?

Log in

No account? Create an account
George Rooke

Собственно объявляю новую подписку.
Приложение к Роял Неви почти готово, а я в деревенской тиши принялся за тот план, который давно вынашивал. История борьбы за господство на Балтике.
Начать решил с 1500-го года, с подыхающей Ганзы, и довести её до 1815 года, то есть до конца Наполеоновских войн. Здесь с одной стороны легче, чем с администрацией Роял Неви, ибо все давно осмысленно, с другой стороны уж очень обширный период. Тут и борьба Швеции за независимость, и первая осмысленная (правда, странно звучит?) морская политика у шведов, и ошибки Ивана Грозного, и мощные дядьки Густав-Адольф, и Карл Десятый Шведский, и попытки создания союза между Российским царством и Курляндским герцогством герцога Якоба, и Питер зе Грейт, и Голландия с Англией, и канцлер Остерман, который сделал революционный шаг в сфере торговли, и Екатерина, которая в дипломатии имела всех и вся, и романтик Павел, и, наконец Александр Первый. Эта тема думалась еще давно, когда писалось приложение по Северной войне к книге об Испанском наследстве.
Многие удивлялись, чего это я взялся последнее время за сельское хозяйство. Так вот на мой взгляд,  борьба за Балтику - это борьба за лес и зерно. Ибо лес и зерно - это основа стабильности любой страны  XVIII  века. Лес - это корабли и дома, зерно - это увеличение населения и возможность долговременных войн. Вот обо всем этом в том числе и поговорим. Конечно не забудем и столь милые моему сердцу сражения на море, ну и сушу тоже конечно осветим.
Все как обычно.

Ну и условия. Они те же, что и раньше: Сумма от 50 до 200 руб. Определяет только ваше материальное положение и ваше внутреннее понятие о стоимости данного продукта.
для пользователей Яндекс-денег - 41001691401218
Для пользователей WebMoney - R330116677295
Z598245991108
Для Qiwi - +79608497534
Если нужен будет кому-то PayPal - shannon1813@yandex.ru

Пиар акции приветствуется..))
Просьба ВСЕХ, кто участвует в предоплатном проекте, ОТМЕЧАТЬСЯ в этом посте.

Естественно, кто вкладывается сейчас - получит вкусное приложение. Все по традиции.

По времени. Я буду стараться, но думаю, что займет это не месяц, и не полгода. Все-таки многое надо написать и изложить максимально понятно.
Решать вам. Вы все понимаете, что без вас этот процесс сильно замедлится.
Просьба, всех, принимающих участие в проекте, либо оставлять сообщение здесь, либо писать в личку.



ЗЫ: для тех, кто хочет ознакомиться с первыми набросками:
Торговые войны
Ганза против Дании, тур второй

С уважением,
Сергей Махов.

 
 
George Rooke
20 September 2019 @ 11:25 am
Эскадрон гусар летучих: как французы голландский флот захватывали.

В сухом остатке получается: флот - был. Гусары - были. Даже захват был. Только не лихой кавалерийской атакой (вообще, удивляюсь, как никто не смеялся - гусары окружили вмерзшие корабли, и моряки, поняв бессмысленность сопротивления, сдались), а как обычно - переговорами и тайной дипломатией.
Такие дела.

 
 
 
George Rooke
Речь про кораблестроение.
В общем, навеяно тем, что русские корабли эпохи паруса ругают как недолговечные, ненадежные, и т.д.

Вообще дело выглядит примерно так. Те страны, которые испытывали проблемы с лесом, строили более качественные корабли, просто потому, что лес надо покупать. Понятно, что если ты не будешь делать кораблики из покупного леса качественно, то никаких денег не хватит на обновление парка кораблей.
В основной список таких стран входили Англия, Франция, Испания, Голландия. Сюда же можно записать и Геную с Венецией, у тех лес был как бы свой, а как бы и не свой, в прилегающих к колониям территориях. И его тоже приходилось покупать.
Особняком в этом списке стоит Швеция, которая вроде как экспортер древесины, но делала очень качественные и долгоиграющие корабли в ущерб снабжению и подготовке экипажей. Но это "особый шведский путь".
Второй путь - это путь стран, продающих древесину, то бишь - поставщиков древесины на мировом уровне. Это страны Германии, Польша, Россия, Дания (которая вместе с Норвегией), Турция, и, чуть позже, США.
Так вот, те страны, которые продавали древесину, чаще всего забивали на качество собственной постройки. Кто-то чуть больше (как мы и США), кто-то - чуть меньше (датчане). Но тем не менее. Просто потому что корабли в таких странах стоили дешевле, поскольку сама древесина была фактически дармовой. Это и был "особый русский путь" в кораблестроении.
Зачем делать дорогой корабль, который послужит 20 лет, когда за эти деньги можно построить 3 корабля, которые прослужат по 7 лет каждый?
Логика, думаю, понятна. И по идее - она всем хороша, кроме одного.
Как известно, крепость корабля проверяется в дальних плаваниях. А вот с ними на кораблях среднего и ниже среднего качества постройки была проблема. Ибо кораблик то рассчитан на каботаж, от порта к порту, вдоль бережка - если что-то сломалось - починим, не проблема. А вот в дальних плаваниях (Архипелажские экспедиции, действия совместно с англичанами против Голландии, кругосветные плавания, и т.д.) проблемы некачественной постройки вылезали в полный рост.
Как-то так.

 
 
George Rooke
Честно, не знаю, отгадает кто или нет, но как обычно - дам подсказку, ибо ответ на эту загадку нелогичный и очень смешной.

В общем, во время войны за Независимость голландская колония на Карибах Синт-Эстатиус стала настоящим офшором, где американцы, никем еще не признанные, сбывали все свои призы и товары. Благо, денег у голландцев всегда было до... хм.. колен. Первым американским кораблем, прибывшим на Синт-Эстатиус, стал "Андреа Дориа", причем он прибыл туда под американским флагом, при этом поприветствовал голландцев парадным залпом, и в ответ получил 11 приветственных выстрелов, тем самым голландцы де факто признали корабль как американский, и флаг - как реально существующий.
Естественно, англичан это просто взбесило. Адмирал Янг, командир британской Станции Подветренных островов, шесть недель осуществлял блокаду Синт-Эстатиуса, останавливая и проводя досмотр всех голландских судов. Но голландцы же тоже не палкой деланы - они просто перебивали лейблы на голландские, и товар из контрабандного сразу становился вполне законным и нейтральным.
В общем дело дошло аж до штатгальтера Нидерландов. Тот ссориться с Англией не хотел, и вызвал губернатора Синт-Эстатиуса де Граафа на родину для объяснений. Тем более, что часть контрабанды все-таки нашли.
Де Грааф прибыл пред светлы очи государя, и объяснил: да, может что-то и было, но я был недееспособен. Потому что меня замучила "морская болезнь" и склоки с женой, у которой по ходу ПМС затянулось, шо пипец. Поэтому....


Вот продолжите объяснение, да так, чтобы Грааф оказался ни при делах, все все поняли, отпустили, да еще и орден в нагрузку дали))))

ОТВЕТ: В общем, де Грааф сказал, что из-за "морской болезни" и постоянных скандалов с женой он отдал власть, пока не придет в себя,... жене. А бабы... ну вы знаете Ваше Величество, соображают туго, что делать - ни фига не знают, да и вообще власти хотят, а что с этой властью делать, как рулить - не в курсе. Кроме того - истерички долбанные. Вот и разгребай теперь за них.
Слова эти попали на благодатную почву, ибо жена штатгальтера Вильгельма V Вильгельмина Прусская тоже была бабой склочной, и вечно лезла куда не надо, в том числе - и в управление государством, чем бесила штатгальтера неимоверно, поэтому Вильгельм от такого аж растрогался, обнял де Граафа, расцеловал, положил ему премию "за моральные страдания", наградил орденом и отправил обратно губернаторствовать на Синт-Эстатиус.
 
 
 
George Rooke
18 September 2019 @ 11:02 am
Про Роберта Морриса я уже писал.
И что Особенно интересно - так это проследить изменение позиции Морриса по поводу каперства. Еще в 1776 году он был его ярым противником, называя каперов разбойниками, грабителями, отребьем. Однако далее англичане захватили несколько его судов (товарищ занимался грузоперевозками - табак поставлял в Англию, а рабов - в колонии). И уже через три месяца он пишет Джону Адамсу: «Вы знаете мое отношение к грабежу на море. Я решил изначально с ним не связываться, но не так давно я узнал, что несколько моих судов захвачены англичанами, меня лишили собственности, и теперь в глазах и Бога, и человека я имею право покарать тех, кто ограбил меня».
Tags:
 
 
 
George Rooke
Уже в 1776 году ставка на каперство уже начала приносить проблемы Тринадцати колониям. Так, Массачусетская ассамблея отмечала четыре пагубных последствия для колонии от каперских действий:

  1. Озабоченность вкладчиков в каперские предприятия и местных купцов в возможности снабжения каперов припасами и оружием, а так же выкупа у них призов.

  2. Под деятельность каперов было затребовано почти все вооружение, и в результате пушек, мушкетов и припасов не хватало ни армии, ни регулярному флоту.

  3. Большая привлекательность каперства для местных рыбаков создавала большие проблемы в комплектовании экипажей кораблей Континентального флота.

  4. То же самое происходило и с вербовкой в армию – туда люди просто не шли, в отличие от призывов арматоров послужить на каперских судах.

