революция не удается – это в любом случае спад промышленного развития, траты на предотвращение социальной напряженности, армию, и т.д., то есть потенциальное ослабление конкурента.
Изначально схема была опробована в Южной и Центральной Америке. В результате те же Бразилия, Аргентина, Колумбия, Чили, и т.д. стали поставлять в Англию свое сырье (серебро, хлопок, сахар и т.п.) в обмен на британские промышленные товары. Во всю развернулись и Лондонские финансисты. Вот пример Мексиканского займа. В 1824 году мексиканскому правительству Лондонской торговой биржей было выдано два займа по 3 миллиона фунтов каждый.
Как же распределялись деньги? Прежде всего, из 6 миллионов фунтов было удержано 3 миллиона фунтов в качестве оплаты процентов за первые 5 лет. Из оставшихся 3 миллионов фунтов 1.5 миллиона было потрачено на закупку Мексикой вооружения, ей продали ружья, пушки, снарядные ящики, оставшиеся после битвы при Ватерлоо, причем часть была некондиция. Еще 700 тысяч из этих денег было передано британскому поверенному в Мексике Уорду. Часть этих денег он потратил на свою любовницу, графиню Регла. И лишь 800 тысяч дошло до Мексики.
При этом Мексика осталась должна к возврату после всех этих комбинаций... 6 миллионов фунтов.
Добыча серебра в Мексике в 1830-1860-е колебалась от 1100 до 1400 тонн серебра в год (на сумму от 34 до 48 миллионов долларов в год), а доля мексиканского серебра на рынке в этот же период возросла с 73 до 84 процентов. Так же не стоит забывать и прекрасный городишко Тлальпухауа, чьи шахты с 1769 года давали примерно по 5 тонн золота в год.
При этом с 1825 года почти все шахты (а соответственно и львиная часть добытого) принадлежали английским компаниям, делавшим целевые вложения именно в горнорудную индустрию Мексики. Ну а в 1850-е на мексиканские шахты пришли Ротшильды, которые, как известно, в накладе не оставались никогда.
Согласитесь, выгодный бизнес. Более того, отжать ценные активы, и в то же время сбыть старье с крутой наценкой, некондицию по цене драгоценностей – это же верх мошенничества! Нынешним нашим экономистам следует запомнить, записать, втемяшить себе на лбу – если вас призывают к «свободному рынку», значит вам хотят впарить старье или некондицию по слоновьей цене, отжав у вас то, что реально чего-то стоит, и всё. Nothing personal, just business.
Но, как все понимают, покупательская способность населения в бывших испанских колониях не ахти, там в основном бедняки живут. И примерно с 1830-х годов в голову приходит мысль – а почему бы нечто подобное не провернуть и в Европе? Собственно все эти Демократические Комитеты, Мадзини, Кошуты, Легранжи, Ледрю-Ролены, и т.д. были нужны не ради продвижения идеалов «свободы, равенства, братства» в массы, а ради продвижения британских товаров на рынке Европы."

Но как вы понимаете, если приютить у себя кучу революционеров, которые используются в терминах Ленина как "полезные идиоты" - в своей стране тоже найдутся люди, мечтающие о революции. То есть о революции в Британии. Чего британскому правительству явно не хотелось. И вот вопрос - как с такими бороться?
Ответ... блин, он прекрасен, и показывает, что ничего в этом мире не меняется.
Возьмем например чартистов. Знаете кем их объявила правительственная пресса? Шпигунами Путина Николая I конечно же! То же самое касалось и ирландских революционеров. Кстати, известно высказывание лорда Пальмерстона про Карла Маркса, который вместе с комитетом "Молодая Германия" базировался в Лондоне, и получал финансирование: "Это единственный революционер, не подкупленный русскими". Эта фраза вполне пересекается с мнением Уркварта: "Революционеры, ведущие антибританскую деятельность, несомненно являются русскими шпионами".
А теперь давайте вспомним начало поста. Извините, дело точно в жандарме Европы, борце с революциями или автократии? Скорее всего это личное - на 1830-е в мире осталось две экономические мир-системы, и к 1840-м англичане поняли, что "Карфаген должен быть разрушен". Не в смысле - стереть с лица земли Петербург, а в смысле - без обрушения и подчинения русского рынка и рынков ему подконтрольных, Англии вскоре будет грозить экономическая стагнация и деградация. Хотя бы потому, что русские ресурсы нужны позарез. Строго по Марксу - чтобы получить прибавочную стоимость.
Как-то так) Так что, говоря о пропаганде, не стоит забывать, что ее помои льются всегда с двух сторон.

 
 
 
George Rooke
14 July 2019 @ 11:41 pm
Джон Адамс писал своей жене Абигаль 17 июня: «Теперь я могу сообщить вам, что Конгресс сделал выбор скромного и добродетельного, дружелюбного, щедрого и смелого Джорджа Вашингтона, генерала американской армии. Он должен как можно скорее восстановить наш военный лагерь перед Бостоном». Сам Вашингтон в письме своей супруге Марте притворно жаловался: «Конгресс постановил, что вся армия, поднятая для защиты американского дела, будет отдана ​​под мою опеку, и что мне необходимо немедленно отправиться в Бостон, чтобы взять на себя командование ей. Вы можете поверить мне, моя дорогая Пэтси, и я самым торжественным образом заверяю вас - я приложил все усилия, чтобы избежать этого назначения». Надо сказать, что Джордж лукавил – на Континентальном Конгрессе он единственный щеголял в форменном британском красном сюртуке, показывая, что когда-то служил в британской армии. Хотя военный опыт Уорда или Путнема был гораздо больше, чем у Вашингтона, даже брат Джорджа – Лоуренс - и то имел гораздо более богатый военный опыт, как участник рейда на Картахену в 1741 году.
Tags:
 
 
 
George Rooke
Я уже писал, что Британский немецкий легион был сформирован окончательно только к августу 1855-го - надо было не только обмундировать и вооружить солдат, снабдить довольствием и офицерами, но и перевести уставы на немецкий язык, определить правовой и наднациональный статус наемников. В Крыму первые 2000 немцев появились только 4 октября 1855 года. К январю перебросили 11 тысяч, правда началась эпидемия холеры, и уже 4 января примерно 3000 немцев находились на излечении в госпитале Скутари под Стамбулом.
На март 1856 года, когда был заключен Парижский мир, Легион насчитывал 9682 человека, в их числе - 441 офицер. Но блин... война-то закончилась. По идее Легион надо распускать, а... за него деньги плачены! Обидно. Далее данные идут из статьи Тайлера "British German Legion, 1854-1862", Journal of the Society for Army Historical Research Vol. 54, No. 217 (SPRING 1976), pp. 14-29. Главный командир среди немцев - Карл Густав Вильгельм Юлиус, барон фон Штуттерхайм (Stutterheim). Нет, официально легион сняли с армейского довольствия (акт от 30 мая 1857 года), но распускать не торопились. Среди немцев начались волнения, и даже мятежи.
В общем, их надо было куда-то услать. И британцы решили просто. Тех, кто умел разговаривать по-английски - в Южную Африку, в Кейптаун, подавлять гребанных кафров, официально: "строго защищать колонистов от ужасных кафров" (там восстания негров шли волной с 1830-х). Туда уехало примерно 8000 немцев. Возглавил воинство все тот же барон фон Штуттерхайм.
Ну а оставшиеся были посланы в Индию, для подавления восстания сипаев конечно же. Позже перебросили и часть немцев из Южной Африки (там к июлю 1858 года померло 2530 немцев, 530- в боях и засадах, 2000 - от болезней и климата). На базе немецких егерских полков был сформирован Егерский корпус ОИК.
Как-то так) В общем, ЧВК - они такие ЧВК.
Ну и картинка, о которой явно многие вспоминали.

 
 
 
George Rooke
11 July 2019 @ 11:56 pm
Если не угадаете, отвечу завтра утром)))
Опять после Крымской.Я уже писал, что в 1855 году англичане, дабы как-то компенсировать потери и уход французов, создали иностранные легионы, в числе прочих, и немецкий легион. Крымская война закончилась в 1856 году. Немецкий Легион распустили в 1859-м. Куда его отправили воевать на пару лет?
Гугл - не спортивно) Максиму Нечитайлову - не подсказывать)))
 
 
George Rooke
11 July 2019 @ 05:37 pm
"Записка о состоянии русского флота", 1858 капитан I ранга Лихачев.


«Все равно, будут ли они корветы или фрегаты, только не держите эти суда в наших морях, где они как рыбы, вытащенные на берег… Удаляйте их от берегов Европы, где перевес других морских держав так угнетателен для нашей маленькой морской силы. Задавайте им беспрестанно дальние плавания. Тогда, во-первых, не будут они у вас беспрестанно спрашивать из Петербурга разрешения войти в док, во-вторых, у вас образуются адмиралы, которые будут страшиться одного только суда моряков, будут бояться только одной ответственности - перед отечеством, вверившему им драгоценные средства, и которых не будет вгонять в идиотизм страх начальства. Не ограничивайте поприще кораблей дорогою к Амуру и обратно… держите их в океане, в Китайском и Индийском морях, естественном поприще их военных подвигов в случае войны».

Кстати, Лихачев был флаг-офицером начальника штаба Черноморского флота вице-адмирала Корнилова.
 
 
 
George Rooke
Небольшой отрывочек из того, что выйдет попозже))) Все аналогии должны быть с негодованием отринуты)


Вечером к стоящему на посту около здания таможни часовому Хью Уайту подошел 13-летний ученик мастера по изготовлению париков (wigmaker) Эдвард Гаррик, который попросил позвать лейтенант-колонеля Джона Голдфинча, сообщив, что тот не оплатил работу своего хозяина. Дело в том, что Голдфинч оплатил работу предыдущим вечером, поэтому просто проигнорировал это оскорбление. Гаррик меж тем не унимался, и даже начал тыкать пальцем в грудь Голдфинчу – настоящее оскорбление для британского офицера! Уайт довольно грубо сказал Гаррику, чтобы тот проявлял больше почтительности к представителю власти. Поток оскорблений не унимался, и Уайт, которого Гаррик к тому же толкнул, ударил Эдварда прикладом по голове. То закричал и свалился на снег.
В дело вмешался друг Гаррика, тоже подросток, Бартоломью Бродерс, который начал созывать к месту конфликта прохожих. Провокация постового и офицера продолжилась – видно было, что Уайт на взводе, и подошедший Генри Нокс громко сказал, что «если ты выстрелишь, то просто умрешь». Толпа меж тем все росла и становилась более шумной. Через час вокруг постового собралось до 50 человек, которые бросали в него палки и снежки и призывали убить его прямо здесь. На помощь Уайту пришли еще 7 солдат под командованием капитана Томаса Престона, которые демонстративно примкнули штыки. Толпа же уже возросла до 300-400 человек. Ситуация накалилась до предела, и переломным моментом стала прилетевшая в голову рядового Хью Монтгомери здоровая дубина, которая сбила его с ног и заставила выпустить мушкет. Поднимаясь, Хью закричал: «Черт возьми, стреляйте же!», и сам выстрелил в толпу. После небольшой паузы солдаты открыли огонь. Трое колонистов умерли мгновенно – это конопатчик Сэмьюэл Грей, и моряки Джеймс Колдуэлл и Крисп Аттакс. Еще двое скончались через несколько дней. Толпа быстро отошла от здания таможни, но продолжала расти на улицах. Теперь она группировалась у дома губернатора Хатчинсона, требуя возмездия. Губернатор, пытаясь хоть как-то успокоить колонистов, сказал, что будет проведено беспристрастное расследование и произведено справедливое возмездие.
Ну а теперь о самом интересном. Эдвард Гаррик был учеником у Жана (Джона) Пьемонта (француз, прибывший из Канады, авантюрист, занимался всем, чем только можно, пока не стал парикмеймером), который состоял в партии Адамса и по ходу являлся одним из «Сынов Свободы».
Уже на следующий день, 6 марта, Адамс созывает экстренное городское собрание (оно собиралось по первому зову вождя) и проводит серию резолюций, требующих немедленного вывода «красных сюртуков» из Бостона и суда над виновными в убийстве. Во главе группы «Сынов Свободы» сразу после одобрения резолюций он устремляется к дому губернатора Хатчинсона и осаждает его до тех пор, пока губернатор не соглашается вывести из города английские части.
Пол Ревир, правая рука Адамса, срочно распространил по всем газетам рисунок Генри Пэлэма, который скорее был вольной трактовкой событий, нежели попыткой изобразить правду. Иллюстрация эта вызвала гнев не только жителей Бостона, а вообще всех колонистов, и стала настоящей пропагандистской листовкой. Капитан Престон и 8 солдат были арестованы, 27 ноября 1770 года состоялся суд, на котором адвокатом британцев выступил… брат Сэмьюэла Адамса, Джон Адамс. Согласно судебному заключению 6 солдат были оправданы, а двое обвинены в непредумышленном убийстве.
Ну а войска были срочно выведены из города на окраины.
А для чего же это было нужно Адамсу? Ответ самый простой. В 1772 году Сэмьюэл Адамс на волне популярности был избран в ассамблею Массачусетса, то есть достиг своей цели и пришел во власть. Если отбросить все экивоки – Адамс просто использовал беспорядки и убитых для продвижения своей карьеры и увеличения собственного состояния.
Ну подумаешь, скажите вы. Времена стародавние, разве сейчас такое бывает?) Действительно вопрос, а бывает ли?)
И у меня, как у Билла Танеда в будущем, создается стойкое впечатление: "где-то я это уже видел".


Та самая гравюра Поля Ревира.
Tags:
 
 
George Rooke
09 July 2019 @ 11:16 am
Возник тут вопрос, а где можно посмотреть траты на русский флот в период 1856-1871 годов, особенно включая экстраординарные расходы (помнится, на одну только посылку эскадр в США в 1863-м ушло 5.5 млн. руб)? Общий военный бюджет России находится без проблем, а вот отдельно на армию и флот - никак не могу найти.
Просто хотелось бы сравнить с американцами, ибо по ним я инфо нашел без проблем:

1856 $14,293,000
1857 $12,709,000
1858 $12,174,000
1859 $14,906,000
1860 $10,279,000
1861 $23,305,000
1862 $55,700,000
1863 $145,397,000
1864 $118,910,000
1865 $124,857,000
1866 $2,156,000
1867 $20,044,000
1868 $16,643,000
1869 $17,687,000
1870 $17,969,000
1871 $20,763,000.

Соотношение рубля к доллару на тот момент - 1.56 руб. за 1 доллар.
 
 
 
George Rooke
В американских колониях бумажные деньги по сути являлись «справками о задолженности». Введены они были впервые компанией Массачусетского залива в 1690 году, после неудачной попытки англичан завоевать Квебек. Дело в том, что колониальное правительство во главе с губернатором Уильямом Фиппсом думало, что сможет расплатиться с солдатами награбленным у французов, однако экспедиция закончилась полным провалом, англичанам просто вломили таких, что мало не показалось. И когда выжившие солдаты потребовали выплаты жалования, оказалось, что колониальная казна просто пуста и платить даже натуральными продуктами не получится. Именно тогда солдатам выдали срочно напечатанные банкноты, которые по факту были колониальными векселями на выплату денег или их натурального эквивалента владельцу векселя по мере поступления доходов в казну колонии.


На картинке маркиз Фронтенак посылает нах... британцев, которые требовали выкупа и сдачи. Фронтенак и ответил - "Я не могу ответить вашему королю иначе, кроме как из ружей и мушкетов". Надо было знать маркиза - с индейцами воевал, в вигвамах жил, индианок не просто имел - ему их дарили вожди племен. Такого дядьку наездом взять - смешно. Он гопников на завтрак ел без закуски.
 
 
 
George Rooke
06 July 2019 @ 11:42 pm

С подводной войной справились введением системы конвоев с лета 1917-го и роль США тут примерно нулевая. 
Затыкание дыр, безусловно, имело место быть но его масштабы переоценивать пожалуй не стоит. Недаром под конец Ста дней американцев собрали в кучку и отправили в Мёз-Аргоннское наступление где те, мягко говоря, не зажгли. 


Роль США вообще далеко не нулевая в противолодочной войне, а очень значительная. Собственно это показано и у Гибсона с Преднергастом, и у Вильсона того же. Проблема была в эсминцах. Проблема Роял Неви в 1917-м - куда определить эсминцы? Если на защиту конвоев - то эсминцев не хватит на прикрытие линкоров. Если оставить их в Скапа - то торговому судоходству настанет пушной зверек. В этом смысле американские эсминцы, прибывшие в Куинстаун уже в апреле стали просто спасением для англичан. Без них они войну за тоннаж проигрывали полностью.
И да, именно эсминцы из Куинстауна и обеспечивали введение системы конвоев в Англии.
Это не говоря о лодках типа Л, которые начали охоту за уботами, и специальных катеров с самолетами для борьбы с немецкими лодками в Ла Манше.

 
 
 
George Rooke
05 July 2019 @ 06:29 pm

Темой Первой Мировой я занимался очень давно, но вот вспомнил о ней сейчас. Те, кто постоянно читают мой блог, знают, что я имею слабость смотреть всякие псевдополитические шоу, и на этот раз меня зацепила реплика из шоу "Кто против?"
Там как-то очень зло высмеяли мнение, что США внесли решающий вклад в победу Антанты.
Мне показалось, что если и не решающий, то близкий к решающему. Смотрите сами - февраль 1917-го - революция в России. Восточный фронт, можно сказать, поплыл. Январь 1917-го - немецкая неограниченная подводная война. Как сообщал Джеллико адмиралу Симсу - еще полгода таких потерь в торговом тоннаже, и мы будем разбиты.
Собственно, понятно, что 1917-й союзники кое-как дотянули без Штатов, но вот прибытие основной массы американских войск (по 10 тыс. в день) летом 1918-го стало решающим, немцы просто не могли восполнить потери, тогда как союзники получили возможность затыкать дыры американским мясом.
То есть победа Антанты - во многом действительно американская заслуга. И это мы не говорим об экономике, когда Ось была вынуждена сражаться "на свои", тогда как Англия и Франция получили по сути неограниченный кредит в США.
Те, кто в теме - в чем ошибка в моих рассуждениях?

 
 
George Rooke
04 July 2019 @ 10:58 am
Своего рода ответ на вопрос, а были ли вообще у России плану утвердиться в Проливах в 1833-м. Да, были. Но потом решили, что выгоднее не просто зону Проливов захватить, а сделать русским протекторатом всю Турцию.
Ах да, и кто-то мне говорил, что русские цари не понимали экономических выгод владения Проливами, и вообще главным была их врожденная кровожадность и экспансионизм. И даже просили меня привести цитату. Ну что ж, время настало, ловите цитату. В беседе с австрийским послом Зичи в 1828 г. Николай I говорил: «Все мои порты не имеют выхода: они не могут сбывать продукцию своей земли, так как все товары должны проходить через узкий Константинопольский пролив, который закрыт для моих судов». Ссылка на Metternich. Mémoires, documents et écrits divers, t. IV, 1881, p. 477.
И да, по поводу возможного вмешательства Вены. Некоторые забывают, что на дворе был 1833-й год. Вена из-за Цолльферайна фактически теряла господство в германском мире. И в этой ситуации Венский кабинет рассчитывал на помощь русского царя в борьбе за господство в Германии и был готов пойти навстречу позиции России в восточном вопросе. «Австрийское правительство, — писал Д. Татищев (русский посол в Вене) в Петербург, — придерживается той же линии поведения в восточном вопросе, что и мы».
Турки это вполне понимали. Они чуть меньше появления на Босфоре египетской армии боялись появления там же русской или австрийской армии. Поэтому обратились к Англии. Которая... дипломатично им поводила кое-чем по губам и отделалась лишь туманными обещаниями. Поэтому выбора, кого просить, не осталось. И обратились к России. И самое смешное, что Россия за этом могла требовать чего угодно. Например, не мешать султану валить в Адрианополь и полностью занять зону Проливов. Впрочем - об этом ниже.

4 марта Лазарев, Муравьев и Бутенев были приглашены к рейс-эфенди, который объявил: «поскольку. Австрия, Англия и Франция  посылали к Мегемет-Али уполномоченных чиновников своих, с требованиями о немедленном прекращении военных действий и соглашении его на предложенные Оттоманскою Портою кондиции; а потому как Султан, так и министры его. полагают дело сие оконченным и просят чтобы Российская Эскадра согласно прежнего их требования, при первом Южном ветре удалилась в Сизополь». Однако Бутенев ответил, что сейчас это сделать невозможно: затребованные ранее пять тысяч десанта садятся на суда в Одессе и их прибытия следует ожидать со дня на день. Рейс-эффенди заметил, что после специально собираемого по этому поводу совета он сообщит мнение оного. На момент написания рапорта (7 марта) новых известий от рейс-эффенди не поступило.
Тем временем положение Турции осложнилось: «.Египетский паша. решился искать беззаконных прав своих силою оружия.». 13 марта последовало совещание Бутенева с рейс-эффенди и сераскиром, где на вопрос о войсках турки «отвечали, что нужны и просили присылки оных как возможно скорее». Сераскир признавался Бутеневу, что сомневается в верности турецких войск, а русские войска требовались султану «для сохранения спокойствия в Столице». Турецкая сторона спокойно отнеслась к мнению российского посла, что в случае занятие Ибрагимом Дарданелл Россия должна будет взять под контроль Босфор для обеспечения безопасности как своей эскадры, так и Черного моря41. Что до мер, предпринимаемых Портой для защиты султана, ситуация оказалась безрадостной: при приближении египтян он «под прикрытием гвардии намерен удалиться в Адрианополь, где и будет ожидать той помощи, которую угодно было назначить Государем Императором, надеясь, что корпус Генерал-Адъютанта Киселева будет достаточен, чтобы вытеснить Египтян из Константинополя».
Недееспособность турецких войск ставила перед Россией перспективу полномасштабной интервенции, ведь в случае захвата Константинополя египтянами Европа могла признать Мухаммеда-Али новым властелином Турции. Конечно, последнее представляется маловероятным, Франция пошла бы на это только с согласия Англии, но трудно сказать, что посчитал бы Лондон более для себя выгодным: проливы, контролируемые профранцузски настроенным египетским пашой, или турецким султаном, восстановленным на престоле русскими штыками. В этих условиях России удалось обойтись минимумом усилий, сперва поддержав Махмуда II эскадрой Лазарева, а затем направив в Босфор второй отряд судов с десантом на борту.
Приказ об отправлении эскадры контр-адмирала М. П. Кумани последовал 24 февраля 1833 г.: ему надлежало отплыть в Одессу и, приняв на борт войска, следовать в Босфор и там узнать у Лазарева или Бутенева, куда следует высадить десант. 3 марта 1833 г. вторая эскадра вышла в море, 6 марта прибыла на Одесский рейд, к 15 марта завершила посадку войск на суда и 16 марта отплыла в сторону Турции. Кумани предписывалось следовать в Константинополь, однако, если станет известно, что первая эскадра находится в Сизополе, он должен был соединиться с ней и ожидать дальнейших распоряжений от Муравьева и Бутенева46. 24 марта Кумани прибыл на Буюкдерский рейд. Высадка десанта на Азиатский берег в Ункиар-Искелесси началась напротив «места, называемого Тарапия на Европейской стороне, где имеют пребывание посланники английский и французский».
Ситуация вокруг Константинополя оставалась сложной: султан не надеялся на верность своих войск. «Муравьеву поручено, на случай, переворота в Константинополе, сообразить возможность удержать за собою Босфорские замки, лежащие в узком месте сего пролива». Предполагалось занять два укрепления гарнизонами по 1000 человек каждое, обеспечив поддержку флота и возможность эвакуации в случае необходимости. Остальные войска должны были использоваться вместе с турецкими по усмотрению Муравьева. Корпус Киселева должен был выступить по первому требованию Бутенева, занять укрепления на Европейском и Азиатском берегах пролива и «учредить твердое охранение» оного при поддержке Черноморского флота. Рекомендации оставались в силе, пока турецкие войска сохраняют верность султану и в Константинополе не произойдет восстания. В противном случае предписывалось основные силы отвести к Сизополю и ожидать прибытия Киселева, а дальнейшие действия предпринимать совместно с ним и под его командованием. Отчетливо прослеживается стремление Николая I не только не допустить Ибрагим-пашу в Босфор, но и не дать ему установить контроль над Дарданеллами, поскольку после занятия пролива Мухаммед-Али мог выторговать контроль над ним.
Лазарев считал возможным столкновение с войсками Ибрагим-паши, полагая, что участие русской армии послужит подъему боевого духа турецких войск. Что до крепостей, он полагал целесообразным занять Анатоли-Кавак и Румели-Кавак, находящиеся в самой узкой части пролива и имеющие наибольшее число орудий. Турецкая сторона полностью согласилась с доводами Лазарева: «Ежели. приближение Ибрагима-паши сделает общее возмущение в Константинополе, тогда для собственной безопасности Вашей Вы (русские войска. — Д. И.) вправе. занимать те из крепостей, которые Вам будет угодно».


КиберЛенинка: https://cyberleninka.ru/article/n/chernomorskiy-flot-i-pervyy-turetsko-egipetskiy-krizis-1831-1833-gg

 
 
 
George Rooke
03 July 2019 @ 11:15 am
А вот люди, говорящие: "Фаррагут на деревяшках успешно прорывался мимо батарей Нового Орлеана" и "Русские затопили свои корабли в Севастополе, потому что парусный флот против парового ничего сделать не может" - это одни и те же люди, или разные?
Особенно вспоминая бой "Флоры" и то, что при Новом Орлеане один из броненосцев южан был потоплен тараном (!) вполне себе деревянным фрегатом "Миссисипи". Тараном "Миссисипи" просто выкинул "Манассас" на мель, ну а потом призовая группа конфедератский корабль освободила от экипажа (южане просто разбежались), подожгла. "Манассас" сполз с мели в воды и поплыл по течению на бомбардирские корабли Портера, но вскоре огонь достиг крюйт-камеры, и он взорвался.

 
 
George Rooke
Вы же еще не забыли старину Джеймса Вилкинсона?)
Своего рода, небольшое добавление.
Как многие помнят. в 1785 году Вилкинсон осел в Кентукки. Проблема этого штата была в том, что он а) был полностью сельскохозяйственным; и б) производил большие излишки зерна. А куда их девать? Выход только один - по Миссисипи в испанские владения. Но испанцы, хотя и были союзниками США в войне за Независимость, сразу после войны наложили торговое эмбарго на торговлю своих колоний со Штатами.
И вот Вилкинсон с большим грузом тронулся в Новый Орлеан. В Новом Орлеане арестовали и груз, и самого Вилкинсона, но все-таки ему удалось добиться встречи с испанским губернатором Луизианы, на которой он заявил, что его арест может расцениваться жителями Кентукки как объявление войны США, и кентуккийцы вполне могут попытаться решить вопрос военным путем. В общем, вести переговоры с ним, Вилкинсоном, гораздо выгоднее, нежели воевать с США.
Губернатор обещал подумать, и на следующей встрече предложил взаимовыгодное сотрудничество. Мол, ты - нам, мы - тебе.
Как писал потом Вилкинсон: "Только личный интерес регулирует жизнь наций, и тот, кто считает по-другому - не только обманывает самого себя, но и стремится обмануть других".
В общем, Вилкинсон согласился стать испанским шпионом, а далее... А далее он попросил испанцев выдать разрешение на перевозки по испанской части Миссисипи только ему, Джеймсу Вилкинсону. Тогда был он становился монополистом в перевозках из Кентукки в Новый Орлеан, и держал бы в руках весь экспорт сельхозпродукции из Кентукки.
Губернатор подумал, и.... разрешил. И с 1787 по 1794 год Вилкинсон единолично владел перевозками по испанской части Миссисипи.
На мой взгляд Джеймсу не годится в подметки даже Слаенов из "Республики ШКИД", потому как Вилкинсон постоянно выступал в ассамблеях, что ведет с испанцами переговоры, чтобы хоть кому-то кроме него разрешили возить по Миссисипи товары, но блин... не получается. Не соглашаются эти испанские сволочи!)
Позиция - беспроигрышная совершенно))

Tags:
 
 
 
George Rooke
По Andrew Lambert "The Crimean War: British Grand Strategy, 1853-56".


Англо-французская коалиция, которая сложилась в 1854-м, была малопредсказуемой комбинацией. Все-таки стороны до этого воевали почти 500 лет, да и после 1815-го года их отношения часто были просто враждебными. Да, Англия и Франция объединились ради борьбы с главной континентальной сверхдержавой, но объединение это было непрочным и хрупким. Задолго до окончания войны обе страны ждали, что коалиция их распадется.
Можно четко сказать, что катализатором Крымской стал ввод русских войск в Дунайские княжества, и хотя обе державы отправили свои флоты к Греции, война и тогда представлялась маловероятной. Британцы предпочли бы на этом этапе сохранить статус-кво Проливов, а французы - получить дипломатическую победу. И все.
В войну Англию Франция буквально затащила, ибо не участвовать в каком-то разделе/попиле было выше британских сил. Ну прям как у того шакала: "А мы пойдем на север! А мы пойдем на север!"
Проблема была в том, что сухопутную границу России заблокировали нейтральные Пруссия и Австрия, и дальше Грэхэм на гора выдал безумный план блокады России со всех ее морских сторон. При этом Севастополь как цель возник совершенно случайно, более того - его взятие Грэхэм взял из плана атаки Шербура, заменив Шербур на Севастополь.
Как это виделось Первому Лорду? Значит, за пару месяцев союзники берут Севастополь, а потом.... перекидывают все свои силы на Балтику, где атакуют Ригу, Свеаборг, Ревель, Кронштадт и Санкт-Петербург. И главной задачей тут виделась не высадка десанта на набережной Невы, а уничтожения после Черноморского и Балтийского флота.
Однако план этот был сорван упорной обороной Севастополя. Умничка Тотлебен применил совершенно новую тактику, в которой он опирался не на долговременные крепостные сооружения с малым количеством артиллерии, а на дерево-земляные укрепления, сверх меры защищенные артиллерией. Это можно сравнить с разницей ЛК и ЛКР в ПМВ. То есть у ЛКР ослаблена броня, но в угоду артиллерийской мощи. В результате простенькие укрепления из-за насыщения их артиллерией стали для союзников очень крепким орешком, которые приходилось вскрывать большой кровью.
Кроме того, ведя совместно Крымскую войну, Англия и Франция продолжали линкорную гонку вооружений, что дополнительно отвлекало силы и средства. Каждая сторона подозревала другую в неискренности, именно поэтому Крымская велась как танец слепых - полумерами и постоянными задержками в решительных действиях.
Надо сказать, что оборона Севастополя заставила англичан обратить внимание на другие цели, например на Азовское море. Однако это напоролось на нежелание Франции - Франции было совершенно плевать на русский флот и русские порты, ее мало беспокоили бунтующие черкесы и чеченцы, она хотела доказать, что 12-й год был досадной случайностью, и занять в Европе русское место "жандарма Европы". А далее - вообще искать с Россией мира. Луи-Наполеон требовал, чтобы французская армия "выиграла генеральное сражение", и дальше можно было начинать переговоры с Петербургом. Проблема в том, что ни Альма, ни Балаклава, ни Черная речка на генеральное сражение не тянули, а высаживаться на Балтике не хотел сам Наполеон - там ведь и огрести можно - и войск там русских побольше, и вооружены они посовременнее, чем в Крыму.
Даже предложение Пальмерстона захватить у русских весь Крым французы встретили прохладно - нафига? Что с ним делать-то потом? И аргументов у англичан против Кости Сапрыкина не было - они к маю 1855-го смогли нарастить свою группировку в Крыму до 40 тыс. человек, тогда как французов там было в 6 раз больше - 240 тыс.
После падения Севастополя Франция просто отказалась воевать, и англичанам стало... обидно. Ведь надо же как-то восстановить хотя бы часть ауры Ватерлоо! Проблема в том, что со своими 40 тысячами они могли мечтать об этом только как импотент об изнасиловании. Есть с кем, есть где, но нет - чем.
Именно поэтому, после подписания мира 30 марта 1856 года, англичане праздновали победу 23 апреля, в день Св. Георгия, причем праздновали очень необычно. Специально для праздника на Оркнеях был выстроен специальный замок Саутси (Southsea), который был показательно разбомблен за... 12 часов. На это действо один из французских адмиралов насмешливо ответил: "кирпичи не дают сдачи". Это представление больше всего напрягло не Петербург, а... Вашингтон. Американцы на полном серьезе решили - они следующие. И началась очередная любимая забава США - планы вторжения в Канаду.
Пожалуй единственным, кто сохранял во всей этой ситуации невозмутимость, был Пальмерстон. Он писал в письме Гладстону: «Когда мы понимаем насколько различны интересы Англии и Франции, насколько разные характеры и привычки двух стран, мы скорее должны быть благодарны, что получили так много от этого альянса и что так долго его сохраняли, чем удивляться или разочаровываться его приближающемуся концу». Это и можно считать эпитафией краткого англо-французского сотрудничества в 1854-56 годах.


 
 
 
George Rooke
Давеча начали обсуждение Милютинской реформы, и перво-наперво хотел бы привести цитату из Керсновского "История русской армии": "В деятельности этого преобразователя необходимо все время различать две стороны; военно-научную и военно-административную. В первой из указанных областей творчество Милютина было благотворно — он сдвинул военную науку с мертвой точки, создал благоприятные условия для ее развития. В области же административной его деятельность следует признать отрицательной — Милютину так же не хватало Румянцева, как впоследствии Куропаткину{170} не хватало Скобелева.
Положительные результаты милютинских реформ были видны немедленно (и создали ему ореол благодетельного гения русской армии). Отрицательные же результаты выявились лишь постепенно, десятилетия спустя, и с полной отчетливостью сказались уже по уходе Милютина. Военно-окружная система внесла разнобой в подготовку войск (каждый командующий учил войска по-своему). Положение 1868 года вносило в долевое управление войск хаос импровизации, узаконило отрядную систему. Однако все эти недочеты бледнеют перед главным и основным пороком деятельности Милютина — у гашением воинского духа.
Милютин бюрократизировал всю русскую армию сверху донизу. Во всех уставах и положениях он провел преобладание штабного (с канцелярским уклоном) элемента над строевым, подчинение строевых начальников штабам и управлениям. В армии Мольтке начальник штаба дивизии был обычно в чине майора, корпуса подполковник, самое большее полковник. У нас — на 2 чина выше. Германский начальник штаба дивизии считал за честь получить батальон, у нас он считал себя обойденным, получая полк. Борьба со строевым духом сказывается и в мелочах. Командиры дивизий переименованы в начальников, отменено распоряжение носить орден святого Георгия выше всех прочих орденов. Военному организму был привит невоенный дух… Это катастрофическое снижение духа, моральное оскудение бюрократизированной армии не успело сказаться в ощутительной степени в 1877–1878 годах, но приняло грозные размеры в 1904–1905 годах, катастрофические — в 1914–1917 годах."

И я выдвинул такой тезис - если в Крымскую старая армия хоть и проиграла французам, то по очкам, и спокойно размазывала поляков, турок, персов, то новая, Милютинская, армия очень бледно выступила в войне 1877-1878 годов, а в русско-японскую так вообще провально.
Было предложено сравнить сражения Крымской и сражения русско-турецкой (1877-1878 г.г.) войн. И для начала статистика: в Крыму произошло четыре больших сражения - Альма, Балаклава, Инкерман, Черная речка.
Альма - 36500 русских при 84 орудиях против 61 тыс. союзников при 144 орудиях.
Балаклава - 16 тыс. русских (оценки англичан в 25 тыс. русских - это вместе с силами Жабокрицкого и резервом) против 20 тыс. союзников.
Инкерман - 42 тыс. русских при 142 орудиях против 18,5 тыс. союзников при 56 орудиях. Стоит заметить, что Инкерман - это атака укрепленной позиции, вполне сравнимая с Плевной, на мой взгляд - даже хуже из-за местности (Богданович: «Высоты между Черною речкою и Килен-балкою образуют плато, наибольшая ширина коего не превосходит 350 сажен. Между верховьем Килен-балки и обрывами Сапун-горы находится превосходная позиция, длиною до 500 сажен, прикрытая со стороны Севастополя двумя оврагами: влево лежащий впадает в Килен-балку, а вправо — Каменоломный идет по направлению к Чёрной речке. Таким образом узкий промежуток между вершинами этих оврагов составляет единственную удободоступную часть позиции. Вообще все пространство от Каменоломного оврага до балаклавской дороги, на протяжении около 10 верст, почти недоступно по крутизне скатов и глубине обрывов Сапун-горы. Наступление против неприятеля, занимавшего позиции на Сапун-горе, было возможно только по немногим весьма трудным путям»).
Черная речка - 58 тыс. русских против 60 тыс. союзников (изначально в бою участвовали 37 тыс.). Кстати, Черной Речкой французы просто восхищались - несмотря на потери русские сумели-таки занять Телеграфную высоту и часть Федюхиных высот, то есть наполовину план выполнили, несмотря на атаку сильно укрепленной позиции. Контратаку Пелисье проводил уже большими силами, и русские отошли на исходные позиции.
По результатам - Альма, Инкерман, Черная речка - поражения, Балаклава - сражение с непонятным исходом. В 3 сражениях из 4 русские воевали меньшими силами, нежели союзники.
Но воевали гораздо хуже, чем в Наполеонику, хотя были и оправдательные мотивы (цитаты):
1) «Сравните население держав, воевавших с нами, с населением России, число войск их, финансовые средства их, сравните их морские военные флоты с нашими, и результат сравнения ясно покажет, что другого исхода война не могла иметь».
2) «нельзя надеется одержать успех над неприятелем, имеющим значительно превосходящие силы. Все искусство главнокомандующего должно заключается в том, чтобы вступая в бой собрать на пункте более войск чем противник».
Если же брать русско-турецкую войну 1877-1878 годов - то кроме действий Передового Отряда Гурко и сидельцев в Баязете русская армия во всех сражениях имела численное преимущество. Более того, Милютин и Обручев вообще планировали блицкриг в три месяца, поскольку у турецкой армии а) войск было меньше, и б) они были разбросаны от Сербии до Адрианополя.
В результате:
Систов - русское превосходство в 2 раза.
Никополь - почти в 3 раза.
Плевна - в 4 раза (при этом валандались с ней фиг знает сколько, изначально у Осман-Паши вообще было не более 11 тыс. человек при 24 орудиях).
Шейново - в 2 раза.
Так вот, даже из этих простых сравнений мне кажется, что милютинская армия выступила с более слабым противником хуже, чем николаевская.
Но поскольку по армии я далеко не специалист - уточнения, возражения, дополнения приветствуются.