И уже в 1777 году Массачусетский Окружной суд наложил эмбарго на выдачу каперских патентов, покуда не будут полностью укомплектованы полки Континентальной армии.
В том же году против каперства выступили и знаменитые капитаны Континентального флота – Джон Поль Джонс и Айзек Хопкинс. Хопкинс говорил, что «около одной трети мужчин, имеющих опыт работы на кораблях, ушли в каперы». Он требовал от ассамблеи Род-Айленда наложить эмбарго на выдачу каперских патентов и отозвать уже имеющиеся, поскольку нужно укомплектовать прежде всего регулярный флот.
Джон Поль Джонс возмущенно отмечал: «даже некоторые из людей, назначенных правительством, чтобы вооружить новые фрегаты Континентального флота, настолько заинтересованы в каперской деятельности (поскольку получают от нее прибыль в свой карман), что закрывают глаза на некомплект экипажей и прямо сманивают моряков из регулярного флота на службу приватирам.
Фактически каперы – это авантюристы самого низкого пошиба, и я бы охарактеризовал их как людей с моралью грабителей с большой дороги. Как иначе сказать о них, когда на моих глазах они за выкуп отпустили плененных англичан на все четыре стороны, вместо того, чтобы обменять их на захваченных моряков американского флота?».
Кроме того, американские каперы не гнушались захватывать нейтральные, и даже… американские торговые суда, становясь на кривую дорожку настоящего пиратства. По идее, капер должны был остановить корабль, установить его национальную принадлежность, и далее действовать по инструкциям: нейтралов или своих отпустить, если же судно вражеское – произвести захват. На деле ушлые арматоры снабжали капитанов каперских кораблей фальшивыми бумагами, которые заполнялись уже после захвата, что позволяло какой-нибудь датский бриг выдать за английский со всеми вытекающими. Понятно, что рано или поздно призовой суд разберется, но деньги-то уже будут получены, и выплаты компенсаций станут проблемой правительства.
Массовые нарушения американцами морского права создала для Конгресса известные проблемы, особенно возмутили европейские страны действия шхуны «Феникс», которая в 1778 году захватила нейтральное португальское судно. Капитан рассуждал просто, ну да, Португалия не воюет с Америкой, но Португалия – союзник Англии, поэтому захват законен. Естественно, разразился скандал, однако груз и судно были уже проданы, а деньги разделены.
Именно поэтому в 1778 году было выпущено предписание, призывающее каперов уважать права нейтралов и нейтральных грузов.  Роберт Моррис, кстати - один из совладельцев «Феникса», писал капитану Уильяму Хуперу: «Во всех этих событиях я больше всего обеспокоен поведением наших каперов, которые демонстрируют больше привычки мавританских пиратов, чем христианского воздержания. Мы зафиксировали уже много случаев, которые по сути являются преступными и должны как минимум заслужить порицание и наказание за неправовые действия. Мы, в конце концов, должны доказать всему миру, что мы не собираемся заниматься грабежом и что мы не пираты или флибустьеры».

 
 
 
George Rooke
17 September 2019 @ 09:58 am
Наверное все заметили, что в ЖЖ я провожу последнее время меньше времени. Проблема и в навалившейся работе, и в новых проектах, и в том, что не так давно сломал руку, поэтому на время вся работа замерла.)
Поэтому тут будут просто ссылки на интересные (на мой взгляд) статьи, которые у меня недавно вышли. По возможности - без пересечения с ЖЖ, и с теми темами, которые я тут раскрывал полностью.

1. Немного провокационная тема о возможности возвращения парусников. Через нее раскрываются некоторые моменты плавания на парусных судах.
ПАРУСА ИЛИ ТУРБИНЫ: ВОЗМОЖНО ЛИ ВОЗВРАЩЕНИЕ ПАРУСНИКОВ

2. Конечно же Крымская, но эту тему я в ЖЖ не затрагивал. Очередной бардак у союзников.
КРЫМСКАЯ ВОЙНА: ВОСТОЧНЫЕ СТРАДАНИЯ ФРАНЦУЗОВ И АНГЛИЧАН

3. Две статьи про строительство ЖД в России перед Крымской. Вообще, как принимались решения, про мифы и рифы.
Раз.
«РЕЛЬСЫ, РЕЛЬСЫ, ШПАЛЫ, ШПАЛЫ»: КАК В РОССИИ ПОЯВИЛИСЬ ЖЕЛЕЗНЫЕ ДОРОГИ
Два.
«РЕЛЬСЫ, РЕЛЬСЫ, ШПАЛЫ, ШПАЛЫ»: ПРОБЛЕМЫ СТРОИТЕЛЬСТВА ЖЕЛЕЗНЫХ ДОРОГ В ЦАРСКОЙ РОССИИ

4. Конечно, не обошлось без парусов. И тема первая - обман противника.
ПОД ЧУЖИМ ФЛАГОМ: КАК НА ФЛОТЕ ОБМАНЫВАЛИ ПРОТИВНИКОВ

5. Карронады как залог победы. Начало.
БОИ ФРЕГАТОВ: «ФЛОРА» ПРОТИВ «НИМФЕ»

6. А тут я начал тему про фейлы англичан на море. Тема естественно будет состоять из нескольких частей, это просто начало. И тут, если возможно, я попросил бы Максима Нечитайлова прокомментировать. Особенно мне интересен бой под ла-Рошелью, ибо испанцы пишут, что это реально первый морской бой, где испанцы массово использовали пушки на кораблях. То есть налицо использование ноу-хау, против которого у Кости Сапрыкина, то бишь у английского флота, приема еще не было.
КРУПНЕЙШИЕ ПОРАЖЕНИЯ АНГЛИЙСКОГО ФЛОТА: ЗАБЫТАЯ СТОЛЕТНЯЯ ВОЙНА
 
 
George Rooke
Еще в 1773 году в колониях были организованы так называемые Комитеты по Связям (Committees of correspondence). Созданы они были организациями типа «Сыновей Свободы» и тому подобных, и изначально предполагались для координации активистов внутри штатов. Собственно, с решения Бостонского Комитета и началась американская революция, когда Сэмьюэл Адамс предложил устроить бойкот английских товаров и выкинуть за борт чай английской ОИК.
Комитеты эти были исключительно патриотическими, лоялистский элемент в них не допускался. Постепенно эти формирования прибрали к рукам реальную власть в колониях, плюс ко всему – формировали общественное мнение, установили слежку за активными роялистами и проводили работу по их дискредитации, контролировали работу провинциальных ассамблей. Это было настоящее теневое правительство, построенное взамен колониальной администрации.
В 1774 году начался процесс создания Инспекционных комитетов, которые занимались исключительно борьбой с контрреволюцией на местах. Они организовали на месте органы правопорядка, проводили революционный террор и внедряли элементы продразверстки. Таким образом, российская ВЧК имеет глубокие американские корни.


 
 
 
George Rooke
12 September 2019 @ 09:23 am

Еще одна цитата из Бисмарка

Тенденция проявлять заботу по поводу других наций и их национальных устремлений, даже если и может быть реализована, то только за счет собственного отечества.

Как-то так. Это из выступления в Парламенте в 1867-м. До очередной русско-турецкой войны 10 лет еще

 
 
George Rooke
10 September 2019 @ 10:11 pm

В копилку последствий и оценок Крымской войны.

 
 
 
George Rooke

Когда читаешь полностью, выглядит совершенно иначе.  

Германия смотрит не на либерализм (Бисмарк употребляет это слово в значении - словоблудие) Пруссии, а на ее силу: Бавария, Виртемберг, Баден могут заниматься либерализмом сколько угодно, но именно поэтому никто из них не сможет претендовать на роль Пруссии, а Пруссия должна наконец собрать все свои силы и удержать их под контролем в подходящий момент, который уже  несколько раз упускали; границы Пруссии, определенные по Венскому конгрессу,  на данный момент неактуальны , и решать эту проблему надо не речами или голосованиями,  - это большая ошибка 1848 и 1849 годов - великие вопросы времени решаются  железом  и кровью ". 

То есть Бисмарк говорит о том, что словами серьезные дела не решаются, нужны действия.

 
 
 
George Rooke
07 September 2019 @ 10:45 pm

Цитаты, которые часто приписывают Бисмарку.

1.
"Существует свое, особое провидение для пьяниц, дураков и Соединенных Штатов Америки."

Португальский дипломат аббат Хосе Каррейя да Серра. Кстати, был дипломатом в США до 1820 года.

2.
"Всякую революцию задумывают романтики, осуществляют фанатики, а пользуются ее плодами отпетые негодяи."

Томас Карлайл, британский публицист и мыслитель. Кстати, фраза сказана применительно к Французской революции.

 
 
 
George Rooke
06 September 2019 @ 08:27 pm

Из его же записок.

Воспоминания Бенкендорфа,1813-1814(отрывок)

Бреда, одна из самых сильных крепостей и ключ Голландии, не имела возможности обороняться: на стенах не было орудий, и сами укрепления находились в плохом состоянии.

Наполеон, владычествуя в Германии и перейдя через Неман, чтобы в Москве продиктовать мир, не заботился об укреплении крепостей Брабанта.

На рассвете, находясь на расстоянии пушечного выстрела от Горкума, я начал переправу на весьма различных по величине лодках. Река была широкой, а ветер — очень сильным; особенно нам трудно было справляться с лошадьми. К счастью, гарнизон крепости нас не беспокоил. Наконец, мы собрались на другом берегу. Нам предстояло еще миновать место, защищенное орудиями Вудрихемской крепости, расположенной на левом берегу Вааля, почти напротив Горкума. Неприятель и не подумал преградить нам путь. Такой удачи мы никак не могли предвидеть.

Для многочисленного отряда и артиллерии не оставалось другой дороги, кроме Гертруйденберга — этого от природы очень сильного места и по сю сторону защищенного водами Бисботского залива. Однако я знал, что гарнизон был очень слаб и не готов к атаке. Генерал Сталь послал уже отряд казаков для наблюдения, а также офицера, чтобы потребовать от коменданта, бригадного генерала Лорсе, сдачи крепости.

В то время Генерал Лорсе прибыл с осмотра караула и при виде моего отряда подписал сдачу крепости, прося лишь о милости вернуться со своим слабым гарнизоном во Францию.

Я прошел только через Гертруйденберг, где вооружались голландцы, формируя новый гарнизон для защиты этой крепости. В тот же день, 1-го Декабря, я прибыл в Бреду.

Мы шли из Роттердама, не тратя на отдых ни одной минуты, и преодолели 11 миль за 36 часов, совершив три переправы через большие реки.

Я сразу же принялся за дело, пытаясь хотя бы немного исправить разрушения стен, что служили для доставки в крепость провианта и фуража. Я думал, как обеспечить войска порохом и артиллерией.

Полковник Чеченский сразу же был откомандирован с двумя полками казаков, чтобы попытаться усмирить Виллемштадский гарнизон. В Виллемштад Полковник прибыл к концу дня. Французы при виде наших войск так стремительно сели на суда, что оставили нам более 100 орудий, 52 канонерские лодки в полном вооружении и множество разной амуниции.

Взятие этой крепости открывало мне возможность защиты Бреды, но было еще важнее тем, что прибывшие английские войска могли сделать здесь высадку. Англичане находили Виллемштад удобным местом и хорошо защищенной гаванью.

Я отрядил эскадрон гусар и 100 казаков под командой Майора Алферьева для занятия аванпостов до того, как будут высажены английские войска. Эскадрон Алферьева оставался в распоряжении Английского Генерала Грагама  до тех пор, пока последний не смог заменить его своей кавалерией.

Одновременно Майору Алферьеву поручено было наблюдение за Берген-Опцоомским гарнизоном.

Генералу Сталю приказано было подойти к Вествезелю и разослать свои отряды вплоть до Антверпена, куда только что прибыл Генерал Карно, чтобы принять начальство над этой важной крепостью.

Полковник Чеченский с полком бугских казаков расположился в Турнгуте.

А Прусский Майор Коломб, оставивший пехоту свою в Бреде и подкрепленный Капитаном Петерсоном со 100 гусарами и двумя сотнями казаков, получил приказание направить разъезды к Малину и Лувену.

Генерал Бюлов, узнав о взятии Бреды, Гертрудейнберга и Виллемштада, оставил Утрехт, блокировал Горкумскую крепость и, собрав все свои войска, направился к Бомелю.

Однако неприятель, опомнившийся от первого своего удивления и укрепленный войсками, быстро подходившими с разных сторон, соединил все свои силы. Матросы, находившиеся в Антверпене, снабжены были оружием и зачислены в воинские отряды. Самое деятельное участие в подготовке к бою принимал Генерал Карно. От Наполеона получен был приказ оттеснить русских за рубеж рек и любой ценой вновь захватить Бреду. От парижского курьера, попавшего ко мне в плен, я узнал то, чего так боялся.

Неприятель в числе 17 или 18 000, с отличной артиллерией, однако с малоопытными войсками, вышел из Антверпена.

Неприятель пошел на Вествезелъ и принудил Генерала Стали отступить.

Полковнику Чеченскому приказано было тревожить неприятеля на пути его, не оставляя дороги от Турнгута к Бреде.

Генерал Сталь получил приказ отступать медленно по дороге, по которой двигался неприятель. Для подкрепления я послал навстречу генералу два орудия конной артиллерии и эскадрон гусар; а чтобы его не принудили отступить в беспорядке к крепости Бреда, батальон 2-го егерского полка расположился в незаметном месте, вне крепости, таким образом давая возможность в случае нужды собраться кавалерии.

Удачные распоряжения Генерала Сталя сделали излишней эту предосторожность, и он, оспаривая каждый шаг у неприятеля, вошел в Бреду в полдень 7-го Декабря, в совершенном порядке и без малейшей потери.

Антверпенские ворота защищал Князь Жевахов. Его пешие гусары соперничали в отваге с нашей пехотой. Турнгутские ворота защищал Генерал Сталь и пруссаки под командованием Полковника Коломба.

Все были преисполнены удивительнейшею отвагою; на лицах была написана уверенность в успехе.

Я же бросился с резервом к Буале-Дюкским воротам, где атака казалась мне решающей. Место было достаточно открытым, и когда настал вечер, я выступил с тремя эскадронами гусар, отрядом казаков и четырьмя конными орудиями. Мы с ожесточением бросились на противника. Первой же атакой неприятель был отбит и поспешно отступил на довольно значительное расстояние.

Я прекратил преследование, опасаясь, как бы эта слишком легкая победа не таила в себе подвоха. Волей случая в тот самый момент от Князя Гагарина прибыл отряд казаков. С громкими криками казаки бросились в тыл французов. Французы решили, что я действую совместно с войсками Генерала Бюлова, и именно это обстоятельство заставило их так быстро отступать.

Вечером я зажег множество огней и расставил часовых так, что казалось, будто в лагере стояло целое войско.

В других местах приступ был отбит, и неприятель понес значительные потери.

К ночи огонь затих повсюду.

Во всех донесениях с позиций сообщалось, что в лагере французов стоит большой шум. Из-за густого утреннего тумана невозможно было различить позиции врага. В 8 часов я опустил мост и, несмотря на туман, продвинул вперед патрули.

Они и сообщили мне, что осаждающие покинули свои позиции и отошли от Бреды.

Радость от этого известия еще усиливалась тем, что у нас начинал кончаться фураж, а у жителей города — запас продовольствия.

Генерал Сталь получил приказ преследовать врага по Антверпенской дороге. Он мог это делать лишь до Вествезеля, где французы остановились и закрепились. Полковник Коломб с отрядом казаков пошел к Турнгуту.

На следующий день, 12 Декабря, — в день рождения Его Величества — на стенах Бреды мы отслужили благодарственный молебен.

Голландцы и Пруссаки, бывшие с нашими войсками, присутствовали на нашем богослужении и преклоняли колена.

Я просил англичан, Бюлова и голландцев прийти сменить меня, так как не мог смириться с тем, что должен пребывать лишь с гарнизоном крепости. Более того, Генерал Винценгероде посылал мне один за другим приказы о соединении с ним.

Он продвигался с войском к Рейну и хотел, чтобы мы встретились и перешли вместе через Рейн.

Наконец, после многих хлопот с моей стороны, 22-го числа меня сменили 2 английских, 2 прусских и 2 голландских батальона. Я откомандировал их в Бреду, а сам пустился в путь.

Чтобы обмануть неприятеля, я отправился в Тилбург, и ночью два моих казачьих полка атаковали неприятеля.

Через день я пошел в Бомель, где находились войска Генерала Бюлова, а оттуда — в Арнгейм и Эммерих, где я и должен был бы совершить переправу, а Генерал Винценгероде тем временем подошел бы к Дюссельдорфу. Льды несло с такой силой, что, несмотря на все наши усилия, невозможно было соорудить переправу. Я написал об этом Генералу. Генерал считал или же делал вид, что считает меня уклоняющимся от его распоряжений, и послал мне приказ передать командование в более опытные руки. Я не думал, что достоин этого унижения. Это была месть Генерала Винценгероде за мой удачный поход в Голландию, совершенный против его желания.

Утешением для меня послужила награда Владимирским орденом второй степени, которую мне прислал Император, орден Красного Орла высшей степени, дарованный мне Прусским Королем благодаря отчетам Генерала Бюлова, орден Меча высшей степени, который передал мне Шведский Принц. Самыми приятными подарками для меня были сабля от Регента Англии, шпага от Принца Оранского, Государя Голландии, и наградные трубы, переданные Тульскому и 2-му егерскому полкам. На трубах выгравированы были дата нашего прибытия в Амстердам и мое имя.

Со слезами расставался я со своим доблестным отрядом. Отряд не перешел Рейн в Эм-мерихе и направлен был в Дюссельдорф, куда я отправился совершенно один.

(РГВИА. Ф. ВУА. Д. 3376. Ч. II. Л. 85-114.) Перевод Татьяны Ильяшенко и Марии Тищенко. Французский текст этой части «Записок» печатается по нормам современной орфографии и пунктуации. Сохранены лишь написания некоторых слов с заглавных букв.

 
 
George Rooke
Тут на Вархэде статья вышла у Евгения Норина по поводу русских партизан в Заграничном походе: https://warhead.su/2019/09/05/letuchie-otryady-russkie-partizany-v-1813-godu
Просто хотелось бы добавить, тем более, что темы захвата Голландии Бенкендорфом (англичане это стыдливо называют русско-английским завоеванием Голландии) я уже касался: https://george-rooke.livejournal.com/508288.html
Наряд сил Бенкендорфа: авангардный отряд из трех так называемых «летучих корпусов» общей численностью 3500 человек, состоял из:
а) тульского пехотного полка (700 человек),
б) егерского батальона 2-го полка (400),
в) батальона Павлоградского гусарского полка (800 человек),
г) пяти казачьих полков (1600 человек) адъютанта Александра I, создателя сети агентов в Париже полковника графа Чернышева,
д) батарея конной артиллерии.
Отряд Бенкендорфа прошел 2 ноября 1813 года по реке Эйссел (Ассель; Йессель). Первая колонна напала на город Зволле (в русских отчетах того времени он назывался «Звол»), вторая (Центральная, где был сам Бенкендорф) действовала против Бентама и Девентера, в то время как третья должна была попытаться взять Дисбрсем (Disbursem).
Русские, помимо уничтожения живой силы противника, также распространяли среди местных жителей слухи о том, что «люди с Востока пришли дать вам свободу!». Донцы также выполняли активную разведку, в частности было обнаружено, что гарнизон Девентера состоит из 3000 французов, сама крепость хорошо укреплена и снабжена продовольствием и фуражом, и имеет значительное количество крепостной артиллерии.
Понимая, что этот орешек невозможно завоевать на ходу, российское командование решилось на определенные уловки. Так, будущий герой кампании по освобождению Нидерландов, командир башкирского полка майор князь Гагарин - награжденный орденом Святого Георгия IV степени за успешные кавалерийские набеги на позиции противника - получил приказ после пересечения реки - симулировать с противоположного берега яростную атаку на единственный мост, ведущий к крепости, как бы пытаясь ее захватить. В то же время Бенкендорф с основными силами должен был попытаться захватить город с неукрепленной стороны.
В 3 часа ночи российские небольшие силы бросились в атаку на мост, напротив местного речного порта. Но фактор неожиданности для них к тому времени был полностью утрачен, поэтому солдаты, потеряв несколько человек убитыми и ранеными, тихо отступили в темноту.
Зволле к концу 1812 года представлял собой плохо укрепленный форпост, гарнизон которого состоял из двух или трехсот кавалеристов. Зная это и стремясь избежать ненужных жертв среди гражданского населения, Бенкендорф приказал нескольким казакам из дивизии полковника Нарышкина принять все возможные меры, чтобы заманить врага за пределы стен крепости. Короче, выехало 50 застрельщиков, которые раззадорили французский гарнизон, тот выехал за пределы крепости наказать обидчиков, был отсечен от города, окружен и взят в плен. На плечах у остатка гарнизона русские ворвались в город и захватили его.
Именно в маленьком городке Зволле русского полководца ожидал голландский генерал граф Балтазар ван дер Платтен. Ван дер Платтен, по словам А.Х. Бенкендорфа, «принял все мои планы относительно Нидерландов, рассказал мне точную информацию о вражеских силах и настроениях своего народа».
В это же время с Бенкендорфом вступил в контакт и барон Корнелиус Рудольф Теодор Краайенхоф (1758-1840). После окончания Высшей школы в Хардевейке, обладая глубокими знаниями в области гуманитарных, естественных и технических наук, являясь автором монументального труда «Гидрографические и топографические описания Нидерландов», этот военный деятель и ученый, был стойким сторонником национальных традиций и монархистом, а также одним из главных инициаторов возведения на престол короля Нидерландов Виллема I. После того, как русские пришли в Голландию, он служил им, как гласит русская пословица, не за страх , а за совесть. «Он, как никто другой, знал свою страну. Наполеон повысил его до звания бригадного генерала (генерал-инженер) и назначил инспектором укреплений в Нидерландах. Человек с таким полным знанием Нидерландов, страны каналов, шлюзов и дамб, по мнению Наполеона, должен был служить ему одному, но Краайенхоф остался верен партии Оранских, которая возглавляла Патриотические силы Нидерландов к концу французской оккупации. Благодаря генералу Краайенхофу российское командование в Нидерландах не испытывало трудностей, получая необходимую информацию о гидротехнических сооружениях, дорогах и крепостях ».
Чтобы максимально использовать фактор внезапности и заставить голландцев выступить против своих угнетателей, было решено направить к стенам этого главного города войска из 200 - 250 казаков вместе с английскими кавалеристами из Ланкастершира (Англия, 200 человек примерно). Майор Павлоградского гусарского полка Марклаю было приказано «идти к месту назначения операции без остановки, избегая встреч с противником и не заботясь о флангах и случайных стычках». Молниеносно появившись перед Амстердамом «этот смелый и расчетливый офицер смог скрыть свое движение от врага, избегая всех дорог, и вошел в Амстердам 14 ноября. Народ, вдохновленный видом казаков, арестовал оставшихся в городе французов, и поднял знамя независимости».
Тем временем противник удвоил свою бдительность, сумев отступить к Утрехту (1800 солдат и офицеров дивизии генерала Габриэля Жана Жозефа Молитора ) и сосредоточить свои основные силы в достаточно хорошо укрепленных крепостях «Мюйден и Хельвиг под Амстердамом, почти у его ворот» (900 человек с 26 орудиями).
Бенкендорф, не подчиняясь приказам вышестоящего над ним генерала Винтцингероде относительно «не входить в Голландию из-за недостатка войск», решил действовать фланговым маневром. Оставив полковника Балабина в Зволле «присматривать за Девентером», он сам с небольшим отрядом пехоты перебрался ночью с 21 на 22 ноября 1813 года в Хардевик (Хардервейк), где должен был продолжить свой путь. На судах, предоставленных голландцами-лоялистами. Пройдя «шесть миль ужасной дороги» и достигнув назначенного пункта в ту же ночь, Бенкендорф, к своему удивлению, «обнаружил в порту Хардервейка лишь небольшое количество судов». Не желая, однако, отказаться от идеи освободить Амстердам самостоятельно, Александр Христофорович, отправив еще одну часть солдат его и без того небольшого отряда «в качестве подкрепления генералу Жевахову», и погрузил остальные 600 человек в имеющиеся лодки. Эта импровизированная флотилия подняла свои паруса в 23.00 22 ноября и, молясь Господу о благоприятном ветре, двинулась, ломая тонкий лед, по ответвлению Амстердамской бухты - Цюйдер-зее . Фортуна явно была на стороне русских, ибо они незаметно проскользнули под носом у расположенной поблизости французской эскадры «Тексель», командиром которой был фанатичный наполеонист, по происхождению голландец Шарль-Анри Верхуэлл (настоящее имя - Вернер) . «На рассвете 23 ноября [они] увидели колокольни Амстердама и в 8 утра вошли в порт».
Жители встретили эту кучку смелых людей с неописуемым энтузиазмом. Местный мэр, который сначала открыто перешел на российскую сторону, был в ужасе, узнав, что его освобождение от французов пришло отрядом из менее чем тысячи штыков. Прекрасно понимая, что Наполеон будет пытаться вернуть город под свой контроль, он, чтобы укрепить свой престиж, объявил, что 6000 россиян вошли в Амстердам, и обратились к народу с призывом взять в руки оружие, сформировать Национальную гвардию и, в случае попыток противника изменить ситуацию в их пользу, «чтобы они все погибли в битве за любимое отечество».
Позже Бенкендорф получил голландского короля клинок с выгравированной золотой надписью - «Амстердам и Бреда». И во многом из-за действий Бенкендорфа Анна Павловна потом стала королевой Нидерландов.
Ну а потом было совсем эпично. Понимая, что он виноват в том, потерял Амстердам, французский адмирал Верхуэлл делал все, чтобы сохранить свою базу - укрепленный форт Гальдер.
Чтобы изгнать врага из этой стратегической точки, русское командование направило уже опытного в голландских ситуациях майора Марклая с его казачьим отрядом, отличившимся ранее. Успешно маневрируя вдоль побережья, Марклай вскоре сумел все устроить так, что командующему флотом противника неоткуда было взять добыть еды для своих экипажей.
Понимая, что его моряки - большинство из них голландцы по национальности - были склонны к непослушанию даже в условиях нормального материального обеспечения, и что они могли поднять мятеж в случае нарушения регулярных поставок продовольствия, Верхуэлл подписал капитуляцию перед русскими. Согласно этим условиям, в обмен на разрешение «продолжать покупать у русских еду», адмирал был вынужден не только освободить Гальдер и оставить там русским 10 орудий, но и никогда не участвовать в сражениях со своими противниками.
Это реально единственный случай в истории, когда казаки захватили флот. Запорожцам остается только тихо выть на Луну.