 
 
 
George Rooke
26 June 2019 @ 10:30 am
На Парижском мирном конгрессе 1815 года был затронут вопрос и о репарациях с Франции.
Согласно статье 4 договора Франция должна была платить союзникам по 383 251 франку ежедневно в течение 5 лет (383,251 francs every day for five years). Всего к выплате требовалось 700 миллионов франков. Для этого оккупационной комиссией были выпущены 15 облигаций, каждая на 46.66 млн франков. Потом все-таки приняли более щадящий график выплат. Первая оплата должна была произойти 31 марта 1816 года, вторая - 21 июля 1816 года, и так далее, помесячно. По сути, Франция выкупала эти облигации, по одной.
Для того, чтобы французы шевелились с оплатами, на территории Франции оставалась союзная армия в 150 тысяч штыков. Которых французы должны были содержать из своего кармана, и это помимо долга. Обошелся этот постой Франции в 265 миллионов франков.
Распределение денег между державами-победительницами происходило следующим образом:
100 миллионов - Австрии
100 миллионов Пруссии
100 миллионов России
100 миллионов Англии
То есть всего им отдавалось 400 миллионов. 125 миллионов делились так - их должны были получить Испания (5 млн), Португалия (2 млн), Дания (2.5 млн), Швейцария (3 млн), Бавария (25 млн), Нидерланды (21 млн), ну и всякая немецкая шелупонь в зависимости от статусности - Вюртемберги, Саксен-Готты, и т.д.
Кроме этого, Пруссия и Англия получали по 25 млн каждая - за Ватерлоо. Оставшиеся деньги должны были быть потрачены на возведение крепостей на границе Франции, прежде всего в Бельгии и на Рейне.
Выплаты, фактически в полном объеме, Франция произвела к 1822 году.
В общем и целом можно сказать, что союзники выжали с Франции примерно миллиард франков.
Понятно, что из этой жопы надо было как-то выкручиваться. И к чести Бурбонов - они выкрутились. Собственно, задел Первой Империи позволил начать во Франции промышленную революцию. А с 1816 по 1824 годы французы шли по пути жесточайшего протекционизма. В кои то веки даже сельское хозяйство начали поддерживать, потому как на французский рынок - совершенно внезапно! - хлынуло дешевое русское зерно. Но об этом уже как-нибудь в другой раз.


Russians are coming! - Русские в Париже.
 
 
George Rooke
25 June 2019 @ 03:33 pm
24 июня 1812 года войска Наполеона перешли Неман и вторглись в Россию.
Но речь не о русской кампании, а о первой Французской республике, причем ее экономика - по трудам французских же авторов - для меня представляется эдаким Франкенштейном, который мог кормиться только войной.
Судите сами.
Бюджет Франции по периодам.
В 1789 году для повышения налогооблагаемой базы были созваны Генеральные Штаты. Однако... 4 августа 1789 года созванные Генеральные Штаты отказались платить и старые налоги. В результате сбор налогов по годам вообще плачевен.
1790 год - 2.6 миллиона ливров (ожидали хотя бы 30 миллионов).
1791 год - 52 миллиона ливров.
Мало, в королевские времена бюджет то был в 400 миллионов! Кинули клич - мол, давайте соберем добровольные пожертвования. Ага. Собрали. 2 миллиона ливров.
В общем, начали облагать налогами все что можно. Основные статьи доходов - продажа патентов (РАЗРЕШЕНИЕ НА ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ), налог на землю (старая добрая талья, немного модифицированная) и на недвижимое имущество. И тут прям деньги поперли. 469 миллионов ливров, почти как король собирал! Больше всех дал налог на недвижимость - 240 миллионов.
Но проблема в том, что с 1792 года Франция в войнах, на 1793 год дефицит бюджета составляет 200 миллионов ливров, и их где-то надо брать. Выступает Сент-Жюст, который говорит - а давайте введем налог на богатых, бинго! Ввели. Собрали 35 миллионов, хотя планировали 250. Где брать деньги? И осенью 1793 года Конвент вводит налог на... завоеванные страны. Так, с Бельгии стрясли 50 миллионов ливров, с Голландии - раза в полтора больше, но.. денег все равно не хватало. Начали изъятие ценностей у церкви, которое принесло 30 миллионов ливров, но этого хватило опять только на то, чтобы держать бюджет на уровне 435 миллионов ливров, не больше.
Далее не нашли ничего лучше, чем выпускать бумажные деньги, причем станок работал бесконтрольно, и в результате получили дикую инфляцию, к конце 1795 года 100 бумажных ливров стоили всего 3 серебряных.
Поэтому в 1796 году решили от бумажек отказаться и перейти на расчеты в серебре. К этому времени 100 бумажных ливров уже стоили всего 30 су, то есть стоимость бумаги, на которой их напечатали, была дороже. В металле бюджет просел до 247 миллионов ливров, тогда как расходы превышали 350 миллионов. В этой ситуации опять не нашли ничего лучше, чем поставить на контрибуции завоеванных стран. Тем более, что в 1798 году из-за нехватки денег ввели налог даже на двери и окна. Грабеж Швейцарии принес 16 миллионов ливров, Цизальпийской республики - 42 миллиона ливров, Римской области - 72 миллиона ливров. Это позволило поднять бюджет до примерно 430 миллионов ливров, но надо понимать, что получалось, что Францию кормили завоеванные области. А это было чревато восстаниями и прочими революционными движениями, направленными против французов.
Структура расходов выглядела примерно так:
Зарплаты и пенсии - 140 миллионов ливров.
Армия - 89 миллионов ливров.
Флот - 50 миллионов ливров.
Долги - 200 миллионов ливров.
Благотворительность - 5 миллионов ливров.
Юстиция - 5 миллионов ливров.
Образование - 1.2 миллиона ливров.
При Наполеоне налогообложение росло как на дрожжах: 1801 год - 550 миллионов франков, 1811 год - 1 миллиард франков, 1813 год - 1,264 млрд франков. И опять те же грабли - обеспечить собственно Франция такие поступления не могла, поэтому от трети до половины бюджета давали завоеванные страны. Ну чтобы Франция просто могла собедржать самое себя, свою армию и флот.
Таким образом, на нас 24 июня 1812 года напали просто нищие гопники, которые с той же Пруссии выжали целый миллиард франков, с Польши в разные годы - от 300 до 400 миллионов франков и т.д. В случае поражения нас бы так же ждало финансирование Франции, ибо денег ей взять на собственной территории было не откуда.

 
 
 
George Rooke
Речь идет вот об этой цитате:

«Могущество России может быть подорвано только отделением от неё Украины… необходимо не только оторвать, но и противопоставить Украину России, стравить две части единого народа и наблюдать, как брат будет убивать брата. Для этого нужно только найти и взрастить предателей среди национальной элиты и с их помощью изменить самосознание одной части великого народа до такой степени, что он будет ненавидеть всё русское, ненавидеть свой род, не осознавая этого. Всё остальное — дело времени».

Отто фон Бисмарк.

Поскольку мне ее уже задолбали приводить, сначала решил написать по ней, а потом... а потом увидел статью на "Дойче Велле", где все уже сказано без меня.

Политически "железный канцлер" мыслил категориями больших империй: Германии, Франции, России. Мысль об их расчленении, распаде, стравливании одних частей с другими была ему абсолютно чужда. Сторонник единства Германии (и, собственно, создатель единой Германии), Бисмарк воспринимал и Россию как "единую и неделимую".
Есть и еще одна причина, по которой, как уверены немецкие историки, он не мог произнести упомянутых фраз: Бисмарк просто не знал слова "Украина". Оно пришло в европейский лексикон намного позже. Уже по одной этой причине можно с уверенностью утверждать, что фраза об "ампутации Украины" является фейком, придуманным и распространяющимся в пропагандистских целях, чтобы показать, что, мол, Запад всегда хотел расчленить Россию и что сегодняшний конфликт вызван не желанием Украины стать независимым европейским государством и попытками Кремля противостоять этому, а извечными происками коварного Запада.


https://www.dw.com/ru/%D0%B1%D0%B8%D1%81%D0%BC%D0%B0%D1%80%D0%BA-%D0%BD%D0%B8%D1%87%D0%B5%D0%B3%D0%BE-%D0%BD%D0%B5-%D0%B3%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%80%D0%B8%D0%BB-%D0%BE%D0%B1-%D0%BE%D1%82%D0%B4%D0%B5%D0%BB%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B8-%D1%83%D0%BA%D1%80%D0%B0%D0%B8%D0%BD%D1%8B-%D0%BE%D1%82-%D1%80%D0%BE%D1%81%D1%81%D0%B8%D0%B8/a-18129646
 
 
George Rooke
18 June 2019 @ 06:47 pm

Вообще проигрыш Россией Крымской войны сродни проигрышу Францией Второй Мировой.
Если в 1812 и 1914 годах мы видим у России и соответственно Франции вести войну до последнего, то в 1854 и 1940 годах мы видим желание как можно быстрее закончить войну, пусть и на условиях победителя.
Естественно, с поправкой на эпоху. ИМХО.

 
 
 
George Rooke
Поймал себя на мысли, что когда мне скучно и грустно, я опять берусь за тему Крымской войны.
Начнем, пожалуй.
Самое меньшее, что ожидает солдат, отправляясь в далекий поход, это то, что он будет одет, обут и сыт. Без этого, как вы понимаете, солдаты воевать будут не очень хорошо. Так вот, английская армия, начав осаду Севастополя нарушила все эти три требования.
Начать с рациона солдат. Это были сухари и солонина. Желающие могут посидеть на такой диете неделю. Как раз примерно через это время запор у них сменится диареей, потому как пищеварительная система будет сильно нарушена. Делу по идее могли бы помочь овощи и фрукты, но большинство солдат дополнительно к мясу и сухарям получали... 2 картофелины и 1 головку лука в месяц. И все.
Но пищеварительной системой не обошлось. Понятно, что из-за недостатка витамина С началась цинга. И сухари грызть стало сильно проблематично. Англичане с завистью смотрели на французов, которые развернули походные хлебопекарни, а британские генералы с удивлением подумали, что им печь свежий хлеб для войск в голову как-то не приходило.
В результате диета солдат в Крыму оказалась хуже чем у заключенных - те хотя бы получали дополнительно молоко, рыбу, овощи.
К этому добавилась узколобость офицеров снабжения. Я уже много случаев рассказывал - добавлю еще один: в ноябре 1854 года в Балаклаву прибыл пароход со 150 тоннами овощей. Портовый адмирал Боксер затребовал документы на них, и поскольку они были неправильно оформлены, запретил выгрузку. В результате все овощи через месяц сгнили и были выброшены за борт. Раглан, понимая, что творится дурдом, пробовал давать солдатам рис, но его запасы потерялись на складах и нашлись только в марте 1855-го.
Сок лайма, пожертвованный флотом армии, так в части и не попал - генерал-комиссар Филдер (Filder) заторомозил сок на причале, сказав, что это жратва флота, пусть флотские и развозят сок лайма по войскам. Пока флотские бодались с армейскими, прошло два месяца, и цинга собрала обильную жатву жертв. Еще раз - пока солдаты гибли тысячами, на пристанях Балаклавы стояло 278 цистерн с лимонным соком.
Не лучше дело обстояло и с обувью. Дело в том, что в лучших традициях производственных тендеров (ох, сколько я этого видел на своем веку) комиссариат снабжения сбил цену на обувь на столько, что производители поставили в Крым обувь просто некачественную, фиговую. От холода и сырости британские армейские ботинки разваливались за неделю. Так солдаты 55-го полка во время парада перед Рагланом и высшим руководством остались без подошв, которые прилипли и оторвались в крымской грязи. Кроме того, распределители не учли, что при постоянной ходьбе нога опухает, и нужна обувь на размер больше. Тогда линейка размеров была примерно такой - 41-й, 43-й, 45-й. Так вот ботинок 45-го размера не прислали. Таким образом примерно 20 процентов армии оказались либо в маломерках, либо вообще без обуви. Поэтому зимой 1854-55-го годов началась настоящая охота за русскими сапогами, которые британцы снимали с пленных и убитых. Были даже специальные рейды егерей - "за сапогами".
Плюс классные британские палатки - без дна. Плюс - глупость отдела снабжения, которые начал перебрасывать в войска шинели (правда Боксер их все равно потерял на причале), и забил на пледы - в Плимуте скопилось 25 тысяч пледов, из которых в Крым отослали... 800. А ведь их можно было использовать хотя бы в качестве ковров или спальников в британских палатках.
В общем, именно этим разгильдяйством и непрофессионализмом и обусловлены дикие небоевые потери англичан в Крыму.

 
 
 
George Rooke
14 June 2019 @ 01:21 pm
Ну и по причинам русско-шведской войны 1788-1790 годов. Их несколько, но начнем мы... с первого раздела Польши.
Что, собственно, произошло?
5 августа 1772 года русские, прусские и австрийские войска просто вошли в пределы Речи Посполитой и захватили области, распределённые между ними по секретному соглашению. Заняв территории, причитающиеся сторонам по договору, оккупационные силы, потребовали ратификации своих действий со стороны польского короля и сейма. Польский король обратился за помощью к западноевропейским государствам, но никакой помощи не последовало. Нет, ему, конечно, посочувствовали, но и только.
От такого действа все малые страны Европы просто оху..., ой... обалдели. Это что, так можно что ли? Подобного раздела безмерно испугались Турция, Дания и Швеция, особенно последняя, ведь новый король Густав III был вполне извещен, что существует русско-прусский секретный договор 1769 года, в котором есть статья, обязывавшая стороны в случае укрепления в Швеции королевской власти захватить шведскую Померанию и Финляндию.
Россию и Пруссию устраивала слабая Швеция, с извечным противостоянием "партии шляп" и "партии колпаков". Густав III реализовал целый комплекс мер, чтобы избежать участи Польши (а этот вариант развития событий ему казался очень вероятным). В 1772 году новый король организовал государственный переворот, отряд его сторонников ворвался в государственный дворец и арестовал всех членов правительства. На следующий день Густав проехал по улицам города, где его встретили толпы восторженных людей. 21 августа 1772 года, при всех регалиях, Густав был коронован, со свойственным ему красноречием произнес перед депутатами риксдага речь, обвинив их в продажности и отсутствии патриотизма, огласил основы новой конституции и распустил парламент.
В том же 1772 году шведский король планировал напасть на Россию, пользуясь тем, что она вела войну с Турцией, а большая часть Балтийского флота была отослана в Средиземное море. Причем аппетиты Густава были прямо-таки чрезмерными, если не сказать – утопическими: он хотел в случае успешной войны вернуть себе часть Карелии, а так же всю Прибалтику, сделав восточную часть Балтики «шведским озером». Эти планы были разрушены Данией, которая опасалась, что шведы хотят захватить у нее Норвегию (Дания и Норвегия были тогда в унии). Копенгаген заключил союз с Петербургом, где обязался нейтрализовать шведский флот и обложить Карлскону в случае начала шведами боевых действий. Кроме того – прусский король Фридрих II предупредил Густава, что согласно договору с Россией он так же, в случае начала Швецией боевых действий против России, атакует шведскую Померанию.
Кроме того, английский посол сообщил Густаву, что в случае агрессии в сторону России в Балтийское море войдут британские эскадры, и что нападение на Россию Британия будет расценивать как нападение на себя.
Странно, да? Оказывается, англичанка не всегда гадит. А знаете почему? Читаем в письме Питта-старшего, написанном в апреле 1773 года, графу Шелбурну: «Ваша Светлость знает, как я доволен Россией. Я верю, что терзая османов, они увлекают Францию в бездну падения, и я всегда говорил, что неотъемлемой частью английской внешней политики должна быть поддержка России в турецком вопросе». Грубо говоря, Франция поставила на Турцию и Швецию, а Англия в пику ей - на Россию и Пруссию. Ничего личного, просто бизнес.
В общем, после выступления Дании и Англии для Швеции это был дипломатический нокаут, и Густав быстро охладел к идее «второго фронта» против Петербурга. И занялся укреплением "вертикали власти" в собственно Швеции. Новые наполеоновские планы к нему в голову пришли в 1783 году.
С начала 1783 года шведский король Густав III пытался договориться с русским Кабинетом о шведской экспансии на Балтике. Король лелеял наполеоновские планы – он хотел отторгнуть от Дании и завоевать Норвегию, а так же высадить свои войска на острове Зеландия, но поскольку Россия и Дания состояли в союзе – нужно было получить согласие России на подобные действия. Переговоры шли полгода, и финальные встречи состоялись 29 июня во Фридрихсгаме, где Потемкин четко сказал шведам, что Россия не допустит расчленения и завоевания Дании, поскольку датско-русский союз для императрицы гораздо важнее шведских амбиций.
Густав пытался было оспорить это решение, мол, вы же вон только 8 апреля сами Крым аннексировали, почему вам можно, а мне нельзя, но письменный ответ Екатерины четко расставил все по своим местам: потому что «Россия – не Швеция». Наследник престола Павел Петрович (прям в стиле героев Джорджа нашего, Мартина) с сарказмом написал Никите Панину: «Нас посетил великий и славный дон Густав Шведский, герой Севера. По этим эпитетам вы можете судить о впечатлении, произведенном им на нас. Это самый блестящий ветреник нашего века. У него были какие-то виды на нас, осуществление которых ему не совсем удалось».
Получив жесткий и решительный отпор в своих амбициях от России, король Швеции решил, что Екатерина настроена на раздел Шведского королевства. Своя логика в этом была. Густав понимал, что став королем, попал в заповедник таких сколопендр и фаланг как Фридрих Великий, Екатерина II, Иосиф II, Уильям Питт-младший, Людовик XVI, и что закон в джунглях только один – либо ты, либо тебя. Он прекрасно видел, что Россия противилась второму разделу Польши, который ей постоянно предлагали Австрия и Пруссия, а чем русские могли заткнуть вечно голодные немецкие рты? Да скорее всего шведскими владениями в Померании, на которые уже давно алчно смотрел Фридрих, а себе скромно по приятельски и по-соседски планировали забрать Финляндию, благо - еще со времен Петра I Швеция была уверена, что мысли насчет Суоми у российских императоров вполне определенные. То есть экспансия Швеции на данном этапе по разумению Густава была не его личной прихотью, а непременным условием выживания.
Собственно именно это и есть первопричины, побудившие Густава пойти на войну с Россией.
Но была еще и вторая причина, не менее важная.
Дело в том, что власть его в Швеции была непрочна. А как укрепить власть без "утра Стрелецкой казни" и "возвращения моего 37-го года"? Да маленькой и победоносной войной! То есть войну против России Густав помимо всего прочего рассматривал как подавление оппозиции в собственно Швеции. И особенно - как удар по финскому сепаратизму, ибо финские сепаратисты смотрели на Россию с придыханием и считали ее избавителем от шведской длани.
Как-то так.