По мотивам статьи Алексадра Машкина.

 
 
 
George Rooke
29 August 2019 @ 09:58 pm
Морские силы Швеции на бумаге составляли грозную силу – 17 линейных кораблей, 15 фрегатов, мощный галерный флот, всего 303 единицы. Но из-за проблем с финансированием шведы смогли вооружить к началу 1808 года только 11 линейных кораблей и 5 фрегатов, на большее не хватило денег.
Русский Балтийский флот на 1808 год – номинально 27 линкоров, но реально - 9 линейных кораблей, 7 фрегатов, 6 бомбардирских кораблей и 19 малых судов. Дело в том, что еще 10 кораблей Балтийского флота находились в Средиземном море, на Корфу, где воевали с турками. Гребная эскадра состояла из 11 плавучих батарей, 80 канонерских лодок, 55 иолов.
При этом русские имели на суше сил гораздо больше, чем их противники, и уже в начале войны добились крупного успеха: 14 марта 1808 года корпус Тучкова осадил Свеаборг, который после интенсивных бомбардировок сдался 14 мая вместе со всей шведско-финской гребной флотилией (119 судов). Еще раз подтвердилась максима для сухопутных держав: «лучшая военно-морская оборона своего побережья – это своя дивизия в порту противника».
Самыми драматичными были события 1809 года. Войска Багратиона в марте 1809 года заняли Аландские острова, где захватили остатки шведского галерного флота (более 100 кораблей), часть русских войск прошла по суше до Торнео и вторглась в Северную Швецию, а Барклай де Толли форсировал Ботнический залив по льду в Районе Умео.
В августе 1809 года шведы решили провести десантную операцию, высадив выше Умео большой десант (7.5 тыс. человек) с помощью флота. Тогда корпус генерала Каменского оказывался бы между двух огней, а с учетом того, что от русского флота помощи ждать не приходилось, еще и в окружении. Вообще, Русский флот не принимался в расчет. Отряд адмирала Йохана аф Пуке в составе 2 линейных кораблей (Kung Adolph Fredric и Försigtigheten), 1 фрегата (Jarramas), а также 52 малых судов различных типов отправились для операций в тылу врага. Маленькие корабли были взяты на буксир фрегатов и линкорами, чтобы увеличить скорость, и чтобы шведы могли добраться до точки высадки как можно быстрее.
17 августа десант прибыл в Ратан, недалеко от Умео и под покровом тумана высадка произошла удачно. В ночь с 17 на 18 августа капитан Норденшельд провел атаку, но застрял у моста через реку Умео, где русские установили сильные батареи. Начальник экспедиции Вахтмейстер, хотя и слышал канонаду боя, не отправил Норденшельду никакой подмоги. В результате последний вынужден был вернуться, а 19-го десант повергся атаке 6000 русских у Савара. Несмотря на то, что силы шведов были больше, они были сбиты с позиций и отступили к флоту.
20 августа произошел второй бой, Каменский напал не задумываясь. Но шведы комбинированным огнем сухопутной и корабельной артиллерии отразили их атаку с большими для русских потерями. Каменский потерял во время атаки больше половины людей - до 3200 убитыми и раненными.
После этого боя Каменский и Вахтмейстер встретились для переговоров. Российский генерал потребовал, чтобы шведы убрались из окрестностей Умео. Вахтмейстер, напуганный двумя кровопролитными боями, согласился посадить войска на корабли и уплыть до 22 августа. Каменский же обещал отвести войска обратно у Умео.
Каменский писал царю - "Состояние вверенных мне войск было критическим, и я сделал все от меня зависящее, чтобы спасти корпус. Хотя я должен согласиться с фактом, что грустно отступать после такой победы, но я прогнал врага, причем чуть ли не лично усадил их корабли".
Из-за неумелости и малодушия Вахтмейстера шведы потеряли самый реальный шанс нанести русским довольно жестокое поражение.
Это шведская версия событий. Русскую можно почитать вот здесь: http://adjudant.ru/rswar1808-09/nive13.htm
Особенно мне понравилась атака шведских канонерок по реке Умео. Цитата: " Вечером 6-го числа отряд шведских канонерок произвел опасное для нас покушение разрушить мост через реку Умео; если бы этот замысел удался,– корпус Каменского был бы на долгое время разрезан надвое и сосредоточить силы против десанта своевременно не смог бы... К счастью, противный ветер долго мешал канонеркам войти в устье реки, так что только в 5 часов вечера 6-го (18-го) числа оказалось возможным начать подыматься вверх по течению. В 10 часов вечера флотилия из 10 судов приблизилась к городу и открыла картечный огонь, но колонна ген.-м. Алексеева, проходившая в это время через Умео, не растерялась. Алексеев рассыпал по берегам реки своих егерей, открывших жестокий огонь по лодкам, а артиллерийский полковник Аргун (отличившийся в прошлом 1808 году под Свеаборгом) быстро установил под городом батареи, стрельба которых рассеяла окончательно шведские канонерки... "
Отбитие москитного флота егерями - это эпично до крайности.

 
 
George Rooke
27 August 2019 @ 03:07 pm
После рейда на Копенгаген в 1807 году Гамбье предлагал проделать такой же рейд на Кронштадт, но эта акция была отклонена британским правительством. Министр иностранных дел Англии Джордж Каннинг писал: «Мы, конечно, могли бы проделать подобное и с Россией, что, безусловно, унизило бы ее в глазах Европы… Но мы воздержимся от подобной акции с учетом определенных надежд на изменение российской политики в будущем. Хотя эти надежды и могут оказаться нереальными».
 
 
 
George Rooke
23 August 2019 @ 02:36 pm
В общем, началось все с вопроса - кто главнее, папа или вселенский собор?
Чтобы разрешить этот вопрос, в 1431 году в швейцарском Базеле собрали собор, задачей которого была борьба с ересью (гуситами) и воссоединение Западной и Восточной церквей. Понятно, что цели были абсолютно декларативные, и поэтому все выродилось в борьбу папы и республик за реальную власть. В 1439 году собор, прямо конкурировавший с папой Евгением IV, вообще его низложил, и избрал антипапу - герцога Амадея Савойского, который был переименован в Феликса V.
Понятно, что папе была нужна поддержка от кого-то, чтобы, если нужно, военной силой доказать свое право верховной власти. Пока же папа объявил собор в Базеле нелегитимным, и собрал новый, в Ферраре. Папа "был молод, ему нужны были деньги", и он решил для продолжения борьбы с конкурентами продать часть земель Папской области, а вернее - поселок городского типа Сансенполькро, за 25 тысяч дукатов. Ах да, еще одна причина для продажи - во время сражения при Ангиари к Соборной лиге присоединились примерно 2000 сансенполькровцев, поэтому папа решил продать неблагодарных своей союзнице, Флоренции. Ибо не фиг.
В общем, суть да дело, Флоренция и папа составили договор, но... ошиблись в границах продажи. Вернее, флорентийцы считали, что покупают все до реки Рио, а папа - что продает все до ручья Рио. И местность между ручьем Рио и рекой Рио (это примерно 2 км в длину, 500 метров в ширину) осталась без власти папы с одной стороны, и без власти Флоренции с другой стороны.
Жители, проживавшие на этой территории, объявили свою землю terra nullis (земля, которая никому не принадлежит) и провозгласили отдельную республику, Коспайю. Так возникла, наверное, самая необычная республика. В ней не было ни президента, ни парламента, не было вооруженных сил, полиции, сбора налогов. Был только совет старейшин и всё. Ах да, девиз республики - "Perpetua et firma libertas" (Жизнь и вечная свобода).
Самое смешное, что Совет Старейшин, покумекав, решил - а что? Самое милое дело в такой ситуации - зарабатывать. Сначала объявили Каспайю зоной свободной торговли. А потом, с 1574 года, стали разводить табак, жители в складчину закупили семена табака, и стали заниматься его разведением. Сначала сдавали его на обработку Флоренции, а потом стали сами сушить и продавать конечный продукт. Это была первая плантация табака в Италии.
А сама республика просуществовала до 1826 года, когда по решению третьих стран ее отдали Папской области. За это папа Лев XII разрешил жителям республики продолжать растить табак и сбывать его беспошлинно в землях Папы.
Как-то так.