 
 
 
George Rooke
14 June 2019 @ 12:04 pm
Вчерашний отзыв на статью на Вархэде лично для меня вызвал непонятную реакцию. Особенно я ждал реакции со стороны автора. И тут я видел два варианта -
1) Поблагодарить меня за указанные ошибки и в будущем более тщательно относиться к написанию статей.
2) С фактами и источниками в руках размазать мои факты и источники по стенке.

То есть я ожидал конструктива по типу нашей дискуссии с Денисом Микшисом по данной теме.
Вместо этого - заочно - знаете какой ответ я получил?
"Про бой у Фридрихсгама я в курсе, упоминал его в предыдущей статье. Неудача, на катастрофу не тянет. Претензия к дате? У меня на руках есть текст диссертации по этой теме, там ссылаются именно на годовщину восшествия на престол. И да, защищенный диссер мне кажется более весомым, чем мнение Махова. В том числе о проигрыше шведами войны вчистую))"
И тут проблема даже не в Михаиле, а проблема.... как вам сказать.
Ладно, чтобы не ограничиваться двумя словами, начну с начала.
В общем, борьба с Наполеоном и вообще Отечественная война 1812 года заслонили собой по масштабности другие войны и исторические события. Нет, все конечно знали, что, там, Крым покоряли, в Молдавии воевали, со Швецией и Финляндией, но в исторических книгах было примерно такое состояние как сейчас - Вторая Мировая - это 90 процентов исследований, 10 процентов - все остальное. В этих 10% флот занимал... десять процентов от десяти процентов. По сути только сильно интересующиеся темой люди могли сказать, чем знаменит Ушаков, Спиридов, старший Грейг, Чичагов, и т.д., не говоря уж о фон Крузе, Нассау-Зигене, Ханыкове, Козлянинове, и т.д. Про этих вообще был темный лес.
И первый раз интерес к русской истории конца 18 века, особенно к теме флота, проснулся только при Александре II. И настоящим прорывом по исследованию темы русско-шведской войны стал труд Виктора Филипповича Головачева " Действия русского флота во время войны России со Швецией в 1788-90 годах" (1870 год). Причем попросил его написать и разобраться с темой сам наследник, будущий Александр III, который очень живо интересовался русской историей.
Но! И тут есть основная проблема. Головачеву пришлось пользоваться не только собственно русскими архивными источниками, но и шведскими (специально для этого он выучил шведский язык), ибо у шведов всплеск интереса к этой теме возник раньше - в 1820-30-е (Лавен, Юлленгранат, Манкель, Пален, Унгерн, и т.д.). И если документами по русскому флоту он пользовался отечественными, то вот дипломатическую переписку не разбирал, и воспользовался выводами шведскими. Это, кстати, видно с самого предисловия книги: "Война 1788—1790 годов поучительна для нас во многих отношениях. Ее начала слабосильная и малонаселенная Швеция против такого государства, каким была уже Россия в царствование Екатерины ІІ-й, и начала именно с тем, чтобы отнять у последней часть принадлежащей ей территории. Эта война отличалась многими боевыми подвигами с нашей стороны, тянулась три года, прославилась большими морскими сражениями и блестящим собранием наших даровитых моряков, каковы были: Грейг, Чичагов, фон-Круз, Козлянинов, Нассау-Зиген, Ханыков, Макаров, Кроун, Карцев и многие другие, заставила нас потратить много усилий, денег и людей — взамен чего не доставила нам ровно никакого приобретения!"
Это прям калька с Юлленграната, опрокинутая на видение России.
Мол, маленькая Швеция нанесла России такие большие потери и так встала костью в горле, что большая Россия, испугавшись шведской моськи, пошла на все ее условия, отказалась от приобретений и аннексий, и доблестная Швеция смогла отстоять свою свободу.
Проблема в том, что дипломатией Екатерины II историки занялись гораздо позже, скажем, ее дневники были впервые напечатаны только в 1907 году. Тома МИРФ, посвященные эпохе Екатерины, были изданы в 1888-1893 годах, дипломатическая переписка Екатерины - 1886 году.
Но - труд Головачева и переведенные шведские труды (плюс статьи по теме авторов типа Кизеветтера) уже жили своей жизнью, тогда как новые данные - своей. И - в этом я виду основную проблему исторической науки - выводы шведов, переведенные Головачевым, начали скакать из книги в книгу. Да, маленькая Швеция напала на Россию. Да, маленькая Швеция нанесла России такие потери, что большая Россия испугалась. Да, для русских война была без приобретений и вообще бесполезная. Складывалось впечатление, что на троне сидела не самая хитрая и умная бестия изо всех правительниц (на мой взгляд Екатерина дала бы фору не только всяким Изабеллам Арагонским но даже английской "бедной Лизе" - Елизавете I, которая в дипломатических играх собаку съела), а какая-то дурочка с переулочка, которая в победной войне даже результатом воспользоваться не смогла. Поскольку такой вывод не был биномом даже для "горе-историков" (извините меня, настоящие исследователи, увлеченные своей темой - Лобин, Великанов, Пенской, Лебедев, Морозов, и иже с ними), надо было что-то придумать. И началось высасывание из пальца. Про английскую и французскую угрозу. Про Пруссию. Ну в общем опять получалось строго по-"гардемерински" - "украли победу, сволочи".
И лишь в 1980-х годах начались первые ревизии причин и итогов русско-шведской войны 1788-1790 годов, что казалось сначала невозможным - ведь данные с течением времени имеют свойство "забронзовевать". А далее... Далее началась интернет-революция, когда исследователь, не выходя из дома, может сразу глянуть в английские, испанские, французские, германские, шведские архивы, сравнить их с русскими. Взять исследование по теме от англичан, сравнить его с шведским, посмотреть на проблему взглядом Дании или Пруссии, и дополнить это все российским взглядом.
Мешало и мешает настоящей исследовательской работе то, что в России научная степень - это не просто признание заслуг, а это еще и всякие ништяки, плюшки от государства, да и просто повышение своего положения в обществе. В результате на одну нормальную исследовательскую работу (типа Гребенщиковой или Лебедева) приходилось с десяток "проходных", повторявших избитые старые тезисы. Типа, люди карьеру строят, на фиг вы тут лезете со своими новыми данными.
И судя по словам "про диссертацию в руках" - дело продолжает расцветать и пахнуть. Кстати, очень часто в этих ваших интернетах я встречаю эту непоколебимую уверенность - мол, я исторический ВУЗ закончил, не фиг мне тут рассказывать. Ребят, вынужден вас огорчить. Ваша квалификация как историков зависит всего лишь от ваших знаний по теме, и ни от чего больше. Потому как хоть вы трижды закончите МГУ, но если по русско-шведской войне вы не читали ничего кроме БСЭ - ну как историк по этому событию вы - ноль. Без обид, это просто факт. Так же как и я - просто ноль по той же ВМВ или, скажем, по ВКЛ XVI-XVII веков.
Да, вы можете стать не нулем, если начнете изучать тему. Как я два с половиной года назад принялся за изучение Крымской, ну затянуло просто. Но для этого надо иметь интерес и желание. А если желания нет, а есть только тяга раздувать щеки... Ну и бог с вами.
В заключение хотел бы сказать, что рассматривать русско-шведскую войну 1788-1790 годов в вакууме - глупо. Понятно, что она была связана с русско-турецкой войной 1787-1791 годов, связана с событиями в Европе, с проблемами в Польше, и т.д. Цитируя Эдуарда Созаева - с его оценкой я согласен на 100%: "В 1790 г. курс серебряного рубля упал на 15%. Т.е. за рубль ассигнациями давали 85 коп. серебром. Было ясно, что Россия не может вести две войны одновременно. Очевидно, выигрыш на юге был гораздо предпочтительнее и более возможен, чем выигрыш на Севере: все лучшие войска были на юге. Екатерина говорила, что нужно, "как можно скорее вытащить лапу из шведской грязи"." Это сказано в апреле 1790 года, задолго до всяких Роченсальмов. И те, у кого "нет под рукой диссертации" понимают, что мягкие условия мира были как раз обусловлены именно этим - "скорее вытащить лапу из шведской грязи".

 
 
George Rooke
Вышла тут статья на Вархэде, про второе Роченсальмское сражение: https://warhead.su/2019/06/11/vtoroy-rochensalm-porazhenie-o-kotorom-molchat-uchebniki?fbclid=IwAR11_S3DBBnF4A9WJEsGTjmAaaN-S488AWP8BnKEGFz1YxUD0UA8uNmrCYI

В свое время профессор Преображенский говорил: "Никогда не читайте на ночь советских газет". То же самое можно сказать и про этот материал. И чтобы показать, почему это так, решил я его разобрать.

Цитата:
У русского парусного и гребного флота было много побед. Несколько бесспорных, и много — «по очкам». Случались и небольшие неудачи. Но катастрофа была только одна. Она произошла в 1790 году — и имя ей Второй Роченсальм (он же Свенкзунд).

Естественно, это не так. Чтобы далеко не ходить за примером - та же самая война. Шведский флот смог в тяжелом бою почти уничтожить отряд Слизова у Фридрихсгама, и подошел к Выборгу, надеясь взять его очень быстро и без проблем. Надежды на это были вполне обоснованы, ведь основные силы Нассау-Зигена были отведены на зимовку в Санкт-Петербург и разоружены, оставили лишь дежурные отряды Слизова во Фридрихсгаме и Козлянинова в Выборге. Козлянинов имел в Выборге 52 боевых единицы – фрегат «Автроил», гребные фрегаты «Биорн-Эресинда», «Рогвальд», «Оден», шебеки «Скорая», «Легкая», «Быстрая», прам «Гремящий», «секретные суда» (аналог шведских удем) «Осторожное», «Наступательное», «Охранительное», 5 бомбардирских судов и мелкие корабли. Шведы, подошедшие к Выборгу, располагали 154 гребными судами и 1600 орудиями, поэтому Козлянинов укрылся на Транзундском рейде под защитой береговых батарей. Слизов потерял 26 из 63 кораблей, в их числе - 1 гребной фрегат. Тоже - катастрофа.
И да, автору бы стоило понять, что в той войне гребной флот с обеих сторон был разменной монетой. Причина самая простая - корабли москитных сил строились быстро и их было банально не жалко.
Идем дальше.

"Возникает вопрос — если война закончилась на такой высокой ноте, победой, то почему же её свели вничью?"

Наверное об этом стоило бы узнать, а не гадать? Вроде как ресурс да и сам автор позиционирует себя как просветитель тру-хистори в пику ложным историческим тезисам? Так зачем их повторять?
Впрочем, об этом ниже.

"Двадцать восьмое июня был днём восшествия на престол Екатерины II. Принц Нассау-Зиген, командовавший русским гребным флотом, решил преподнести императрице подарок — разбить шведский флот и, если удастся, взять в плен шведского короля Густава III.
Любовь к датам — это давняя, ещё досоветская традиция!"


Это любовь журналистов к сенсациям - еще давняя традиция. Ибо, ежели залезть в МИРФ и почитать, то внезапно выяснится удивительное: Только 26 июня основные силы русских прибыли к Аспэ, но до 27-го ждали Козлянинова с 45 судами. В этот же день принц получил от императрицы высочайший рескрипт: «По благополучном успехе над шведскими морскими силами одержанном, надлежит всемерно стараться пользоваться плодами сея победы и, распространяя военные действия, не дать отнюдь неприятелю ни времени, ни способов к его отдохновению. Мысли ваши в реляции вашей (от 25 июня) совершенно сходны с сими, и потому мы их с особым удовольствием приемлем. Уверены мы, что вы теперь первое и главное внимание ваше к тому устремите, чтобы нанести решительные и крайние удары гребному шведскому флоту, а тем и вятше облегчить средства к поискам, одним или другим образом учреждаемым. По доверенности, которую вам усердие к нам и отличные заслуги ваши приобрели, не скроем, что всего полезнейшим, и для прочного на будущее время сохранения покоя, надежнейшим, почитаем совершенное морских неприятельских сил истребление. Доброе уже положено тому начало. К совершению того потребны еще усиленные действия, не только обоих наших флотов, но и сухопутной армии. И так, если представляется вам удобность по разбитии гребным флотом, вами предводимым, шведского такового же, простерти действия ваши к стороне Свеаборга, вспомошествуемые армиею нашею, к Гельсингфорсу, в то самое время, когда корабельный наш флот будет иметь в виду, чтобы не выпустить неприятельские корабли в сей порт зашедшие, ища способов к их истреблению, то мы сие почитаем делом самой верховной важности и для нас выгодным. Предваряя вас о том, мы будем ожидать ваших разсуждений о разных распоряжениях для исполнения онаго потребных».
Ночью 27-го числа был проведен военный совет, где принц предлагал атаковать. Все командиры и капитаны поддержали это решение, и в полночь на 28 июня Нассау-Зиген собрал все свои суда к юго-восточному входу на Роченсальмский плес, где стоял весь шведский армейский флот.

Переводя на обычный русский - внезапно! - решение об атаке шведов было принято не единолично принцем, а военным Советом, и приурочено оно было не к днюхе императрицы, а к расчету, что шведы еще не успели отойти от Выборгского разгрома и не собрались силами. Ну кто бы мог подумать, правда?

Далее:
Силы у них ещё оставались, но уже 3 августа 1790 года был заключён мир — на условии сохранения довоенных границ и невмешательства Швеции в подписание Россией мирного договора с Турцией.

Смотрим что происходило в реальности:
Наученный горьким опытом, Нассау разработал новый план, который имел все шансы на успех. В помощь гребному флоту были перекинуты линейные корабли «Иоанн Богослов», «Америка» и «Сисой Великий», которые расположились у острова Муссало, дабы перекрыть шведам выход из Роченсальмского архипелага. Были присланы куттеры и фрегаты, в том числе и «Венус», чтобы организовать погоню в случае прорыва. Дополнительно из Ловизе были присланы два линкора вице-адмирала Одинцова, и 1 корабль из Кронштадта. В общем, за дело взялись всерьез, и Густаву III стало понятно, что везение закончилось.
Да, фортуна ему улыбнулась 28 июня, но уже 9 июля стало ясно, что в ближайшее время шведский армейский флот ждет совершенный разгром.
14 июля Нассау-Зиген сообщил участникам военного совета, что эскадра должна преградить путь шведам у островов Муссало и Кунисари. Кораблям Чичагова предстояло отвлечь неприятеля у Поркалаута и Барезунда, а войскам Салтыкова — с суши, тогда как принц намеревался идти прошлогодним путем. Совет постановил провести диверсию с суши и высадить десант на Кутсало-Мулим, чтобы обеспечить действия флотилии. Последней, по предложению принца, следовало атаковать канонерскими лодками, которые наступали в первой линии при поддержке плавучих батарей. Вторую линию составляли галеры. Парусникам следовало демонстрировать готовность перейти в наступление. После того как русские канонерские лодки вступят в бой, галерам следовало на буксируемых плотах доставить десант с артиллерией на остров Кутсало. Устроенные на острове батареи должны были быть в состоянии отразить неприятеля в его нападении калеными ядрами, тогда как часть гребных и парусных судов должна была перейти в наступление по всем проливам, а остальные парусники — поддерживать их. Военный совет постановил иметь сигналы для связи с армией. Атака была назначена на 22 июля.
Но 18 июля 1790 года Густав III через посредников обратился к России с просьбой объявить перемирие и сесть за стол переговоров. Швеция просила мира, ибо, если бы король вдруг попал бы в плен – для скандинавов получилось бы совсем нехорошо.

Как мы видим: 1) Для шведов после победы у Роченсальма ситуация не улучшилась, а даже ухудшилась. Русские реализовали свое право на ошибку и решили взяться за противника всерьез. 2) Обратился с просьбой о мире сам шведский король, а не Екатерина к Швеции. То есть тем самым шведы признавались, что находятся в безвыходном положении.
Так почему же требования русских на мирных переговорах были не суровы?
Русско-шведская война с точки зрения Екатерины была досадным недоразумением. В этот момент Россия стремилась разгромить Турцию, князь Потемкин-Таврический во всю разрабатывал «Греческий проект», решив изгнать Османскую империю с территории Европы и захватить Константинополь, часть Балтийского флота перед русско-шведской войной должна была идти в Средиземное море, дабы атаковать турок с тыла. На Балтике Россия и так была гегемоном, к тому же, имея союз с Данией, она совершенно не боялась ни за свою торговлю, ни за свои берега.
Кроме того, императрица надеялась, что столь мягкие условия произведут беспорядки в самой Швеции, ибо король Густав в этой ситуации будет выглядеть как минимум глупо, а как максимум – его сочтут безумцем. В принципе, расчет Екатерины оказался верен – в результате заговора шведской знати 16 марта 1792 года Густав был смертельно ранен в опере Якобом Юханом Анкарстремом.
Но может быть мы могли бы потребовать себе часть Финляндии, спросит читатель? Встречный вопрос – а зачем? Надо понять, что весь XVIII век Финляндия была убыточной для шведской короны, более того – как раз после русско-шведской войны 1788-1790 годов начал поднимать голову финский сепаратизм, и, оставляя Финляндию Швеции, мы тем самым еще больше ослабляли скандинавов.