 
 
 
George Rooke
Скорее дополнение к вот этим данным: https://warhead.su/2019/08/23/geroy-ili-neudachnik-zabytoe-porazhenie-nelsona

Гарнизоном (1700 человек, причем только 500 из них были испанскими солдатами, остальные – местные жители и завербованные матросы с французских кораблей «Лавери» и «Мютэн») в крепости Санта-Крус командовал Антонио Гутиерес де Отеро и Сантьяна, генерал лейтенант Испании. Командиром он оказался толковым – после ночного вторжения фрегатов противника в апреле все форты были отремонтированы, удвоено количество пушек (теперь их насчитывалась 91 единица), каждая пушечная амбразура была обложена мешками с землей.

Во время нападения Нельсона город защищали следующие укрепления:

-Замок Сан-Андрес. Командир - Лейтенант Франсиско Фео. 4 орудия 43 солдат.
-Кастильо де Пасо Альто. Командир - Капитан Висенте Росик. 16 орудий, 2 мортиры, 87 солдат.
-Крепость Сан-Мигель. Командир - Энсайн Хосе Марреро. 4 орудия, 27 солдат.
-Батарея Санта-Тереза. Командир - Кабо Мануэль Афонсо. 3 орудия, 12 солдат.
-Батарея Сантьяго. Сержант Хуан Евангелиста. 4 орудия, 14 солдат.
-Батарея Пилар. Сержант Франциско Каллерос, 3 орудия, 12 солдат.
-Батарея Сан-Антонио. Капитан Патрисио Мадан. 12 орудий, 30 солдат.
-Замок Сан-Педро. Капитан Франциско Тулоса. 5 орудий, 1 мортира, 30 солдат.
-Батарея у дока. Лейтенант Хоакин Руис. 7 орудий, 42 солдат.
-Крепость Сан-Кристобаль. Штаб Военного командования. 10 пушек, 35 солдат, лейтенант Франциско Гранди.
-Батарея Св. Непорочной Девы Марии. Капитан Клементе Фалькон. 7 орудий, 3 мортиры, 39 солдат.
-Батарея Сан-Тельмо. Капитан Себастьян Янес, 3 орудия, 16 солдат.
-Батарея Сан-Франциско. Лейтенант Доминго Пердомо. 4 орудия и 16 солдат.

Всего 91 артиллерийских орудие, но только 387 человек обслуживающего персонала.
Всего, включая сухопутные силы, у испанцев было 1669 человек:

Провинциальные охотники, 110 чел.
-Канарский пехотный батальон, 247 чел.
-бандеры Гаваны и Кубы, 60 чел.
-Милиция полков Оротава и Ла Лагуна, 330 чел.
-ветераны и ополченцы, 387 чел.
-Розадорес де ла Лагуна, 245 чел.
-моряки с французского фрегата Мютин, 110 чел
-испанские военные и гражданские моряки, 180 чел.

Из всего этого великолепия относительную ценность имел только Канарский пехотный батальон - это действительно нормальное соединение регулярной армии.
Самые прикольные - это розадорес, "вообще звери, им даже оружия не дают". Короче, на всех охотников ружей и мушкетов не хватило, так вот - часть из них вооружили, палашами, серпами и даже косами, ну и составили отдельный батальон поддержки рукопашного боя. Почти по Шаолиню)))
Вот примерно такие мачете они имели:
 
 
 
George Rooke
Выдержка из статьи Энгельса «Ход войны», опубликованной в «Нью-Йорк Трибьюн» 17 апреля 1855 г.: «Уменье быстро и правильно ориентироваться, оперативность, смелость и четкость в реализации замыслов, проявленные русскими инженерами при строительстве оборонительных линий вокруг Севастополя, постоянное внимание, направленное на защиту слабых мест обороны, как только их обнаруживал противник, великолепная организация системы огня, дающая возможность сосредоточить на любом участке фронта более сильный огонь, чем огонь противника, работы по сооружению второй, третьей и четвертой линий укреплений в тылу первой линии,— короче говоря, вся организация этой обороны была поставлена образцово. Сооружение за последнее время на Малаховом кургане и перед бастионом Корнилова выдвинутых вперед укреплений не имеет себе равных в истории осад и характеризует их организаторов как первоклассных специалистов в своей области. Справедливость требует добавить, что начальником инженерной службы в Севастополе является полковник Тотлебен, сравнительно мало известная фигура в русской армии».
Ну и реакция американцев.
После того, как в Америке узнали об отражении очередного штурма Севастополя 18 июня 1855 года, в Балтиморе была устроена иллюминация в честь русских. Политковский, один из директоров РАК, пишет: «Нельзя себе представить, как растет к нам участие в Америке. Американцы столь же радуются нашим успехам, как бы это касалось их самих, и нет конца насмешек над союзниками за их преждевременные хвастливые победы; теперь вопрос о Севастополе занимает всех более собственного дела. Все журналы твердят, что Россия есть единственная союзница Америки; указывают на те огромные торговые выгоды, которые Америка может извлечь из тесного союза с Россией, и так как журналы руководят здесь общественным мнением, то это не может остаться без благоприятных последствий».
Ах да, и еще один из мотивов, почему не срослось американское участие в Крымской. Короче, Север мечтал о захвате Канады (имея ввиду под ней провинции Квебек и Онтарио), тогда как Юг... короче, политики Юга требовали экспансии в Вест-Индию, и главной целью ее видели Кубу. Вторыми на очереди южане видели... Никарагуа. В общем, вперед к плантациям и рабам.)
Особенно меня поразили ирландцы - одна из организаций фениев "Нэшнл ИРА", в общем, летом 1855 года примерно 300 ирландцев из Кентукки, великолепных стрелков-охотников, заявились в русское посольство с просьбой разрешить им участвовать в обороне Севастополя и послать их на передний край обороны. Наш посол просто охренел, и, побоявшись даже спрашивать Алекса-два, отклонил их просьбу. А ведь ирландцы обещали поднять под знамена до 5000 человек. Кстати, ирландцы были большими любителями винтовок Шарпса (1848-1850), ну и по привычке фронтира были напичканы револьверами Кольта.

 
 
George Rooke
22 August 2019 @ 01:57 pm
Практическая польза парохода «Николай I» подтолкнула колониальное начальство к продолжению пароходостроения. С помощью опытного и усердного инженера Э. Мура в 1840 г. на Новоархангельской верфи был заложен маленький буксирный пароход «Мур», названный так в честь его строителя. На нем была установлена машина мощностью всего 8 л. с., целиком изготовленная в мастерских Новоар-хангельска под руководством американского инженера. По этому поводу ГП РАК в Петербурге с гордостью сообщало в своем официальном отчете: «Все принадлежности парохода, как корпус, так и машина, до последнего винта сделаны в Ситхе. Это может служить лучшим доказательством совершенства мастерских в колониях». Действительно, «Мур» стал первым пароходом, полностью построенным в Русской Америке, хотя, как и его предшественник, в реальности это был результат русско-американского сотрудничества. В основном «Мур» служил для сообщения с расположенным южнее Новоархангельска на том же острове Ситха Озерским редутом, где служащие РАК делали большие запасы рыбы в летний промысловый сезон для снабжения ею столицы колоний. Пароход «Мур» прослужил около 7 лет при Новоархангельском порте и в 1847 г. был выгодно продан в Калифорнии за пшеницу. Здесь он получил новое название — «Ситка» и стал первым пароходом, ходившим по рекам Калифорнии [22, с. 42]. Русский пароход так понравился новым владельцам, что они заказали построить для них еще один такой же, но с машиной мощностью 12 л. с.
Поэтому в Новоархангельске на местной верфи вскоре заложили аналогичный «Муру» маленький пароход длиной 52 и шириной 11 футов (соответственно 15,6 и 3,3 м), который получил имя «Баранов» в честь первого главного правителя Русской Америки. Пароход имел машину мощностью в 12 л. с. Он был спущен на воду в июле 1848 г. Однако пароход не был продан в Калифорнию, где в это время началась знаменитая «золотая лихорадка» и всё внимание переключилось на поиски драгоценного металла. «Баранов» остался в колониях и, как и его предшественник «Мур», в основном ходил по различным поручениям в окрестностях столицы Русской Америки, прежде всего в Озерский редут, а также буксировал парусники во внутреннюю гавань Новоархангельска.
Помимо строительства пароходов верфь Новоархангельска оказывала и ремонтные услуги. Так, в 1850 г. по просьбе руководства КГЗ здесь был произведен капитальный ремонт английского парохода «Бивер». В официальном отчете ГП РАК об этом событии сообщалось: «Таковое исправление иностранного судна в нашем порту, равняющееся почти постройке онаго вновь, может свидетельствовать о хорошем состоянии колониальнаго Адмиралтейства».
Кроме того, в 1852 г. здесь была закончена постройка нового корпуса для парохода «Николай I» вместо прежнего, к тому времени уже обветшавшего. В 1853 г. он был спущен на воду и оснащен машиной, снятой со старого парохода. До начала 1860-х гг. этот пароход вместе с «Барановым» оставался в порту Новоархангельска, лишь изредка выходя для плаваний в окрестных водах (обычно не далее Озерского редута). Одной из его важнейших функций стала охрана порта, а не торговые походы к тлинкитским селениям в проливы архипелага Александра, поскольку главные правители опасались нападения этих индейцев после нескольких вооруженных столкновений с ними в 1850-х гг. Тогдашний главный правитель Н.Я. Розенберг в депеше в ГП РАК от 24 мая 1851 г. за № 528 писал, что «при малолюдстве, особливо же в летнее время, Новоархангельского порта пребывающие здесь в большом числе колоши в своих на порт дерзких покушениях главнейшим препятствием к исполнению оных считают пароход». Колониальная администрация не хотела рисковать пароходом и в ходе Крымской кампании (1853—1856). Хотя сами российские колонии в Америке не пострадали благодаря сепаратному пакту о взаимном нейтралитете владений РАК и КГЗ, утвержденному российским и британским правительствами, летом 1855 г. союзники, высадившие десант в Аянском порту на побережье Охотского моря, взорвали железный корпус небольшого парохода, строившегося здесь для РАК.
Еще до начала Крымской войны в 1853 г. руководство РАК, идя в ногу с техническим прогрессом, заказало в Ньюкасле (Великобритания) железный винтовой пароход для службы в колониях, который был наименован «Великий князь Константин» в честь брата будущего императора Александра II. Однако из-за войны он смог прибыть в Санкт-Петербург только после заключения мира весной 1856 г. Отсюда пароход отправился с грузом для колоний, прибыв в Новоархангельск 20 февраля 1857 г. В Русской Америке пароход стал совершать транспортные рейсы по отделам колоний, но из-за того, что подводная часть судна долгое время не была как следует прокрашена, большая часть заклепок проржавела, и в 1859 г. во время очередного плавания пароход дал течь и едва не затонул. Его спасли глухие железные переборки в трюме, и в конце концов пароходу удалось благополучно добраться до Новоархангельска, где он был уже основательно отремонтирован.
Директора РАК в 1854 г. заказали в США еще один винтовой пароход [20, с. 109]. Он был построен на верфи в Нью-Йорке и получил название «Астория» (Astoria). В 1855—1856 гг. в ходе Крымской войны пароход осуществлял рейсы на Тихоокеанском Севере под американским флагом и с командой из граждан США, снабжая Русскую Америку продовольствием и товарами. Это делалось потому, что, согласно пакту о нейтралитете, заключенному между РАК и КГЗ, британский военный флот мог захватывать суда русской компании в открытом море (что произошло с клипером РАК «Ситха» в августе 1854 г.), но не трогал их в колониальных портах. Естественно, что сразу же после окончания войны этот «псевдоамериканский» пароход сменил флаг, команду и был переименован — он получил имя «Император Александр II» в честь молодого царя [14, с. 82—83]. Как и его «собрат» «Великий князь Константин», этот пароход имел помимо машины также парусное вооружение, что было характерно для судов периода перехода от парусного к паровому флоту. Впрочем, парусность судна «Император Александр II» была мала, а машина, по отзыву П.Н. Головина, «дурной системы» [1, табл. IX]. По свидетельству кадета С.О. Макарова (будущего адмирала), совершившего плавание на этом пароходе в 1864 г. из Русской Америки на Дальний Восток, его машина имела недостаточную мощность (70 л. с.) для судна такого водоизмещения (500 т), а потому он с большим трудом преодолевал океанскую зыбь.