А откуда же взялась байка о том, что Роченсальм спас Швецию от разделов типа Польши и от российской оккупации? Так от шведов же! Точнее, от историка Юлленграната. Дело в том, что Швеция вчистую проиграла войну 1788-1790 годов. Она проиграла все сражения линейных флотов, она не смогла ничего добиться с помощью качественно превосходящего русский гребного флота. Это же просто... обидно. И поэтому с такой радостью шведы ухватились за второй Роченсальм. Вот! Вот она - спасительная победа! Вот где шведский ордунг анд элан показал гадким русским варварам, что еще Свенска не сгинела!
И очень хреново, что у нас эту байку не перестают повторять. До сих пор.
 
 
 
George Rooke
13 June 2019 @ 12:15 pm
"Россия вполне может напомнить нам, как когда-то мы учили французов строить военные корабли, пока они не переросли нас, и на стали нас учить, как эти корабли применять".

Даниэль Дефо, 1705 год.

Уже через 13 лет, в 1718 году, Джеймс Джеффрис (Казначей флота) жаловался: "Реформы его (Петра) в судостроении, произведенные, кстати, с помощью английских кораблестроителей, таковы, что любой моряк не поверил бы, как они вообще возможны у нации, прежде так сторонившейся моря".
 
 
George Rooke
13 June 2019 @ 10:13 am
Читаю тут статью Ника Маттинли (Mattingly) "Natural knowledge and sea power : the cultivation of hemp in the British imperial world" и тихо смеюсь.
Собственно, про пеньковую интригу Петра я уже рассказывал. Русская пенька пришлась Совету по Флоту ко двору и он всеми руками и ногами держался только за нее. Но, блин... На дворе не какие-то лохматые 1500-е, а уже 1700-е, меркантилизм, протекционизм, все дела. Да и за океаном парни из колоний тоже хотят денежку и кушать. И далее цитата:

"Падение цен на табак (1760-е) заставило плантаторов Виргинии и Каролины искать альтернативные источники заработка, и они решили выращивать коноплю и поставлять пеньку на местные канатные заводы. Так, Южная Каролина, согласно отчету лорда Шеффилда, в 1765 году произвела до 5 тонн пеньки, и естественно, британский Совет по Торговле усердно сватал морякам каролинскую пеньку в качестве альтернативы русской, поскольку в Совете преобладали сторонники меркантилизма (плюс, в скобках заметим, часть членов Совета щедро получила на лапу от плантаторов Юга). Однако Совет по Флоту после изучения каролинской пеньки не проявил к этому делу энтузиазма. Третий Лорд Адмиралтейства в своем отчете четко и без прикрас написал, что американская пенька "гниет от любой воды, прозрачная и непрочная (bright and clean)", и русский продукт превосходит североамериканский по всем параметрам.
Кроме того, писал Третий Лорд - в 1770 году Каролина экспортировала всего 4 тонны пеньки. Из Балтики мы привезли 18 тысяч тонн. Небольшая разница, правда? Даже повышение производства пеньки в Каролине и Вирджинии до 27 тонн в год (1775-й) было статистической погрешностью на фоне вала продукта, идущего из России. Поэтому вся каролинская и вирджинская пенька чаще всего продавалась в Бостоне и Филадельфии. Для собственных нужд. Ну а далее началась война за Независимость и об американской пеньке забыли всерьез и надолго."


Ну и данные из другой статьи (Artur Attman "The Russian market in world trade, 1500–1860"), по десятилетиям. Российский экспорт пеньки:
1711-1720 г.г. - на 625 тысяч риксдалеров.
1721-1730 г.г. - на 1 млн. 381 тыс. риксдалеров
1741-1750 г.г. - на 1 млн. 608 тыс. риксдалеров.
Ну и для примера возьмем конец века.
1781-1790 г.г. - на 3 млн. 341 тыс. риксдаллеров.
Кстати, русская (и не только, американская тоже) пенька на экспорт измерялась в shippounds - корабельных фунтах. Это чисто балтийская мера веса, равная примерно 340-380 обычных английских фунтов. Шиппаунд - это 20 лиспаундов (lispound), лиспаунд равен 17-19 фунтам. В разных странах по разному. Россия пользовалась датским значением - то есть 17 фунтов лиспаунд, соответственно - 340 - шиппаунд.

 
 
 
George Rooke
10 June 2019 @ 03:02 pm
Из отчетов III Отделения, 1827 год:

"Приходя в соприкосновение с казенными крестьянами и живя с согласия своих господ в городах, крепостные невольно учатся ценить те преимущества, коими пользуются свободные сословия. Надо заметить, что всякий крепостной, которому удалось своим трудом скопить несколько тысяч рублей, употребляет их прежде всего на то, чтобы купить себе свободу. Они хорошо знают, что во всей России только народ-победитель, русские крестьяне, находятся в состоянии рабства; все остальные: финны, татары, эсты, латыши, мордва, чуваши и т. д.- свободны. Среди крестьян встречаешь путешественников, которые говорят им о их положении; сельские священники также им его разъясняют. Доктрины многих сектантов заставляют их почувствовать свое положение, и убежища этих самых сектантов (скиты раскольнические) могут быть рассматриваемы в этом отношении как якобинские клубы. Кроме того шатающиеся по кабакам мелкие чиновники, в особенности выгнанные за дурное поведение, распространяют пагубные идеи среди крепостных, главари и подстрекатели коих находятся среди барской челяди. Среди крестьян циркулирует несколько пророчеств и предсказаний: они ждут своего освободителя, как евреи своего мессию, и дали ему имя Метелкина. Они говорят между собой: «Пугачев попугал господ, а Метелкин пометет их». В начале каждого нового царствования мы видим бунты, потому что народные страсти не довольствуются желаниями и надеждами. Так как из этого сословия мы вербуем своих солдат, оно, пожалуй, заслуживает особого внимания со стороны правительства…"

Крестьянское движение 1827-1869. Вып. I. Под ред. Е. А. Мороховца. М.-Л., 1931, стр. 9.
 
 
 
George Rooke
10 June 2019 @ 11:57 am
Вообще история Испании и интереснее и сложнее, чем то, что нам рассказывают в учебниках. Вот например мавры в Испании.
Карл V при вступлении на престол выступил в 1519 году перед кортесами в Сарагосе, где поклялся под присягою не трогать мавров Арагона и Валенсии, и не внедрять среди них насильно христианскую веру. Арагонских и валенсийских землевладельцев тоже можно понять - сидят на земле люди, арендаторы, производят ништяки, своевременно платят подати и арендную плату, так на фиг что-то менять? Более того - поскольку они, сука, мавры, то платят налогов раза в полтора больше чем христиане. Всех все устраивает.
Ах да, пеночка. Дворяне специально довольно часто поддерживали ненависть между мусульманами и христианами, чтобы те не могли сговориться между собой о твердых ценах на ту или иную работу. Другими словами, мусульмане часто выступали в роли штрейхбрейкеров, если христиане отказывались от того или иного вида работ за уменьшенную плату.
Но вот в 1521 году начались Итальянские войны. Несмотря на серебро Индий денег Карлу начало не хватать. И он решил поднять налоги. Не только в своем королевском домене - Кастилии, но и в других частях страны. И в 1522 году началось восстание в Валенсии. Которое начали христиане, простой люд. Началось оно по самой простой причине - для борьбы с берберийскими пиратами Карл ввел повинность среди христиан, чтобы комплектовать мобилизованными пехоту и флот. Мол, "комсомольцы, на флот!". При этом мавров не трогали, ибо сомневались в их лояльности. Типа, этих не мобилизуем, пусть себе работают, деньгу платят.
В общем, повышение налогов вкупе с рекрутской повинностью привело к восстанию в 1522 году. Цитата: "Мятежники были почти все люди из народа, питавшие величайшую ненависть к дворянам, а особенно к сеньорам, пользовавшимся некоторой властью над жителями. Повстанцы старались причинить им как можно больше ущерба. Они знали, что для сеньоров будет огромным бедствием, если сделают их мавров-вассалов христианами, так как различие в религии обязывало мавров уплачивать своим сеньорам более обременительные повинности, чем платили лица христианского вероисповедания.
Вследствие этого повстанцы заставляли креститься всех мавров, попадавших к ним в руки; таким способом было крещено более шестнадцати тысяч. Так как насилие более, чем убеждение, принимало участие в этой перемене, они не замедлили вернуться к своему прежнему верованию. Император велел казнить главных вожаков восстания. Много мавров (которых эта суровость заставила опасаться подобного же обращения с ними) уехало из Испании и удалилось в королевство Алжирское, так что в 1523 году более пяти тысяч домов осталось без жителей"

Почему крестили насильно - в общем-то понятно, теперь мавр становился христианином и его теперь тоже касались указы о вербовке на флот и увеличение налогов.
Был у восставших и религиозный подтекст - агерманаты (самоназвание) верили в братство всех христианских народов, и что обращение всех мусульман наверняка спасло бы как их души, так и души их детей.
В общем, в 1525 году в Валенсию ввели войска. Как раз, когда пошла ответочка от мавров, и понятно, почему: "белые придут - грабють, красные придут - грабють, и куды бедному крестьянину податься?". Кроме того, Совет Валенсии, рассмотрев обстоятельства крещения мавров принял решение - нехай будут христианами, бо на крещение пошли добровольно. Тут мавров подорвало неслабо - ни хрена себе добровольно - выбор был - либо голову топором снесут, либо иди крестись. И без малого 16 тысяч человек таким образом крестили ведь.
Карл V особым милосердием не отличался, и приказал валенсийской и арагонской милиции мавров помножить на ноль. Однако... тут как раз сыграли мотивы, о которых я говорил выше. Войска были из местных, чаще всего - мелкие дворянчики, у которых эти самые мавры арендуют землю, платят повышенные налоги. Зачем уничтожать куриц, несущих золотые яйца? Ах да, когда король налоги поднял, он призывал дворян налоги у своих арендаторов не поднимать, а самим тряхнуть мошной, оставив себе меньше дохода. Как вы думаете, дворяне это выполнили? Ага, как же! Естественно, вся дельта упала на арендаторов и крепостных. Ибо любой дворянин затянуть пояса был не готов.
В общем, армия продолжала объедать мавров, а вот с репрессиями как-то затягивалось, пытались мавров утихомирить добрым словом, чтобы вернулись к работам и продолжали платить денежку. Наконец Карлу это надоело. Цитата: "Раздраженный этим, Карл V убедил себя, что не следует терпеть мавров в государстве, и попросил папу освободить его от присяги, данной на собрании кортесов в Сарагосе. Папа сначала ответил, что подобная уступка будет скандалом. Император настаивал, и она была ему дана 12 марта 1524 года. Папа только обязал его своим отдельным бреве поручить инквизиторам ускорить обращение мавров, объявив им, что в случае отказа перейти в христианскую веру их обяжут выехать из королевства под страхом быть обращенными в пожизненное рабство. Они подпадут под исполнение этой угрозы, если пропустят предоставленный им срок, не крестившись или не выехав из Испании."
И в результате император, плюнув на все клятвы, прислал в Валенсию 4000 солдат-немцев, ландскнехтов (кстати, немцы по испански звучат классно - tudescos (Тадеско) - сам чуть не поймался на эту удочку). Этим, как все понимают, было по фиг на все политесы, и в результате они вырезали от 5 до 6 тысяч мавров. Остальные в ужасе бежали. Чаще всего - на берберийский берег, к пиратам.
Понял Карл, что совершил ошибку, лишь в 1528 году, когда все участники бучи были помилованы, но было уже поздно.
Кстати, после этой резни 1525 года ненависть Берберийского Берега к испанцам стала просто иррациональной. Вернее не иррациональной, а кровной. Именно поэтому стороны дрались в полным ожесточением - мавры знали, что в случае поражения их не пощадят. Испанцы знали, что в случае поражения их ждет мучительная смерть. Теперь главным было слово "месть".

 
 
 
George Rooke
С началом Тридцатилетки голландцы, англичане и французы начали селиться на пустых островах Карибского моря и заниматься пиратством и контрабандой в испанских колониях в Америке. Впрочем, ничего нового. Это прежде всего необитаемые острова в заливе Фонсека, а так же Сент-Киттс, Барбадос, Сан-Андерс, Кюросао и Тобаго. На Барбадосе высадилось до 1700 англичан под началом Томаса Уорнера, на Сент-Киттс - 500 головорезов Пьера д'Эснамбука. Первое, что сделали англичане и французы - это уничтожили индейцев-карибов на островах. Ибо во-первых, скучно же, а во-вторых, карибы тяготели к испанцам. Далее последовали захваты Невиса и Синт-Эстатиуса. В общем, для Испании это стало большой проблемой, потому как под угрозой стал вывоз серебра из Перу и Картахены. И в 1629 году к побережью Америки была направлена эскадра из 17 галеонов под началом дона Фадрике де Толедо. Авангардом командовал дон Антонио де Окендо, арьергардом - дон Мартин де Вальдесилья.
Испанцы пребывали на Антильские острова по частям, и первые два галеона были атакованы восемью неизвестными судами. Однако пираты жестоко просчитались - это были не торговцы, а военные, и потерпев жестокий урон пираты предпочли скрыться. В сентябре все корабли прибыли в Карибское поре, и 17 сентября началась высадка на острове Невис. Десять пиратских судов были захвачены, а в живых остались только двое пиратов, остальных просто поубивали.
Далее настал черед Сент-Киттса, где англичане выстроили сильный форт Чарльз с 22 орудиями и 9 мелкими пушками (перьерами). Кроме того, французы имели еще три форта - Шарль, Басс-Терре и Ришелье, 11, 9 и 14 орудий соответственно.
Опять десанты испанцев, которые атакой взяли Басс-Терре, там погиб французский начальник форта, сами французы бежали в джунгли. Потом атака Шарля с тем же результатом. Форт Ришелье, видя такое развитие событий, предпочел сдаться без боя, так же как и английский форт Чарльз. По итогу испанцы взяли в качестве трофеев 129 орудий (считая пушки и с кораблей), 46 перьеров, и до 1350 единиц ручного огнестрельного оружия. 2300 пленных были доставлены в Англию и Францию при условии, что их правительства компенсируют испанцам издержки на экспедицию. И самое смешное - Лондон и Париж - деньги реально возместили.
Ну а испанский флот взял курс на Порто-Белло, где взял под охрану Серебряный Флот и сопроводил его в Кадис. Серебро и корабли пришли в Испанию 1 августа 1630 года.
К сожалению, это была разовая акция. На следующий год англичане и французы вернулись в Карибское море, начали обживать Антигуа, Барбадос, Монтсеррат, и т.д. В 1632 году Окендо повторил поход Толедо, но его успехи тоже были половинчатыми. Сил, которые был можно было постоянно держать в Карибском море, у Испании просто не было, флот был буквально нарасхват в Европе и в Азии, кораблей и экипажей не хватало. Кстати, в 1631 году испанский адмирал Бенито Ариас Монтано имея под рукой 40 испанцев и 117 индейцев атаковал на пирогах и захватил два французских корабля с грузом серебра на 30 тысяч пессо. Примечательно место действия - некий островок Тортуга, где водилось много черепах.
На у в 1633 году была проведена спецоперация против острова Сен-Мартен. Эскадра из 55 кораблей (24 галеона и 5 фалькат в составе - фалькаты - это парусно-гребные суда с мощным вооружением) уничтожили 12 голландских кораблей и взяли после ожесточенной осады форт ван Кампен (по имени начальника голландцев). Несмотря на то, что его защищали всего-то 300 человек (испанский десант составлял 1300 человек), расположен он был по типу Гибралтара - позиция просто не берущаяся. Тем не менее испанцы сделали три попытки штурма, и потери защитников были столь велики, что они предпочли почетно капитулировать. Домой отплыли лишь 70 человек, которые остались в живых.

 
 
George Rooke
Прослушал первые 25 минут, насчитал с десяток крупных ошибок. Уже не знаю, есть смысл слушать дальше?....
И опять сказки про то, что Испания с Фландрии имела чуть ли не половину бюджета.. Мать, я устал уже это постить!

Доход с Нидерландов в 1520-е составлял 360 тыс. дукатов в год, иногда дотягивая аж до 520 тыс. дукатов (Фландрия - 240 тыс. дукатов, Брабант - 200 тыс. дукатов, Голландия - 80 тыс. дукатов).
И для сравнения:
Стоимость обеспечения армии во Фландрии ДО МЯТЕЖА - 1.1 млн дукатов
Первые годы ПОСЛЕ мятежа - 1.83 млн. дукатов.
Общий доход Испании в среднем - 7,6 млн дукатов (мог просесть до 5 миллионов, мог увеличиться до 12, здесь именно средняя цифра).


Данные из James D. Tracy "Emperor Charles V, Impresario of War: Campaign Strategy, International Finance, and Domestic Politics "

Эти данные вполне бьются с данными, приведенными уважаемым antoin.
По пунктам при Филиппе II общая сводка доходов выглядела так: За период 1555-1596 (Drelichman & Voth):
1) налог с продаж - 85 628 000 дукатов;
2) таможенные сборы - 38 155 000;
3) платежи за монополии - 23 900 000;
4) прямые налоги - 17 993 000;
5) millones - 8 018 000;
6) церковные взносы - 41 383 000;
7) конфискации - 7 407 000;
8) доходы от Индий - 56 622 000.
Всего 279 094 000 дукатов. (То есть по 6.8 млн. дукатов в год в среднем)
https://antoin.livejournal.com/878448.html
Первая циферка - это конечно же алькабала, НО... Теперь вспоминаем, когда она была введена во Фландрии. Вспомнили? Правильно, при герцоге Альбе! То есть в основной доход Фландрия до 1566 года не вносила вообще ничего. Ноль. Зеро.
Это своего рода маркер, по которому можно узнать, насколько человек владеет темой о причинах,приведших к Нидерландской революции.
И да, говоря про первую АГВ не сказать о роли личности в истории (Кромвель) - это пять с плюсом. По идее, если бы сэр Оливер не разозлился, воевать было бы не зачем. Идея фикс сэра Оливера - это союз протестантских стран против католиков. Голландии предложили вступить в такой союз на правах младшего брата, и очень обиделись, когда голландцы англичан с таким предложением просто послали. Собственно вся война и шла ради того, чтобы Голландия изменила свое решение. И самое смешное, что даже победив Голландию, ее не смогли склонить к вступлению в этот союз.
Разбирать можно долго и много, но... стоит ли?...
И опять - тема заявлена одна, а говорят аж чуть ли не про Наполеона. Какое отношение он имеет к англо-голландским войнам? Если только к четвертой, да и то - кем от тогда был? Слушателем артиллерийских курсов?....