КиберЛенинка: https://cyberleninka.ru/article/n/parohody-i-parohodostroenie-v-russkoy-amerike
 
 
 
George Rooke
20 August 2019 @ 02:32 pm
В 1796 году Томас Пейн опубликовал «Письмо Джорджу Вашингтону», в котором он утверждал, что большинство декларируемых достижений генерала Вашингтона были «мошенническими». «Вы проспали все время где-то в поле» после 1778 года, заявил Пейн, утверждая, что генералы Арнольд, Гейтс и Грин внесли гораздо более весомый вклад в победу Америки, чем Вашингтон.
 
 
George Rooke
Блин, вот не знаю, смеяться или плакать. По ходу, все скакали на этих граблях. И думаю, еще будут скакать.

Но вот революция началась. Из состава Великобритании вышли, армию-флот создали, а… чем платить всему этому великолепию? Еще в мае 1775 года Континентальный Конгресс приказал… включить на полную мощь печатный станок, чтобы напечатать бумажные деньги в таком количестве, которого бы хватило на оплату армии, флота, администрации и т.д. Проблема была в том, что эта эмиссия бумажных денег совершенно не была обеспечена товарами и твердой валютой, в результате началась инфляция. По идее, чтобы инфляции не было, нужно было конечно же повысить уровень налогообложения, но… для чего тогда восстали-то? Те немногие, кто предложил повысить уровень налогов, были высмеяны и проигнорированы. Следующим этапом после эмиссии банкнот стали векселя под сбор будущих налогов, но, как мы помним, налогообложение в колониях было маленьким, платили их далеко не все колонисты, да и сама налогооблагаемая база была просто микроскопической, поэтому внутренний долг страны начал расти стахановскими темпами.
Новая валюта, континентальный доллар, в мае 1775 года была объявлена равной 1 испанскому песо. Уже к декабрю 1776 года доллар «похудел» на 2/3 и был равен 0.3 песо. Казалось бы – надо остановить печатный станок, навести порядок в финансах, создать твердую валюту. Вместо этого штаты сделали бумажные валюты (до кучи – у каждого штата была своя валюта) законным платежным средством для всех долгов и покупок, установили директивный контроль над ценами и напечатали больше денег. Колонии приказали считать преступлением отказ от бумажных денег, требование обмена бумажных денег на серебряные или обмен бумажных денег на любую валюту ниже объявленной ее стоимости. Наказания включали публичное унижение, штрафы, тюремное заключение, а также конфискацию товаров или имущества.
Местные комитеты общественной безопасности стали обычным правоохранительным органом. Кроме того, делегаты из штатов Новой Англии встретились в конце 1776 года, чтобы установить предельные цены на широкий ассортимент товаров и принять меры по контролю за заработной платой, поскольку высокие цены, уплачиваемые трудящимся, препятствовали призыву на военную службу. Делегаты из «срединных» государств (Вирджиния и пр.) встретились в марте 1777 года, чтобы ввести контроль над ценами и заработной платой в своем регионе. Хотя с помощью подобных ценовых соглашений никогда не удавалось сдерживать цены, делегаты продолжали собираться каждый год до 1780 года. Штаты также приняли законы, запрещающие «опережение» и «захват» - термины, описывающими практику хранения больших запасов продуктов питания или товаров впрок, в выжидании на них лучшей цены, дабы потом их продать. Требовалось продавать товары по установленной цене в бумажных деньгах.
Но проблема - главная проблема - оставалась. Дело в том, что экономику и экономические законы не обманешь, и к 1780 году настал финансовый кризис который вот-вот должен был перерасти в финансовый крах. Трест вот-вот должен был лопнуть. Спасли американскую революцию французы и испанцы, обеспечив щедрые денежные вливания в экономику штатов.

Tags:
 
 
 
George Rooke
16 August 2019 @ 03:42 pm
Своего рода ответ англичан на Декларацию о Независимости. Очень тонко и стебно. Внимательно, с карандашом, прочитаю позже.

Ссылка на англицком.
 
 
 
George Rooke
15 August 2019 @ 04:15 pm
В Филадельфии, в тот же день, когда британцы высадились на Статен Айленде (2 июля 1776 года) была принята Декларация Независимости, а Континентальный Конгресс проголосовал за «расторжение любых связей с Великобританией». Далее цитата из американского историка Дэвида Маккалоу, очень хорошо характеризующая нравы Континентальной армии: «Эта новость достигла Нью-Йорка 4 дня спустя, 6 июля, и сразу же начались спонтанные празднования. Все американские офицеры ринулись в публичный дом, чтобы отметить это радостное событие и порадоваться независимости. «Мы весело провели день в попойках со шлюхами Нью-Йорка» - писал Айзек Бэнгс».
 
 
 
George Rooke
13 August 2019 @ 01:37 pm
На тему: лошадь голубь себя еще покажет!"
На ВМС США быстро поняли, что связь с берегом с помощью авизо - вещь не особо удобная, и главное - сильно растянутая во времени. Именно поэтому в 1799 году была создана Голубиная Служба (Pigeon Service). На борту любого корабля была создана отдельная должность Голубиного Квартирмейстера (Quartermaster (Pigeon)), который отвечал за кормежку, обучение и количество голубей на корабле. При отсылке на задание к ноге каждого голубя была привязана полетная книжка, в которой сообщались
а) дата вылета
б) координаты
в) Скорость в узлах
г) данные по конкретному выходу в море, то есть необходимая для штаба информация.

Да, наступление эпохи радио ослабило интерес к голубям, на 1926 год насчитывалось всего 12 питомников и 800 птиц (для сравнения - в 1834 году - 40 питомников и 3200 птиц), но услугами голубей пользовались и в ПМВ, и в ВМВ.
Интересно отметить, что директор Бюро морских коммуникаций проинформировал в 1921 году Бюро навигации: «Сим сообщаем, что иногда моряки, которые были опытными инструкторами по обучению голубей, теперь переведены для выполнения других обязанностей, а работа и забота о дрессировке птиц передана в совершенно неопытные руки».
Бюро навигации в Циркулярном письме № 88 от 10 марта 1921 года всем командирам кораблей приказывало: «Все моряки, которые квалифицировались в качестве опытных инструкторов по голубям, должны быть немедленно назначены на свои старые должности, и должны быть незамедлительно переведены обратно, их работу будет курировать Бюро навигации. Если в настоящее время к аэродромам, на которых нет голубиных питомников, прикреплены опытные инструкторы по голубям, сообщите об этом в Бюро. Только в этом случае позволяется задействовать инструкторов по голубям на других должностях».
В 1942 году были изданы приказы расширить популяцию голубей на флоте и использовать их не только с военно-морских баз, но даже с дирижаблей.
В январе 1948 года Голубиная Служба была реорганизована, инструкторы (Pigeoneers) были идентифицированы как Специалисты X и имели теперь аббревиатуру SPX (PI). Однако служба постепенно теряла свое значение. Служба Голубиных Квартимейстеров существовала до... 10 января 1961 года. Тогда она и была окончательно расформирована.

 
 
George Rooke
Байка или нет, но мне лично нравится. )
Итак, 1802 год. Фрегат США "Президент" после долгих крейсерств против берберийских пиратов зашел в Мессину. Надо было дать отдохнуть экипажу, и коммодор Ричард Дейл пригласил на борт итальянских музыкантов, чтобы они дали концерт для команды корабля. Музыканты концерт дали, американцам все очень понравилось, итальянцев попеременно то поили мадерой или виски, то просили спеть. Те с удовольствием выполняли и то и другое, и по ходу так нахрюкались, что не заметили, что корабль отдал швартовы и на полных парусах идет в море.
Так во флоте США появилась первая рок- поп- группа (navy band), ну или военно-морской ансамбль.
А вот вторая история - она реальная. И музыкантам там не позавидуешь.
В 1812 году фрегат США "Юнайтед Стейтс" приобрел ансамбль французско-итальянских музыкантов из 8 человек. Слово "приобрел" тут совершенно уместно, ибо история восхитительна. Изначально музыканты плавали на каком-то французском корабле, но были захвачены в 1808 году пробританскими португальцами и доставлены в Лиссабон. Здесь они подписали контракт на работу в качестве ансамбля на британском фрегате "Македониэн", который как раз наткнулся на "Юнайтед Стейтс" и был захвачен американцами. В итоге банда, которой предложили выбор - либо лагерь для военнопленных, либо работа по найму на американском корабле, четвертый раз сменила место работы и теперь выступала на фрегате США с песнями и плясками.

 
 
 
George Rooke
Просто цитата.
Апрель 1776 года, Континентальный конгресс. Указание по формированию флота, "Инструкция по формированию каперских судов": "По крайней мере треть команды судна должна быть лэндсменами (то есть неопытными в морском деле людьми)".
Смысл самый простой - подготовить из сухопутных жителей как можно больше моряков. Ибо чтобы стать морскими волками, нужна только практика, практика, практика.

ЗЫ: И, да, пока не забыл. Понял, почему указания британского Адмиралтейства по поводу животных на борту требуют поставки исключительно телят или коров. Дело в том, что волы, овцы, свиньи в дальнем плавании тоже могут заболеть цингой. И в этом случае их мясо становится непригодно в пищу. Единственные два вида животных, которые цингой не могли болеть - это коровы и козы. Причем про коз написано интересно - "хорошо живут везде и всегда", то бишь не зависят от превратностей погоды, однообразной еды и т.д. Тогда как "овцы и свиньи в дальнем походе могут истощаться до полной бесполезности (приема в пищу естественно)."

 
 
George Rooke
11 August 2019 @ 09:29 am

Об искустве находить компромисс.
Во флоте США в кок хэндбук пишут что в раз в неделю,обычно это была суббота, обязательно подавалась пицца. Это было связано с тем, что во флоте служило много итальянцев.
Но - возник конфликт. Дело в том, что ирландцы, которых так же на флоте служило много, считали открытый пирог пищей некошерной, стремной. То есть получился конфликт интересов. Итальянцы хотят пиццу, ирландцы - нет.
Выход был найден самый простой - закрытая пицца, кальцоне. Он удовлетворил обе стороны. Итальянцы получили возможность есть свое любимое блюдо, ирландцы - закрытый пирог.
Это 1942 год, если что.

 
 
 
George Rooke
31 July 2019 @ 12:08 pm
Честно говоря, меня уже немного напрягает обсуждение в комментариях. Нет, не потому что я закрыт для критики или не восприемлю чужую позицию - дело в другом. В недостатке знаний у критикующих. Чтобы не растекаться мыслью по древу, давайте начнем. Чужие комментарии выделяю синим цветом и курсивом, свои - оставляю как обычно.

Сначала сошлюсь на соседний пост Пенского, ибо там тоже до фига дури в комментариях.

1. finnian_light
Он ЦПШ-то еле пробил, и то для госкрестьян.
----
Вообще-то приходские училища - это реформа 1804 года.


Николай, и в этом его прямая заслуга, стал основоположником единой системы образования, создав лестницы "гимназия-училище" и "гимназия университет". Проблема опять же была а) в аттестации и б) в плате за обучение.
Специально для крестьян (привет учебникам!) с 1836 года начали создаваться школы при монастырях и церквях - это был прообраз церковно-приходских школ. К 1851 г. насчитывалось свыше 4,7 тыс. таких школ. В 1870-е годы эти школы перешли в управление земствам.

2. gurttt
Все вот вроде хорошо про человека пишут, старался, но финал правления мягко говоря не радует.
Старательно и прилежно завел все в тупик крымской катастрофы на ровном вобщем то месте.
Проводили ли кампании когда то хуже? "Флот не выйдет бить неприятеля? Ну и ладно, встретим на суше. Ой и на суше тоже не выходит. Ой а чего это у нас и база флота не готова то к обороне не то что с суши, но и с моря не ахти? ".
В то время как с тем же народом и вороватыми плохими подчинёнными и Е2 и А1 выруливали и даже чего то приобретали для империи.
Вот уж е2 то как не готовилась править, и казну как при них расхищали, и авантюры были, а вот поди ж ты.


А вот это вопрос интересный на самом деле. Я имею ввиду - сравнение с Е2 и А1. И тут надо смотреть далеко не только Россию, а множество стран. В общем, если почитать по теме, особенно про образование, получим самую простую картину - в середине-конце XVIII - начале XIX века образование в странах Европы было примерно на одинаковом уровне (за исключением, может быть, Голландии). То есть очень узкий образованный слой и масса безграмотного основного населения. Подвижки по образованию в Европе делались давно, но все они были, скажем так, мелкотравчатыми. Настоящий всплеск образованию дало два исторических события - это Американская революция вкупе с Просветителями, и Великая Французская революция. Именно эти два события заставили Европу коренным образом пересмотреть свои взгляды на образование и на систему образования.
Количество образованных, причем не только в языках, но и в экономике, финансах, промышленности и т.д., начинает расти гигантскими темпами. В России же, находящейся на более низкой стартовой позиции, система образования начала меняться только в конце 1830-х годов. Но как вы понимаете, люди, пошедшие в школы и университеты в 1840-х, выйдут "в люди" только к концу 1850-х. Собственно это и произошло.
Резюме: то есть Е2 и А1 удавалось вести политику более удачно только потому, что уровень образованности, кругозора чужих элит был НИЖЕ, чем в 1850-х.

3. Ну это так, для себя, чисто поржать. Ибо тут что ни слово - то поэма. Либо человек не дружит с головой, либо этот просто школьник.
t_blzer
Однозначно топ5 худших правителей России:
- ввел жесткую цензуру;
- ограничил передвижение податного населения, фактически перечеркнув возможность американского варианта развития страны;
- ужасная реформа образования, фактически запретившая обучение для низших сословий;
- дробление русского этноса, создание украинской нации;
- бессмысленные и очень дорогостоящие войны, закономерно приведшими к итоговому краху.
- половина европейской России жила на казарменном положении (военные поселения, пахотные солдаты и т.п.)


4. aleksei_borisov
И что, в Питере было хуже чем в Варшаве?
Или царская семья недоедала, а аристократия ходила в лохмотьях, чтобы польские шляхтичи себе ни в чём не отказывали.
Нормально всё было, землю поделили, панов раскулачили, шляхту отправили служить.
В то время ценность имели две вещи - земля и люди, и никакие умственные доводы это не могли перешибить.


Спешу сообщить Алексею Борисову, что в среднем русский крестьянин в 1780-х годах жил лучше польского, а в 1820-х годах - хуже польского. То есть уровень жизни польских крестьян, горожан, голопопой шляхты подняли за великорусские деньги.
Панов никто не раскулачивал до 1864 года, их пытались УГОВОРИТЬ служить. На что панове презрительно хмыкали, посылали русское правительство нах..., валили в Парижы и Ландоны, где пропивали русские же деньги, кляня паработительницу-Россию.

5. Paul Atredias
То что я написал это естественно ирония, просто насмешка над теми кто считает Александра I и других русских завоевателей просто дурачками по сравнению с великомудрым собой. Но если Польша,Финляндия и Молдавия не нужна и вредна, то отчего же Грузия или Татарстан нужны и полезны?
Легко можно сочинить теорию о том что нищая Грузия была бы только грузилом на ногах Турции, и истинно мудрый правитель бы её оставил им.
Может быть логичнее предположить что такой человек как Александр, которого с детства готовили к захватам и завоеваниям, к войне и к дипломатии лучше разбирается в том что нужно завоевывать и как. Как вы считаете?


Ну, во-первых, для того, "чтобы оценить вкус пирожного, необязательно быть кондитером" (Виф2NE). Если вы об этом не в курсе, то мне вас жаль.
Во-вторых, по поводу присоединения Польши дискурс велся аж начиная с Петра I. Например Фридрих-Вильгельм в 1723 году предлагал поделить Польшу на троих. Петр не только отказался, а сообщил, что в случае агрессии придет полякам на подмогу. Екатерину буквально втащили в разделы Польши. И даже после первого раздела полякам предлагали просто царские условия союза - например им предлагали (Россия) отдать устье Днестра, но для того, чтобы вместе воевать с Турцией и расширяться за счет Турции. На что поляки сказали гордое "фи".
При Александре I также был дискурс на эту тему, и против были такие люди как Чатрорыйский (ну этот хоть понятно почему), Ланской, Кутузов, Барклай, Карамзин, и т.д. То есть уже по мнению современников мы видим, что ситуация с Польшей неоднозначная, не такая, какой вы ее пытаетесь представить.
Кстати, по поводу Кавказа таких расхождений не было, что уже говорит о многом. Это ответ на другой ваш вопрос.
Ну и третье, самое главное. В отличие от полудиких горских племен Кавказа или непонятных образований типа Казанского ханства Польша была нацией. Еще раз - не народом, а нацией. То есть четко определяла свою госпринадлежность и свою культуру. Переломить такое очень сложно. Даже Испания, владея Каталонией (как пример условной России и Польши на Западе) не смогла переломить сепаратизм. Не говоря уж о всяких парах Англия-Ирландия, Германия-Швейцария, и т.д.
Колонизировать тут можно только методами, озвученными felix_hvedrungr: Надо менять подход. Обложить поляков налогами в духе Наполеона, сгонять население на бесплатные работы по строительству инфраструктуры, еду и лопаты брать с собой. Польские крестьяне при должном подходе постоят шоссе Варшава-Петропавловск-Камчатский. Умрут немного, но проблемы ляхов еврожандармов не волнуют.
И да, спор в стиле "я начальник-ты дурак" мне совершенно неинтересен. Чтобы рассуждать по теме, в которой вы, извините (сужу по совокупности ваших постов), ни бум-бум, почитайте-ка лучше и выскажите мне свое обоснованное, подкрепленное фактами и цитатами мнение. Это будет полезнее и для вас, и для меня.

6. saxahorse
Картинка перевернутая вверх-ногами. Неумение освоить присоединенные территории вытекающее из бездарности элиты превращают в аргумент о ненужности экспансии вовсе. Все что угодно лишь бы не обновлять элиты.
Нечто подобное мы уже слышали при разделе Советского Союза между новыми "элитами". Видимо созрели желающие попилить и РФ тоже.


Наверное приятно спорить с чем-то у себя в голове, правда? Особенно в стиле Жванецкого - "о чем можно говорить с человеком, не имеющим московской прописки"? Тем более вам, который мой журнал читает давно, и участвовал во всех значимых дискуссиях.
Напомню, что речь у нас давным давно шла о другом - какой вектор экспансии выбрать? Был условно северный вариант - Польша, Финляндия, борьба с Наполеоном. был условно южный вариант - Кавказ, Проливы, Ионические острова. Так вот, мы с большой помпой реализовали северный вариант, который в результате отнял у нас деньги, ресурсы, силы, а южный, который мог бы вывести нас на рынки Европы без посредников, заставить развиваться и развивать собственное государство, мы профукали. Причем именно в эпоху Александра Благословенного. И да, напоследок. Почитайте на досуге, почему Екатерина во время переговоров в Яссах сняла все свои претензии по поводу Бессарабии. Узнаете много интересного.
 