 
 
 
George Rooke
03 June 2019 @ 10:40 am
Как всем известно, Испания вообще не интересовалась Восточным вопросом и не участвовала в Крымской войне, тем не менее позиция ее с самого начала конфликта была протурецкой. Прежде всего потому, что царь Николай I не признавал королеву Изабеллу II законным правителем. Да и было от чего – дело в том, что наследовать королю Фердинанду VII должен был его брат Карл, знаменитый нам по роману Дюма «Граф Монте-Кристо» дон Карлос. Но дон Карлос был реакционер и ретороград, и в результате король, узнав о беременности своей жены, Марии-Кристины, издал Прагматическую санкцию, согласно которой родившийся ребенок, независимо от пола, становился правителем Испании. Все бы ничего, и на признание этого документа Россия скорее бы всего согласилась, однако в 1832 году тяжко заболевший Фердинанд подписал указ об отмене Прагматической санкции. Потом королю стало лучше, и он опять изменил свое решение, на этот раз подтвердив Прагматическую санкцию. Дон Карлос отказался признавать ее, был арестован и отправлен в ссылку в Лиссабон. Таким образом после смерти Фердинанда в 1834 году правительницей Испании в обход дона Карлоса стала двухлетняя Изабелла.
В этой ситуации Николай I как поборник законов и обычаев был на стороне дона Карлоса, и действительно не считал Изабеллу законной королевой, а лишь самозванкой на троне, что и обусловило в 1830-50-е годы позицию Испании относительно России: "а баба-яга против".
 
 
George Rooke

А была ли альтернатива действиям России на 1875 год? Как ни странно - да. И предлагал это граф Игнатьев.
Итак, напомню, Австрия хочет Боснию и Герцоговину, там началось восстание славян, вмешались в кризис Турция и Сербия. Султан, чтобы предотвратить вмешательство в конфликт великих держав, предложил славянам очень большие послабления.
И далее граф Игнатьев предлагает султану встречу в Петербурге с Александром Вторым. По факту русский царь после переговоров становится гарантом реформ в Турции и имеет право защищать христиан, если турки начнут что-то делать не так.
Александр по совету Горчакова отказался. А давайте представим, что нет? Получается интересная картина. Австрия не получит желаемого, и побоится выступить без поддержки великих держав. Англия на тот момент ведет политику невмешательства. Германии плевать на Балканы, и данные переговоры явно не сведут Россию и Австрию в войне, и поэтому канцлер отнесется к договоренностям индифирентно. Францию можно вообще не учитывать.
Ну а Россия одним простым действием получит влияние вообще на все Балканы и по сути подчинит турецкую политику русской. То есть воссоздастся ситуация 1833 года.
При этом не надо тратить почти миллиард рублей и жизни сотен тысяч солдат.
Как-то так.

 
 
 
George Rooke
31 May 2019 @ 02:31 pm
Проблема Балкан в XIX веке – это не проблема самоопределения наций, это конфликт интересов великих держав, а именно – России, Турции, Австрии, Англии и Франции. Понятно, что такому большому количеству игроков было весьма сложно договориться друг с другом, поэтому каждый Балканский кризис грозил перерасти в войну больших государств.
Собственно, в Вене это хорошо понимали.
Тут надо отметить, что для Австро-Венгрии после того, как ее выкинули из Италии и Германии, вопрос дележа Балкан составлял первостепенное значение. Это было единственное направление экспансии, которое Вена могла себе позволить. И начала Вена с... ослабления итальянского элемента в Далмации и Истрии, и с усиления хорватского элемента. В принципе, довольно удачно. И опять - читаешь, и как будто сводки из сегодняшних газет. В 1872 году в Далмации был запрещен итальянский язык. Теперь основными языками провинции стали немецкий и хорватский. На тот момент 69% жителей говорили на итальянском. К 1883 году иатльяский язык был полностью заменен хорватским.
Но мы с вами не об этом.
В 1874 году Франц-Иосиф совершил так называемый Далматинский тур, где были приняты депутаты Боснии и Герцоговины, которые умоляли императора избавить их от власти турок и принять под свою ласковую австрийскую руку. Дело даже не в том, была это постановка или нет, а в том, что именно в этот момент стало ясно, куда будет направлена экспансия Австро-Венгрии.
В том же Габсбурги в 1874 году заключили торговые соглашения с Румынией и Сербией, а так же хотели присоединить к себе Боснию и Герцеговину. И одновременно присоединения новых территорий опасались. Министр иностранных дел Австро-Венгрии, граф Дьюла Андраши говорил: «Мадьярская ладья переполнена богатством, всякий новый груз, будь то золото, будь то грязь, может ее только опрокинуть». Опасались не столько славянского элемента, сколько реакции других партнеров по Балканам – пример Крымской войны страшил всех.
Но как быть, когда экспансии хочется, а последствий, подобных Крымской нет?
И тут начинается большая игра, по другому и не скажешь, с Россией. Для начала, в 1875 году в Боснии и Герцоговине началось восстание против турецких сборщиков податей. Понятно, что турки и сами немало набедокурили, но герцоговинцам - тайно - была обещана австрийская помощь. Однако, как вы знаете, "а подмога не пришла, подкрепленье не прислали". Естественно, на втором этапе в войну влезла Сербия. Которую просто разбили. Размазали. Но... за Сербию конечно же вступилась Россия, и дело покатилось к очередной русско-турецкой войне.
При этом Австрия остается нейтральной, но понимает, что для России ее позиция крайне важна. И естественно Александр II и Горчаков едут договариваться в Вену, при этом проведя консультации с Бисмарком.
В результате в Шенбурне стороны договариваются о том, что Австро-Венгрия будет нейтральна во время войны, но за это ей позволят оккупировать Боснию и Герцоговину. То есть ловкие товарищи, играя вторым номером, без аналога Крымской получат то, что хотели изначально. Основные жертвы и основные траты понесет Россия, она же навлечет на себя противостояние с Англией.
Россия начинает войну, к зиме 1877-1878 годов она ее безоговорочно выигрывает, и далее... согласовывается Сан-Стефанский договор. В котором вместо аннексии Боснии и Герцоговины Австро-Венгрией прописывается какая-то непонятная автономия провинций. В принципе, Вену можно понять. Русские договорились перед войной об одном, а в результате на ходу переобулись и решили совсем другое. Естественно, реакция Вены была очень жесткой. Австро-Венгрия теперь была против оккупации русскими Болгарии, и против взятия русскими Константинополя. И естественно же, она пошла на переговоры с Англией. Требуя за поддержку Веной Лондона... конечно же Боснию и Герцоговину! На что англичане с радостью согласились.
Русские, понимая, что сильно сглупили, посылают в Вену графа Игнатьева, которому Андраши выдвигает ультиматум, в случае принятия которого Австро-Венгрия готова следовать предвоенным договоренностям. Естественно, жесткий:
– Австро Венгрия занимает Боснию, Герцеговину с учетом ее южных округов;
– граница Черногории изменяется так, что она лишается выхода на побережье Адриатики;
– территориальные приобретения Сербии со стороны Боснии и Старой Сербии сокращаются, взамен она получает от турок Вранью и Тырновац;
– из состава Болгарии исключается Македония, а южная болгарская граница отодвигается от Адрианополя;
– срок оккупации Болгарии русскими войсками сокращается с двух лет до шести месяцев.

Заметьте, ни слова о Константинополе и проливах! А ведь это ключевой вопрос и согласно нашим понятиям, и согласно предвоенным договоренностям.
Но нет, Россия не может поступиться принципами и этот ультиматум отвергает. Результат - Берлинский конгресс. Где Австро-Венгрия получила право на оккупацию Боснии и Герцеговины. Причем, согласны с этим все страны-подписанты.
Еще раз - начни Австро-Венгрия войну за Боснию и Герцоговину в 1874 году - против нее скорее всего образовалась бы коалиция держав, включая как минимум Италию, Англию, Сербию, возможно - и Россию с Турцией. Вена же сыграла вторым номером, и в 1878 году великие державы просто упрашивали ее забрать себе Боснию и Герцоговину.
Лично я считаю, что в тот момент на дипломатическом поле нас сделали просто вчистую. Оказалось, что русская армия своими жизнями и Россия своими золотыми рублями обеспечила Австро-Венгрии аннексию Боснии и Герцоговины.
И вишенка на торт. В отношении проливов Босфор и Дарданеллы конгресс подтвердил их режим, установленный Парижским договором 1856 года и Лондонской конвенцией 1871 года.
Как-то так.

 
 
 
George Rooke
31 May 2019 @ 10:57 am
Во первых, благодарю finnian_light за поправку, действительно князья перепутаны, в 1802—1806 Мурузи был господарем Молдавского княжества, а Ипсиланти - Валашского. Но хотел бы о другом. Я недаром привел ссылку на Вархэд, где название прям кричит - зачем мы воевали с Турцией? До Екатерины причины войн действительно ясны и понятны, вообще проблем нет. Понятно было, что Крымское ханство и Северный Кавказ, живущие набеговыми экономиками, по любому должны уйти, Боливар не вынесет двоих. Либо мы, либо они.
А вот дальше...
Давайте начну с цитаты, где выделю на мой взгляд самое интересное болдом. И. Дзюба, предлагая взглянуть на события Кавказской войны XIX в. через восприятие известных российских писателей-современников, отмечает обратную сторону проблемы присоединения к империи: «В европоцентрической модели цивилизации самобытная культура горцев, имевшая древние корни и традицию, представлялась бесперспективной, рудиментом патриархального состояния, обреченной уступить место принесенному извне прогрессу. Субъектом цивилизирования должна была стать Россия, и Пушкина тревожило лишь одно: чтобы способы цивилизирования были помягче... Лермонтову пришлось восстать против стойких предубеждений и представлений своего общества и своей офицерско-дворянской касты и представить Кавказ как арену исторической драмы, превращенный в грандиозную бойню, место удовлетворения тщеславий, высвобождения атавистических инстинктов, добычи чинов, орденов, пенсий, карьер, богатств... Лев Толстой снял экзото-романтизирующий визию Кавказа, дал в контексте мирообъясняю-щих поисков личности суровую реалистическую картину столкновения двух сил, стихийно-автохтонной и государственнонаправленной, жуткую конкретность уничтожения целого самобытного мира».
Собственно, тут причина двойственная.
1. Мы помним, как пришел к власти Александр I. Понятно, что заговорщики наверняка хотели им крутить/вертеть, и сделать из него опереточного правителя. Соответственно, как можно избавиться от "революционной ситуации" в столице? Да война! Война же! Тогда он уже не марионетка, а спаситель отечества, тем более, что коней на переправе не меняют.
Кстати, война со Швецией за Финляндию была начата по такому же принципу - после Тильзита "властитель слабый и лукавый" сильно опасался, что из загашников вынут табакерку, коей уконтрапупили его папашу. Выход был найден только в войне, "маленькой и победоносной".
Ради интереса посмотрите на реальную власть Александра I после 1815 года. То есть когда мир-дружба-жвачка, авторитет царя вроде непререкаемый, победитель Наполеона все-таки, а... заговоры плетутся на раз-два.
2. Как мы с вами говорили в теме о крепостном праве - 90% "класса паразитов" - у нас просто нищеброды с одной разваливающейся деревенькой. А денег хочется. И в люди тоже выбиться хочется. Самый простой вариант - война. На войне можно отличиться, попрет карьерный рост, денег дадут или земельки, все одно - выбиваемся в люди.
Так вот, на мой взгляд, война 1806-1812 года, так же как и война 1853 года (про 1829 мало знаю) - они не объясняются внешнеполитически ничем. Вообще ничем. Хотя эти причины есть, и они озвучиваются. Но вот реально, неужели можно предположить, что та же Крымская началась из-за ключей к Храму Христа Господня? Нет, конечно. Началась она из-за ввода русских войск в Дунайские Княжества. То есть хотели войны маленькой и победоносной, а получили....
И гораздо больше причины этих войн объясняются внутриполитической ситуацией в России и той вертикалью власти, которая сложилась.
Война 1877-1878 года здесь стоит особняком, но тут сразу можно сказать - австрийцы шикарны! Мастер-класс по дипломатии. Вообще, чем больше узнаю про этих парней из Тироля, тем больше восхищаюсь их сметке и рациональности.
Но об этом может быть в другой раз.

 
 
 
George Rooke
Я уже приводил как-то эту цитату из Пальмерстона:
Palmerston's criticism was indeed not lacking in fact:
"the Russian Government has always had two strings to its bow-moderate language and disinterested professions at Petersburg and at London; active aggression by its agents on the scene of operations. If the aggressions succeed locally, the Petersburg Government adopts them as a fait accompli which it did not intend, but cannot, in honour, recede from. If the local agents fail, they are disavowed and recalled, and the language previously held is appealed to as a proof that the agents have overstepped their instructions."

Ссылка на Letter to Clarendon, May 22, I853. E. Ashley, Life of Palmerstonz (1London, I876), II. 273.

Сама статья The Diplomatic Preliminaries of the Crimean War
Author(s): Bernadotte E. Schmitt.

И вспомнить ее меня заставила вот эта статья. Понимаете ли, в чем проблема...
Ладно, давайте поясню на примере.
Итак, что про начало очередной русско-турецкой войны пишет тот же Зайончковский? Читаем: "В начале XIX в. Россия, в составе коалиции европейских государств, увлечена была борьбой с Наполеоном. Как дальновидный и искусный политик, Наполеон стремился ослабить Россию, в которой видел самого опасного для себя противника, и прилагал все усилия, чтобы нарушить ее мирные отношения с Турцией. Блестящая аустерлицкая победа возвысила престиж Наполеона и поколебала политическое значение его врагов. Считая Россию ослабленной борьбой с Наполеоном, Турция в 1806 г. резко изменяет курс своей политики. Мечтая о возвращении Крыма и черноморских земель, Турция спешно готовится к новой войне с Россией, не скрывая уже своих явно враждебных замыслов. Император Александр I, увлеченный борьбой с Наполеоном, понимал всю несвоевременность для России новой войны с Турцией. Однако после безрезультатных попыток заставить Турцию исполнять свои обязательства, вытекавшие из ранее заключенных мирных договоров, Александр I должен был нарушить мир. Осенью 1806 г., спасая на Висле Пруссию от окончательного разгрома ее Наполеоном, Россия одновременно вынуждена была для защиты своих нарушенных интересов втянуться в долгую и упорную борьбу на южном фронте."
То есть что мы видим в данном фрагменте? Русские схватились на Наполеоном, проиграли несколько раз, и турки подлейше готовят удар в спину. И токмо ради спасения и обороны Отечества Российского царь Александр I начинает войну с Турцией.
Если же почитать, что было в реальности, то... очень некрасиво получается. По крайней мере реальная история вообще не соответствует изложенному. Итак, два княжества - Валахия и Молдавия. Валахию возглавляет князь Александр Мурузи, бывший драгоман Селима III. Настроен к Порте лояльно, проводит реформы, развивает производство, но... проблема в том что экономически Валахия тяготеет к Австрии, у местных бояр на Австрию завязан весь бизнес. В результате - восстания, жестко подавляемые Мурузи, недовольство, ожидание удара в спину от боярской верхушки.
Хочет объединения двух румынских княжеств под своим началом при протекторате Порты.
Молдавия, правитель - князь Константин Ипсиланти. Настроен строго прорусски и антифранцузски. Деньгами швыряется направо и налево, хочет объединения румынских княжеств под своим началом при протекторате России. Через Молдову русские агенты следуют в Сербию, Болгарию, Грецию, и т.д., где организуют схроны с оружием, входят в контакт с недовольными и т.д.
В общем, к 1805 году такой беспредел в Княжествах султану порядком надоел. И Ипсиланти лишают трона. Ипсиланти бежит в Питер, и в начале 1806 года возвращается к границам Молдавии при 20-тысячной русской армии.
Османы, чтобы не злить русских, убирают с поста князя Валахии и протурецки настроенного Мурузи, однако... Александр I предъявляет туркам ноту, где высказывает, что согласно положениям Ясского мира Порта не может назначать и снимать князей Молдавии и Валахии без согласования с Россией. И вводит войска в Молдавию, где сажает обратно на трон Ипсиланти.
Не кажется ли вам, что с учетом вышесказанного проблема не в нашей войне с Наполеоном и не в подлых турках, а... в абсолютно непонятной политике Александра I?

 
 
George Rooke
Текст этот был написан давно, просто валялся в загашнике с 2016 года. Иногда я его доставал, отряхивал от пыли, читал, и снова клал обратно на полочку, а вот сегодня решил выложить. Почему? Сейчас попробую объяснить.
Текст этот являлся ответом на вот этот пост remi_meisner Крепостники, нацисты и "непрерывность русской истории".
В свое время на этот ответ я хотел забить, но последнее время remi_meisner часто начал появляться у Гоблина и нести в массы "просвещение". И тут я понял, что время выложить текст пришло. Хотя бы в качестве "взгляда со стороны".

Итак, ответ:
По факту, главный призыв Господина Мейснера в данном скэтче - это призыв к началу гражданской войны.
Причем призывает подленько, в стиле попа Гапона. Почему? Да потому что ставить на гражданскую войну есть смысл, когда у класса/группы людей и т.п. есть хотя бы теоретический шанс выиграть. А в предлагаемой альтернативе у крестьянства шансов выиграть нет. Никаких.
Дело тут даже не в численности и не в администрации, а в том, что организация – настоящая организация – это прежде всего уровень образованности, который на 18030-40-е году у крестьянства вообще никакой. По оценкам военного ведомства Российской империи в Крымскую кое-как образованы были (то есть умели писать, читать, считать) были от 3 до 7% призывников. Вот вам реальный срез общества на конкретный период.
Соответственно, организации «крестьянской войны» хватит на что-то типа восстания Пугачева или Разина. Как они закончились – мы с вами знаем.
Кроме того, как известно, начать гражданскую войну несложно, а вот остановить гораздо сложнее. И постигнет ли или нет Мейснера судьба альтернативного Гапона, лично мне неинтересно, просто я знаю, что Гражданская война - это уничтожение не только управленческих связей, но и промышленности, сельского хозяйства и т.п., чего, честно говоря, хотелось бы избежать.
Ну а теперь немного о другом.
На мой взгляд главная проблема России во все времена - доктринерство. То есть мы выбрали одну доктрину, подходящую на данный момент, и держимся ее до последнего. Уже и ситуация изменилась, и доктрина себя исчерпала, но мы упорно держимся за эту доктрину, а любые попытки ее даже просто пересмотреть считаем антигосударственными. В качестве примера отлично подходит как раз крепостное право.
Да, в какой-то момент времени крепостное право помогло сплотить страну и просто увеличить свое население. Эта задача отмерла уже ко времени Екатерины II, поскольку то же Дикое Поле приходилось заселять через задницу - директивно переводя крестьян из одной местности в другую. По идее - вот самый тот момент для отмены крепостного права и восстановление свободы передвижения.
Но нет, у нас же доктрина, "мы не можем поступиться принципами", и в результате к царствованию Николая I уже ЛЮБОЕ решение грозит массовыми смертями, голодом, обрушением экономики и гражданской войной.
При этом 90% "класса паразитов" владеют одной развалившейся деревенькой, и сами по себе нищеброды, поэтому вынуждены служить на госслужбе, чтобы попытаться выбиться с люди. При «революции» (а вернее крестьянской войне) ударит вариант господина Мейснера прежде всего по ним, а не по владельцам многотысячных латифундий - тем как раз гораздо легче все перевести на капиталистические рельсы, ибо они - рыночнее.
Схема же - "все взять и поделить" - вообще не решает проблему товарного производства хлеба. Ибо помещичье хозяйство/колхоз/грандж - это своего рода аккумуляторы зерна, которые имеют запасы на голодный год, имеют излишки, которые можно продать, плюс - это платежеспособные организации, которые могут отдавать кредиты гораздо эффективнее, нежели куча частных лиц.
Именно поэтому я и писал не раз, что я бы на месте альтернативного Николая I/Александра II поступал по американскому образцу, сняв запрет на свободу передвижения, и предложив на неосвоенных землях чуть ли не по 50 десятин на человека и возможность безвозвратной ссуды при условии использования земли по назначению. Плюс - освобождение от налогов на пять лет.
Да, был бы бугурт, но здесь тем же помещикам пришлось бы улучшать условия труда и жизни крестьян, просто чтобы они остались у них, а не ушли на целину. То есть в этом варианте есть шанс обойтись без потрясений.
Господин же Мейснер предлагает сначала все разрушить, пролить реки крови, перераспределить собственность, а потом начать думать - что будем строить? Вот на Украине собственно это мы уже 5-й год в прямом эфире и видим, то есть Мейснер предлагает ровно украинский вариант.
А подумать на самом деле есть над чем.
Лично мое мнение, для меня люди определяются полезностью для государства/общества. Так вот, в случае революционных реформ главная проблема в том, кем заменить правящий класс. На 1830-40-е заменить этих самых "однодворцев" некем. Я бы с удовольствием поставил на их место хоть крестьянина, хоть рабочего, хоть нищего - но НЕТУ ни у одного, ни у второго, ни у третьего даже самого примитивного образования, которое ему поможет выполнять свои функции.
Если же говорить о революции, созревшей в недрах крестьянства, то тут начинает играть роль закон больших цифр – допустим, начали восстание крестьяне образованные, из этих самых образованных 3%, а как быть с бюрократией на местах? Нужны кладовщики, логисты, управленцы, и т.д., которые будут браться из 97% необразованных. С известным результатом.
Я знаю, что навлеку сейчас на себя еще кучу обвинений, но на тот момент наши крестьяне по уровню мышления - Шариковы, оперирующие самыми простейшими понятиями: "все взять и поделить", "хлебушка хошь? А ты станцуй" и т.д.
И вот эти люди будут проводить реформу или устраивать Революцию? Полноте! Их хватит только на бунт, который государство как организованная машина вполне подавит.
Если говорить не о виртуальной реальности господина Мейснера, а об исторической - то большевики оказались умнее. Во-первых, до них уже лет 70 занималось просвещением крестьянства государство и всякие народовольцы/эсеры. Во-вторых, к 1910-м значительной силой стал класс рабочих, их число к 1916 году достигло 4 миллионов человек. В третьих, большевики привлекли к себе на службу и часть спецов старой власти. К примеру, тот же генерал Слащев преподавал на Военных Курсах РККА, а ведь это по понятиям Мейснера - ВРАГ.
Возвращаясь же к ситуации 1830-40-х годов, получается что прежде аграрной реформы нужна была реформа управления, а перед ней – еще и реформа образования. А время уже упущено, причем упущено не Николаем, а его предшественниками. Не в плане, что можно уже и не начинать, а плане, что данные изменения уже произошли в Европах, и мы опять отстаем, находимся в роли догоняющего. Более того, в то же правление Екатерины из-за гораздо меньшего населения эти проблемы можно было совершить безболезненно, в 1830-40-е же приходится выбирать один из путей, на котором жертв будет меньше. То, что они будут - не обсуждается в принципе.
И да, я еще раз говорю - революцию легко начать, но тяжело закончить. Вряд ли Генеральные Штаты, требовавшие равенства сословий, думали, что все выродится сначала в якобинский террор, а потом в империю Наполеона. Вряд ли господа Гучков и Родзянко, смещая царя, думали, что очищают дорогу большевикам и эсерам. И так далее, вплоть до сегодняшней Украины.
То, что Мейснер называет классовой солидарностью/нехваткой яиц у Николая - это трезвый взгляд на ситуацию, и мучительные попытки выхода из нее человека, который вообще царем стал случайно и к этому делу не готовился.
И еще немного о рассуждениях данного товарища, который уже полюбился на довольно популярных ютуб-каналах. По факту Мейснер предлагает предлагает решить проблему перенаселения гражданской войной - то есть поубиваем в гражданской войне кучу народу - выжившим жить получше станет на какое-то время. Это я называю самой примитивной логикой.
А теперь о логике непримитивной. Опять постараюсь изложить просто. Крестьянам, коли их освобождают от крепостного состояния, надо что-то предложить. Промышленности у России на 1830-40-е почти нет, соответственно туда такой массе народа пойти не получится. Европейская часть России перенаселена, значит начнутся самозахваты, поджоги тех же крестьянских хозяйств и т.п., короче "война все против всех". Остается третий вариант - свободные земли. Вот на этом и был смысл сосредоточить усилия.
Власть же у нас, как и всегда (как и сейчас), просто слилась, решив оставить решение насущных проблем «на потом», а «потом» сделала реформу, больше похожую на один из 40 способов Остапа Бендера по отъему денег у населения, ну что-то типа перехода на онлайн-кассы, когда сначала говорили, что вообще будет бесплатная программка на андроиде или иосе, которая на любом мобильнике работает, а потом оказалось, что надо покупать онлайн-кассу, фискальный регистратор, фискальный накопитель, и т.д., то есть получилось обязательное впаривание всякой фигни под угрозой штрафов и административной ответственности. Просто кто-то решил заработать до хрена денег.
Так вот, деньги, полученные от крестьянской реформы, просто… прое…. Все как обычно.


Tags:
 
 
 
George Rooke
Вообще, пребывание Осуны на посту вице-короля Неаполя - это сгусток не только жарких боев, но и дипломатических интриг, которые заткнут за пояс любые фэнтази и исторические сериалы.
Начнем, наверное, с повторения уже когда-то изложенного. Во Фландрии Осуна проштудировал и изучил устройство английского флота, и на Средиземноморье прибыл с твердым убеждением, что господство на море обеспечивают не галеры, а парусные корабли. Понятно, что с его прибытием в Неаполь были заложены сразу несколько галеонов, но когда они еще построятся?... Поэтому осенью 1617 года в Англию был послан купец Александр Роуз с 12 тысячами марок, с задачей нанять 4 или 6 галеонов в Голландии или Англии, которые должны были прибыть в Неаполь (для маскировки) с грузом сушеной рыбы, а далее - вооружены и приняты в состав неаполитанского флота.
Венецианцы, узнав об этом, немедленно отправили своих представителей в Лондон и Гаагу с задачей приложить все усилия, чтобы этот план не был реализован. Посол Венеции во Франции Контарини, прибыв в Лондон, сказал королю Якову, что Венеция бы не поняла, если бы Яков разрешил своим подданным участвовать в подобных делах. В результате Роуз, уже прибывший в Англию, был вызван на Большой Совет и тщательно допрошен. Хотя он сохранил в тайне, что капитаны нанимаемых им судов должны были впоследствии служить Осуне, король, явно что-то подозревая, собрал всех судовладельцев Лондона и Плимута из заставил их поклясться, что они не будут служить в испанском флоте. Король, по совету Контарини, так же предупредил купцов не посылать свои корабли в Неаполь, так как они там могут быть захвачены и взяты на испанскую службу.
Когда в феврале 1618 года Роуз вернулся, Осуна был страшно разочарован. Он попытался действовать через другого английского купца, Гарсета, которому выделил деньги на найм - страшно сказать! - 40 парусных кораблей. Однако Гарсет был пойман в Плимуте, препровожден в Лондон и там казнен, а деньги его конфисковали. Такая суровая мера отпугнула всех английских коммерсантов от возможных выгод сотрудничества с Неаполем, и до конца 1618 года ни один английский корабль не появлялся в итальянских портах. Осуне лишь удалось захватить два мелких английских и три голландских судна, которые были перевооружены и вошли в состав неаполитанского флота.
Понятно, что даже такое количество парусников вызвало резкое осложнение отношений с Венецией, и в результате испанские корабли оказались запертыми в Мессине, тогда как берберийский пират-ренегат Сансон грабил побережье Калабрии фактически безнаказанно.
Что касается Венеции. Уже весной 1617 года она наняла 3200 голландцев и англичан для защиты под командованием Йохана Эрнеста Нассауского. Но... венецианцы решили в какой-то момент сэкономить на наемниках, и начали задерживать им жалование. В результате в январе 1618 года чуть не возник бунт, который был подавлен, а в марте часть наемников пополнила ряды заговорщиков Жака Пьера (см. прошлый пост). Там не менее, ситуация с деньгами у наемников не улучшилась, процветали грабежи, дуэли и полный разброд и шатание.
На море венецианцы, не удовлетворившись своими силами наняли английские и голландские суда (7 английских и 12 голландских кораблей), которые 27 июня прибыли на Корфу. Прибытие этих эскадр сделало Венецию доминирующей силой на Средиземноморье, но... ненадолго. Причиной опять стал денежный вопрос. Венецианцы платили и меньше оговоренного, и не в срок. В результате, примерно 8 кораблей... переманил на свою службу Осуна, который четко выполнял свои обязательства и платил как в элитном банке - день в день. Еще два корабля ушли к пиратам, в Тунис, где нанялись на службу мусульманам. Таким образом, уже к августу 1618 года господство на море перешло к Осуне, что заставило Венецию в январе 1619 подписать с англичанами договор о найме еще 5 английских судов, чтобы как-то противостоять испанцам.
Король Яков, однако, не хотел ссориться ни с Венецией, ни с Испанией. И он ответил отказом.
Был и еще один момент. Вообще ренессанс испанского флота вызвал в Англии неприкрытую тревогу. На начало 1618 года в действующем флоте у англичан оставалось только 6 кораблей - 2 в Дувре, 2 в Плимуте, 2 в Шотландии (Ньюкасл-эпон-Тайн). Офицеры и матросы имели трехгодовую задолженность по зарплате, что вызвало бунт в феврале 1618 года. Остальные корабли (24 единицы), стоящие в Медуэе, просто сгнили.
В общем, Англия начала судорожное корабельное строительство. Испанцы, узнав о такой реакции англичан, отказались от усиления эскадр в Ла-Корунье и Сантандере, и сообщили, что увеличивают численность только средиземноморского флота, понятно дело, что для борьбы с пиратами. Даже пригласили англичан в совместную "охоту за головами", однако те отказались. Причина проста - началась англо-голландская торговая конкуренция, а конкурентные войны выигрываются с пушками гораздо лучше, чем в честной борьбе. Ну и после убийства Кончито Кончини начались до кучи сложности с Францией. Дошло даже до того, что губернатор Нормандских островов получил приказ вооружить все корабли и быть готовым к началу каперской войны против соседей.

В общем, эта вялотекущая война "всех против всех" стала прологом Тридцатилетней войны.

 
 
George Rooke
Те, кто читали мои записи по Николаю I, знаю, что царь пытался бороться с коррупцией, но большей частью безуспешно. Причина тут была комплексной (внимание, количество параллелей с нашим временем зашкаливает, особо впечатлительным не читать).
1. Рост чиновничьего аппарата сильно понизил зарплаты чиновников. Так, в каком-нибудь селе или малом городе стандартная зарплата того же исправника составляла 120 рублей в год. Ассигнациями. Зарплата кучера в среднем городе - 401 руб. Писец при министерстве иностранных дел получал почти как кучер - 375 рублей в год. Понятно, что тут два варианта - либо работать на двух работах, либо... воровать.
2. Коррупционные схемы были отлажены донельзя. Вот что например застал Канкрин, став министром финансов: «Новый министр начал с очищения своего ведомства от накопившихся осадков прежнего времени: лихоимства и злоупотреблений. Удаление недостойных чиновников и несколько примеров строгого наказания показали служащим по министерству, что благое гурьевское время миновало безвозвратно. Казенное управление питейным сбором заменено отдаваемым с публичных торгов откупом, и весьма значительное увеличение вследствие этой меры казенного дохода наглядно обнаружило, какие по этой части практиковались злоупотребления. Словом, благодаря Канкрину финансовое дело в России, обеспеченное по возможности от прежнего систематического грабежа».
3. Совершенная непонятка с наказаниями коррупционеров. Лишь с 1845 году было принято уложение о Наказаниях, где воровство делилось на два пункта: а) Мздоимство - это получение какого-либо преимущества путем своего служебного положения и законных действий. И б)- Лихоимство - обогащение путем незаконных действий. В Своде законов Российской империи 372 статья 6 главы 5 раздела 15 тома «О мздоимстве и лихоимстве» гласила, что если тот, кто состоит на службе примет денежную взятку, за какое-либо действие или бездействие по службе, и не вернет этот подарок не более чем через три дня, то с него могли взыскать сумму равную двум полученным взяткам. Также не допускалось и принятие взяток, через кого-то другого. Дети, жены и другие родственники чиновника тоже не могли принимать такие подарки. Лихоимство уже было уголовной статьей со всеми вытекающими - то есть отрешение от должности, взятие под арест, и т.п. Но еще раз - это все начало действовать с 1845 года.
Ну а теперь вопрос. Понятно, что взятки со сцены не сошли, и вообще, традиционно считалось, что если проситель преподносит подарок - это законно. Чиновник имел два варианта - принять подарок или отказаться. Но 99,9% чиновников конечно же не отказывались. Почему?
ЗЫ: там было твердое обоснование, выдвинутое еще губернатором Сибири Пестелем и заявленное им перед ревизорами Сената, и которое сенаторы приняли как смягчающее обстоятельство. Так вот, почему от добровольно поднесенного подарка чиновник не может отказаться?

ОТВЕТ: Правильно ответил chieftain_yu. Чиновник не мог отказаться от добровольно подносимого подарка, потому что это было бы невежливо, НЕ-ВЕЖ-ЛИ-ВО, СУКА!!!! Впервые это заявил Пестель Сенатской комиссии, когда его в коррупции обвинять стали. Мол, как я от подношений откажусь, это же невежливо. Сенаторы подумали, и... согласились)
 
 
 
George Rooke

Сразу говорю, что эти (и предыдущие) описания взяты из работы "El Gran Duque de Osuna y su marina" Сезарео Фернандеса Дуро.

О Франсиско де Рибейре я уже немного писал. Вообще это был сын дворянина, чей отец умер, когда ребенку было 4 года. Соответственно оплачивать его обучение оказалось некому и нечем. И парень выбрал военную карьеру. Как у всякого настоящего толедца, характер его был просто взрывным, и естественно, что это принесло неприятности. В Кадисе, будучи сержантом морской пехоты, он крупно поспорил со своим капитаном, вызвал на дуэль и убил. Понятно, что пришлось бежать. Он бежал на Сицилию, где попросился на службу к герцогу Осуне.
На дворе 1615 год, Осуна только что стал вице-королем Сицилии, проблем у него выше крыши, но самая главная - это непрекращающиеся набеги турецких и берберийских пиратов. Галер у Осуны всего 9 штук, и чтобы создать хоть какой-то вменяемый флот, он обратился за помощью к Мальтискому ордену и Флорентийской республике. Вместе они смогли выставить в море 22 галеры, которые под началом дона Педро де Лейвы захватили у побережья Италии 11 карамузалей (caramuzales) и галеру-капитану турка Асана Мариоля. Все бы ничего, но в этот момент появились на горизонте пиратские  берберийские галеры и корабли. В самый неудобный момент, когда строя как такового нет, только что прошел бой, непонятки, что делать с призами... На счастье испанцев с другой стороны вдруг появились паруса испанского галеона - небольшого, 36-пушечного. Это и был галеон де Рибейры, которому доверили командование спешно переделанным торговым судном. Из-за спешки команду полностью набрать не успели - в результате под командованием бравого капитана было всего 120 мушкетеров и 80 моряков. У тунисских пиратов же было два парусных судна - 40-пушечное и 36-пушечное, на каждом не менее 300 корсаров. Понятно, что на галеры тунисцы забили, и решили сначала разобраться с парусником, тем более, как казалось, проблемы он не представлял.
Тем не менее бой длился 5 часов, команда Рибейры отбила 6 попыток абордажа, крутясь волчком, начало темнеть, и Рибейра... приказал зажечь топовые и бортовые огни, приглашая тунисцев на еще один абордаж - мол, мы готовы, парни, ждем вас. Корсары, уж на что с сорванной башней, покрутили у виска и решили, что с таким психом воевать не будут. Есть цели и полегче, да и побогаче.
Де Рибейра же взял путь... в Тунис. И дальше начался сюр. В лучах заходящего солнца расчеты береговых батарей не смогли сразу определить, что за судно входит на рейд. Когда корабль приблизился - стал хорошо виден испанский флаг и вымпел герцога Осуны. Берберийцы сначала просто охренели от такой наглости. Меж тем Рибейра вошел в бухту, и начал неторопливо топить там пиратские корабли - сначала сбросили "зажигалку" на 18-пушечную шебеку, потом обстреляли и сожгли 20-пушечного капера. Батареи начали торопливый и неприцельный огонь по испанцу, тот вздрагивал от попаданий, но берегу не отвечал, сосредоточено топя корабли в гавани. Вот двумя залпами под ватерлинию потоплен 37-пушечная фрегата, 19 фламандских судов, стоявших в гавани под арестом, были освобождены, призовыми командами там открыли люки (команды были заперты в трюмах), и вышедшие на волю команды стали торопливо ставить паруса. И далее Рибейра вместе с освобожденными судами и с тремя мелкими призами, которые смог увести, стал уходить к Италии. После боя на его галеоне насчитали 42 попадания. Потери от обоих акций составили 12 человек убитыми и 17 раненными.
Осуна был в восторге, и обратился к королю и Совету с просьбой дать Рибейре звание капитана. Ответ был холодным душем: поскольку Рибейре предписывалось крейсировать в домашних водах, а он нарушил приказ и проследовал с акцией в Тунис, король отказывается награждать моряка, признавая, однако, его смелость, "потому что храбрость поступка уравновешивается нарушением приказа". Осуна, которому нужен был флот, и который создавал этот флот, решил ответ короля проигнорировать. И в 1616 году де Рибейра стал капитаном.

 
 
 
George Rooke
Полностью статья тут: https://warspot.ru/14708-krymskaya-voyna-azovskiy-razgrom

25 мая 1855 года англо-французская флотилия вошла в Азовское море. Теоретически на море им должна была противостоять флотилия русских пароходов контр-адмирала Вульфа, только что прибывшая в Бердянск из Керчи. Однако… Вульф предпочёл сжечь и затопить суда, оправдывая свой поступок тем, что они слабо вооружены. Заметим, можно было перебросить пароходы под защиту пушек Арабатской крепости, уйти к заливу Сиваш или в гирло Дона в надежде на перевооружение и последующее противостояние с противником. Но у страха глаза велики. Вульф сжёг и взорвал последние корабли, поэтому англичане и французы в одночасье обрели господство на Азовском море. А дальше началось избиение младенцев. 27 мая пароходы союзников вошли на рейд Бердянска, где методично сожгли все парусные русские корабли, уничтожили склады, устроили пожары в зерно- и рыбохранилищах. Проблема заключалась в том, что у Бердянска не было артиллерии вообще — так же, как и войск. Жителям города оставалось только безучастно смотреть на уничтожение имущества.
28 мая союзники появились под стенами Арабатской крепости. Её вооружение состояло из десяти 24-фунтовых орудий. Для суперновейших пароходов даже такая устаревшая по всем меркам крепость оказалась крепким орешком. Результатом полуторачасовой перестрелки с русскими стали два сорванных со станков орудия крепости и… уход союзников подальше. Когда вокруг много беззащитных лакомых целей, зачем рисковать жизнью в борьбе с вооружённым противником? Тем более два русских ядра попали во французский «Люсифер», а одно — в «Медину», что здорово остудило пыл моряков.
В тот же день союзники подошли к Геническу, где методично уничтожили до 48 русских торговых кораблей, а 29 мая начали обстреливать город ракетами и 24-фунтовыми пушками, установленными на баркасы. Ситуация повторилась. Геническу отвечать на стрельбу союзников было нечем: из артиллерии здесь имелось только шесть 3-фунтовых фальконетов с дальностью стрельбы в 600–700 ярдов (550–640 м). Возглавлявший местный гарнизон Михаил Борисович Лобанов-Ростовский приказал войскам отступить от города. Высадившиеся на берег десантные партии дожгли всё, что не смогли уничтожить пушки и ракеты.

 
 
 
George Rooke
Вообще герцог Осуна - мой любимый исторический персонаж. Иногда даже кажется, что я его обожаю больше чем Турвилля. И есть за что. Вот вам пример. Итак, в 1611 году он был назначен вице-королем Сицилии. На тот момент в Сицилии творилась полная жё-па - финансовый кризис, деградация производства, и т.д. что отразилось на сицилийских армии и флоте - для защиты острова от турок и берберийских пиратов осталось ровно 9 галер. Проблема была даже не в самих кораблях, а в гребцах, которых просто не было. Что делает Осуна?
Это прекрасно! Он организовывает турнир по... прыжкам в высоту. Кто берет первую высоту - приз - дублон. Вторую высоту - 4 дублона. Третью - 10 дублонов. Естественно народу было тьма, в соревновании участвовали пожалуй все жители Мессины. А теперь - внимание - действо. Естественно за призом сбежались все попрошайки Мессины - эти якобы хромые, слепые, одноногие и т.д., и все они регистрировались для участия. Поэтому сразу после турнира они были схвачены, осуждены за мошенничество (это как ты, хромой, взял первую высоту, если ты хромой? А как ты, слепой, вообще знал, куда бежать, если ты слепой?) и... получили по дублону (за участие в соревнованиях) и по 10 лет на галерах! Бинго!
Кстати, примерно такое же он провернул и в Неаполе, когда стал его наместником в 1616 году. Пустил по городу повозки с серебряными реалами, которые просто стали разбрасывать на улицах. А всех якобы увечных, срочно излечившихся, чтобы поднять денежку, паковали в крытые повозки и отправляли на галеры. Но мы сейчас не об этом. Прибывший в Неаполь Осуна застал очень сложную политическую ситуацию. Дело в том, что Венеция к 1607 году отошла от традиционного союза с Испанией, и стала поддерживать Францию, особенно же дож вредил испанцам в Северной Италии, как раз там, где проходила "дорога жизни" во Фландрию. Неаполю же была нужна поддержка Венеции в борьбе против турок. И герцог начал действовать. Причем - чужими руками.
В Венецию приехал французский авантюрист Жак Пьер, который якобы раскрыл заговор против дожа, но на самом деле его задачей было совершить переворот в республике. Жак Пьер сумел втереться в доверие правительству Венеции, и в середине мая 1618 года чуть не произвел переворот. Помешал этому немного выпивший и разговорившийся в таверне французский солдат удачи Бальдассар Жювен. Потом уже, согласно показаниям Пьера, стали понятны масштабы предприятия - заговорщики в самой Венеции должны были убить дожа и большинство дворян, а герцог Осуна с флотом курсировал бы в это время по соседству, при этом имея легкие барки, специально построенные для перевозки солдат в лагуну. Далее должен был произойти классический захват города в испанском стиле.
Осуна доверил командование десантным соединением английскому авантюристу Роберту Эллиоту. Тот прибыл в Неаполь из Рима, где предлагал Папе галеас собственной разработки, который по уверениям англичанина, эффективно смог бы бороться с берберийскими пиратами на мелководьях.
Так вот, Эллиот, получив по начало 7 бригантин... решил забить на саму Венецию, а немножечко пограбить Венецианские владения в Истрии и поправить свое финансовое положение. Он сделал два рейда, с января по апрель 1618 года, а в начале мая вместо Венеции вообще пошел к Анконе, собирая призы. Добычи он взял на 60 тысяч дукатов, а к Венеции... просто не пошел. Узнав в Анконе о провале заговора. Заговорщики же, захваченные в Венеции, на суде заявили - если бы бригантины Эллиота прибыли вовремя - заговор бы увенчался громким успехом.
Кроме того, осуна смог вовлечь в заговор английского посла в Венеции Уоттона, который предоставил свои апартаменты для ввоза в Венецию авантюристов-иностранцев, которые должны были создать массовые беспорядки во время ежегодного карнавала. Среди них был один шотландский инженер (не знаю, возможно ли такое слово применить к XVII веку), который разработал взрывное устройство, которое должно было сработать при включении фонтана на площади Св. Марка.
30 мая 7 главных заговорщиков были казнены, испанский король открестился от заговора, так же как и герцог Осуна, сваливший все на авантюризм спятивших иностранцев, и формально он был прав - испанцев в заговоре не было. В результате военные действия сошли на нет, а венецианцы резко убавили свою активность в Северной Италии.

 
 
George Rooke
Дипломатическая. Стимпанковая. И очень смешная.
Итак, Россия объявила о пунктах Сан-Стефанского договора. Выше уже писал, что в Англии от этого был шок. Собрался кабинет министров, и начал думать думу - что делать-то будем в ответ? После трех часов обсуждения пришли к решению.
Вопрос - к какому?)))
И да, это трэш, ад, и угар, не ищите в нем смысла, но... решение было абсолютно в британских интересах))) Угадать будет сложно)))

Ответ: , Дизраэли предложил «издать декларацию, объявляющую чрезвычайную ситуацию и одновременно отправить экспедицию из Индии для захвата Кипра» (у Турции, естественно). 27 марта 1878 года.
Первым правильно ответил karbyt.
 
 
 
George Rooke
23 May 2019 @ 01:01 pm
Предыстория. Самый разгар русско-турецкой войны, Плевна полностью отрезана, и ясно, что падение ее произойдет вот вот. Ну и запись от 21 октября 1877 года.

"В британском кабинете министров целых шесть партий. Партия войны любой ценой: Харди, Меннэрс, Бич. Партия за объявление войны России, если она дойдет до Константинополя: Кросс, Смит, Кернс. Партия, которая не против занятия русским Константинополя, но за войну, если они оттуда не уйдут: лорд Солсбери. Партия, поддерживающая русскую вечеринку в храме Св. Софии: лорд Карнавон. Партия мира любой ценой: лорд Дерби. И партия, которая примиряет все эти партии: королева и Дизраэли". Оставался еще один член кабинета - Норкот, но там Диззи записал: "этот, полагаю, еще не определился".
Ах да, еще одна запись, и она прекрасна. 4 декабря 1877 года, это уже Дерби: "Оккупация Константинополя русскими не повод для страха, нас она приведет лишь к мелким неприятностям в виде увеличения военного бюджета."
Самое прекрасное произошло 7 февраля 1878 года. В "Морнинг Пост" была опубликована передовица, что русские вышли на окраины Константинополя и турецкая столица захвачена. Началась паника, королева "послала Дерби несколько телеграмм, бессвязных и нервных". Британский кабинет министров послал по телеграфу Франции официальный запрос с предложением послать флот к Проливам, и тут... отлично сработал Бисмарк. Канцлер вызвал французского посла и сообщил ему, что при любом движении французского флота из баз он введет войска в Бельгию и пройдет маршем по Пикардии и Нормандии. Поэтому ответ французского правительства британцам был крайне нервным, смысл его: "разбирайтесь сами и нас в это дерьмо не вмешивайте".

 
 
George Rooke
Четыре великих компании итальянских купцов были разорены в результате сделок с английскими королями - Риккарди из Лукки при Эдуарде I, Фрескобальди из Флоренции при Эдуарде II и Барди и Перуцци при Эдуарде III.
Две последние упомянутые компании выделили 73 500 фунтов стерлингов Эдуарду I и его преемнику, и, похоже, они выделили не меньше (если учесть их вклад в содержание королевской семьи), чем 359 600 фунтов стерлингов, для Эдуарда III. Это дает общий займ в размере не менее 433 000 фунтов стерлингов английской короне в период между 1290 и 1345 годами только купцами торговых компаний Барди и Перуцци (Флоренция).
Таким образом, есть серьезное основание для следующего заявления: отказ от своих обязательств Эдуардом III Английским "пожалуй основная, если не единственная причина заката одной из величайших республик - Флорентийской республики" ("se non fu fu allora la sola causa per cui decadde la prosperitÀ della repubblica di Firenze, ne fu certamente una delle maggiori") (Эдвард Рассел).

https://www.british-history.ac.uk/manchester-uni/london-lay-subsidy/1332/pp93-135

Это к вопросу о банках и возврате больших долгов.

 
 
 
George Rooke
21 May 2019 @ 02:31 pm
Я во многом согласен в фанатами ИП, которые считают, что финал сериала слили в унитаз, и предлагают различные трактовки, но вот с чем согласиться не могу - так это с демонизированием Железного Банка и с принятием каких-то там мер.
И вспомнилась тут вполне реальная история крупнейшего средневекового кидалова - это Эдуард III и ломбардцы. Если кратко - для ведения войны во Франции английский король назанимал у банкиров Барди, Перуцци и т.д. ни много ни мало - 400 тысяч фунтов стерлингов. Это реально дикая сумма, на тот момент весь бюджет Англии не превышал 150 тысяч фунтов. Расплачиваться король думал продажами шерсти во Фландрии. Деньги ему были нужны не столько для военных действий, сколько для субсидий союзникам - одному Льву Баварскому он дал на лапу 30 тысяч фунтов.
В общем, чтобы расплатиться с долгами, король начал "гнать план", просто завалив Фландрию шерстью. Понятно, что наплыв товара сказался на цене - тюк шерсти упал в стоимости с 6 фунтов сначала до 3-х, а потом и до 1 фунта 15 шиллингов. В общем, чем больше шерсти переправлялось через Канал - тем меньше денег в результате получал Эдуард.
Король пробовал было директивно назначить цены на шерсть, но рынок не обманешь - никто при избытке предложения по высокой цене шерсть покупать не хотел.
Естественно, банкиры были недовольны, и начали повышать процент по выплатам. С 3% сначала до 15, а потом и до 40%. Естественно, это Эдуарда взбесило, и в 1344 году он... отказался от выплат. Что привело немало итальянских банкирских домов к разорению.
И что? И... ничего. Никто войной из-за денег на Англию не пошел, никто на Эдуарда покушений не устроил. Просто теперь перестали давать в долг или давали под дикий процент (бельгийские купцы умудрились дать небольшой заем под 100% годовых, более того - еще смогли получить по нему выплаты). Вот и все.
Для тех, кому интересны подробности займов - есть смысл почитать вот эту статью на англицком:
https://www.persee.fr/doc/rbph_0035-0818_1967_num_45_4_2703
Ах да, итальянцы до сих пор скрупулезно считают, сколько им должна Англия - на 2016 год ее долг по этим долгам составляет сумму £ 43 750 656 753 571 000 000 000 000 000 000 000 000 000 000 000. Нехило, правда?)

 
 
 
George Rooke
20 May 2019 @ 01:33 pm

В комментариях на фейсбуке предложили классное продолжение.
Новый король построит башню, чтобы зырить по всем городам и весям, и выкует 9 колец, которые раздаст правителям Вестероса....

 
 
 
George Rooke
Итак, 1613 год, Мессина.
Турецкие корсары решили проделать трюк, так любимый нам по фильму "Хозяин Морей", и вошли с двумя замаскированными под торговые венецианские галерами, дабы высмотреть себе жертвы побогаче, и поймать их из порта на выходе. Дело в том, что у уже известного нам герцога Осуны в Константинополе и других краях Османской империи были информаторы, и он был заранее извещен о том, что готовится какая-то акция. Галеры начальника местного порта сразу же навели на подозрение, и он их высказал герцогу. Осуна решил лично посетить галеры и осмотреть их.
Собственно, ему пытались застить взор алмазами, пряностями и т.п., но герцог обратил внимание на два момента - 1) слишком много пушек; 2) хотя команда и говорила по итальянски, но с турецким акцентом, который невозможно было скрыть.
Вскоре к галерам был послан капитан морской пехоты Бискайи Иррисага, который попросил капитанов со своими людьми лично посетить герцога, чтобы обсудить понравившиеся ему товары. Понятно, что по приходе к Осуне все были немедленно арестованы. В тот же момент вся артиллерия порта была наведена на Q-ships, дабы они не могли даже шелохнуться. И начался разбор полетов. Пришлось даже задействовать орудия из практики инквизиции, о через несколько часов стало ясно, что это действительно корсары, которые нехило пограбили итальянское и испанское побережья. Обыск на галерах показал, что там было спрятано большое количество ручных бомб, оружия, и т.п. Два отступника - Азага и Эскандер - были повешены, остальные отправлены на галеры.
Но Осуне было понятно, что где-то недалеко от Мессины находится "группа поддержки", ведь две галеры прибыли в порт с чисто разведывательными целями. Ну и отрядил на поиски Алонсо де Пиментеля, капитана галер Неаполя. Застали 8 мусульманских галер около Эскилаче (это по ходу река, только я такой не нашел, понятно, что где-то в Калабрии), причем часть команду у них была высажена на берег. Капитана и альмиранте турок были взяты на абордаж, остальные галеры сдались. Турки на берегу кинулись в бега, но были перебиты десантными партиями. Призовые были сказочными - 20 тысяч золотых червонцев (cequíes de oro) плюс 22 тысячи реалов, награбленных у христианских торговцев.
Было освобождено 200 христиан и взято в плен 300 турок. 20 тысяч золотых дукатов - это 220 тысяч серебряных реалов (на тот момент золото к серебру относилось как 1 к 11). Из них 150 тысяч дукатов было долей короля. Но король оказался столь восхищен действиями Осуны и Пиментеля, что попросил поделить призовые между командами и Осуной. В результате Осуна получил 50 тыс. реалов, остальное разделили между собой Пиментель и его команды.

ЗЫ: тактика Q-ships тогда называлась "тактикой палочника".

 
 
George Rooke
19 May 2019 @ 08:57 pm
Не только в России и не только в XVIII веке власти собирали медь и церковные ценности, включая колокола, для переливки их в пушки и для оружейного производства вообще. Два примера.
Гражданская война в США. В 1862 году армия Конфедерации испытывала большие проблемы с ресурсами. Север устроил блокаду Юга, и дикси пришлось как-то выкручиваться. В июне Джефферсон Дэвис кинул клич: «Перелить колокола!» (melt the bells). Хотя южане не пустили на переплавку колокола, имевшие историческую или иную ценность, но Мемфис, Новый Орлеан, Ричмонд и многие города сдали колокольную медь на переливку в пушки. Не отставали от них и северяне: церкви в Цинциннати, Нью-Йорке, Фултоне, Питтсбурге и других городах добровольно жертвовали медь. Обе стороны, формируя «колокольные батареи», подчёркивали их происхождение, называя их «bells batterey». В наши дни многие 12-фунтовки из перелитых колоколов стоят в разных частях страны, например, в Эдентоне, штат Северная
Вторая мировая война, гитлеровская Германия. В дневнике Уильяма Ширера за 23 марта 1940 года записано: «Сегодня объявлено, что все церковные колокола, сделанные из бронзы, будут сняты и переплавлены для производства орудий. На следующей неделе начинается общенациональный сбор по домам всего имеющегося в наличии лома олова, никеля, бронзы и меди — металлов, которых Германии не хватает. Армия приказала сегодня всем владельцам грузовых автомобилей, которые находятся в бездействии в соответствии с запретом военного времени, а таких девяносто процентов, сдать аккумуляторы…».
Не лучше складывалось положение и на другой стороне. В Великобритании дефицит цветных металлов был настолько велик, что некоторые церковные колокола точно так же пошли на переплавку. С дверей снимались медные и оловянные ручки, срезались бронзовые решётки заборов и т. д.
Таким образом, изъятие церковных запасов бронзы и меди имело место не только при Петре I, но и до него, и после него. В этом не было никакой трагедии, и никто не объявлялся антихристом. Более того, Пётр скорее изымал запасы колокольной бронзы или колокольного лома, а не собственно колокола — не такой уж демонический поступок.

https://warspot.ru/14576-kolokola-v-pushki