 
 
George Rooke
30 July 2019 @ 12:13 pm
Давайте сыграем в альтернативу) Допустим, что Александр I согласился на раздел Польши между Пруссией и Австрией, допустим - по тем границам, которые были при третьем разделе.
Понимаете ли, в чем проблема... Еще Фридрих Великий писал Вольтеру: «Что касается до польских областей, их нельзя сравнивать ни с одним европейским государством. Это настоящая Канада с индейцами. Много потребно времени и работы, чтобы восстановить в ней порядок». Чего только стоят его усилия по административной, налоговой, управленческой реформам. Отдельным пунктом шло благоустройство польских земель, например - строительство каналов.
Цитата из статьи М.В. Голованова «Политика Фридриха II по интеграции Восточной и Западной Пруссии в 1772-1786 г.г.»: «Фридрих II придавал исключительно важное значение развитию судоходства по рекам новоприобретенных земель, считая необходимым создание единой транспортной сети путём строительства системы каналов. Центральное место в этих планах занимал канал, который должен был стать мостом между центром и востоком монархии. Его строительство началось в 1772 г. и продолжалось 16 месяцев. В прокладке канала принимало участие 6 тыс. рабочих. В июне 1773 г., когда король вновь посетил район Нетце, он с восторгом увидел на действующем канале первый груженный товарами корабль. В результате масштабных усилий план Фридриха осуществился, и была создана следующая судоходная речная сеть: из Силезии по Одеру в центр страны, где на границе Курмарка и Ноймарка Одер впадал в реку Нетце, оттуда в Западную Пруссию, где в районе города Бромберга искусственный речной канал и соединил реку Нетце с Вислой, которая, в свою очередь, доходила до Мариенвердера, а, следовательно, соединяла Западную Пруссию с Восточной».
Как вы понимаете, все это
а) деньги
б) время
.
Вот вообще мнение совершенно независимого человека.
Пьер-Самуэль Дюпон де Немюр (1774): "Я отправляюсь в Польшу, дабы плавать в пустоте как сатана в описании Мильтона, изнемогая в этом пространстве в усилиях столь же обширных, сколь и бесплодных. Я отправляюсь в край интриг, зависти, тайных сговоров, рабов, гордости, непостоянства, слабости и сумасшествия".
Дюпон по возвращению из Польши: "Жители Польши все еще крепостные рабы и дикари. Что за усилия потребуются, чтобы вывести их из крепостного состояния. Я составил несколько записок по этой проблеме...которые приведут в исполнение через сотню лет..."
А вот Эдмунд Берк в 1773 году: "Что касается Англии, то Польшу на самом деле можно считать страною, расположенной на Луне".
Вспоминаем описание Польши из прошлой части. Я специально дал русское описание, ибо мы, русские, не так критично воспринимаем бездорожье, грязь, бедность, и т.д. Вот со всем этим в альтернативе пришлось бы разбираться пруссакам и австрийцам.
А теперь вернемся в реальную историю. Как раз в это время: "Прежде всего, старый институт рейхстага в Священной Империи заменил собой всегерманский Сейм во Франкфурте. Правопреемником Империи стал Германский Союз, в который входили Австрия, Пруссия, Дания, Голландия, 38 немецких государств и 4 вольных города. Цель его – вести скоординированную политику в Европе, выступая (по крайней мере, по германским делам) единой силой. Но вот в экономике Австрия и Пруссия блокировали инициативы друг друга, и в результате вопросы торговли и общего транспорта так и оставались нерешенными. Первые шаги в этом направлении предпринял Баден. Великий немецкий экономист Фридрих Лист говорил, что «38 таможенных границ и платные дороги Германии просто парализуют движение товаров внутри и производят примерно такой же эффект, как если человеческое тело перетянуть в 38-ми местах». Если вовремя не предпринять меры, говорил Лист, начнется гангрена от застоя крови. Ведь по пути из Гамбурга в Австрию или из Берлина в Швейцарию торговец пересекает границы десяти государств, то есть 10 раз делает таможенные платежи и 10 раз производит оплату различных сборов и акцизов. В результате германская промышленность проигрывает конкурентную борьбу не только Англии, но и вообще любым европейским державам.
Был создан Центральногерманский таможенный союз, однако без поддержки Австрии и Пруссии к 1829 году он развалился. Пруссия не вступала в него потому, что через Ганновер этим конгломератом рулила Англия, которая пыталась наладить в Германии сбыт своих товаров. Пруссия же хотела войти в Таможенный союз на своих условиях. И в 1830 году, после Июльской революции во Франции, Пруссии это удалось, она сделала полный разворот в своей экономической политике, организовав 1 января 1834 года новый немецкий Таможенный союз – «Цолльферайн» (Zollverein). К «Цолльферайну» тут же присоединилась ассоциация Тюрингских государств, Баден, Бавария, Нассау, Брауншвейг, чуть позже Люннебург. Остались за бортом Австрия, оба Мекленбурга, Лихтенштейн и Гольдштейн, Ольденбург, Ганновер и три вольных города (Гамбург, Бремен и Любек).
Таким образом, к 1834-1835 годах в Германии появилась единая Северогерманская экономическая зона, созданная под прусским руководством и по прусским стандартам. Внутри Союза таможенные сборы не собирались, кроме того, союз вел единую политику по импорту, основанную на протекционизме германской промышленности в пику иностранной (прежде всего английской). Так же была создана всегерманская казна, которая хранилась во Франкфурте, как столице Немецкого Союза."

Надо сказать, что пруссаки с кровью вырвали первенство в Цольферрайне, ибо на него претендовали как минимум Ганновер (понятно, думаю, с чьей подачи), Бавария, Австрия, держава-купец Гамбург и даже... Дания. В альтернативной ситуации прусское правительство становилось бы перед выбором - развитие собственных приобретенных территорий (вещь затратная по определению, вспомним, сколько русские вбухали в Польшу), либо первенство в германском мире. Так вот, смысл самый простой. Передача Польши Австрии и Пруссии СИЛЬНО ЗАМЕДЛИЛА БЫ образование единой Германии.
Как-то так.
 
 
 
George Rooke
30 July 2019 @ 10:52 am
В принципе, если озвучить лично мое мнение, присоединение Польши было ошибкой, которая оказалась хуже преступления. И именно в присоединении Польши крылся целый ряд внутри- и внешнеполитических проблем, который и привел Россию и к Крымской, и ко многому другому.
Еще раз повторю - на 1815 год Польша была бедным, даже по меркам России, государством, которое мало что производило, держалось там все на крепостном праве, гораздо более жестоком, чем в России, дороги там начали строить только при французах, а самые лакомые куски (Гданьск, Краков, Велички, Силезия и т.д.) принадлежали другим странам. Недаром Ланн называл герцогство Варшавское "проклятым местом".
Согласно Безотосному: "Александр I пошел в польском вопросе гораздо дальше Наполеона, создавшего только «герцогство Варшавское», а после 1815 г. польская государственность оказалась восстановленой de jure, а название «Польша» из географического превратилось в политическое. Причем происходившие тогда ссоры, споры и полемика по этому вопросу (одна из центральных проблем послевоенного устройства Европы) почти привели к созданию антироссийской коалиции (Великобритания, Австрия, Франция), чему помешали угроза возврата на политическую сцену уже однажды побежденного Наполеона и его знаменитые «сто дней». Известный историк и великий князь Николай Михайлович, считавший саму эту идею инспирированной А. Чарторыйским, полагал, что она «не встречала никакого сочувствия не только у русских людей, но даже и чужеземцев, как Поццо ди Борго. Знаменательно и то, что граф Нессельроде, а также В. С. Ланской из Варшавы умоляли Государя не создавать этой роковой ошибки. И Александр остался глух ко всем увещаниям и шел к намеченной цели твердо и определенно». Эти порывы Александра I пытался позже, в 1819 г., остановить и Н. М. Карамзин.
С точки зрения геополитики это приращение на первый взгляд давало значительные плюсы – территория Царства Польского вклинивалась между Австрией и Пруссией, а такое фланговое положение позволяло русской дипломатии оказывать давление и на австрийцев, и на пруссаков вплоть до 1870-х годов. Да и в случае войны Польша удлиняла систему обороны, противнику пришлось бы преодолеть ее территорию, прежде чем добраться до русских земель. А для продвижения на Запад русских войск эта территория также представляла значительный интерес и стратегический смысл. Но у каждой медали есть и оборотная сторона. Первоначально присоединив часть Польши для того, чтобы она не досталась другим государствам, а также полагая, что этот Польский аппендикс в будущем станет гарантией безопасности России в Европе"
.
Проблема оказалась в другом - польский балкон в случае объединения Австрии и Пруссии мог из трамплина превратиться в ловушку, поэтому там приходилось держать гигантские силы. Так, в 1840-х годах в Польше было сосредоточено 4 из 6 пехотных корпусов Российской империи. Польша высасывала ресурсы, потребные для модернизации России. Бюджет царства Польского был сравнительно небольшим, но стоит понимать, что на модернизацию Польши, на строительство дорог, крепостей, содержание там армии, и т.п. тратились имперские деньги. Цитата: "после вхождения при Александре I в состав России Польша воскресла. Российский государь в 1815 принял под свою державу страну, покрытую песками и болотами, изредка возделанную трудами земледельца, с едва проходимыми дорогами, с бедными разбросанными хижинами, с городами, похожими на деревни, где гнездились жиды или скиталась оборванная шляхта, между тем как богатые магнаты расточали миллионы в Париже и Лондоне, вовсе не думая о своем отечестве. Нищая Польша под русским скипетром обратилась в государство благоустроенное, сильное и цветущее. Щедрая попечительность Александра I оживила все отрасли польской промышленности: поля, осушенные каналами, покрылись роскошными нивами; села выстроились; города украсились; превосходные дороги пересекли Польшу во всех направлениях. Возникли фабрики; польские сукна и другие изделия в огромном количестве появились в России. Выгодный для Польши тариф благоприятствовал сбыту ее произведений в пределах Российской империи. Варшава, доселе ничтожное место в торговом мире, обратила на себя внимание Европы. Польские финансы, истощенные Наполеоном, приведены в цветущее состояние попечительностью и великодушием Александра I, который отказался от всех коронных имений, обратив их в государственные, и все доходы Царства Польского предоставил в его исключительную пользу. Польский долг был обеспечен; кредит восстановился. Был учрежден национальный польский банк, который, получив от щедрого российского государя огромные капиталы, содействовал быстрому развитию всех отраслей промышленности. Попечением цесаревича Константина Павловича была устроена превосходная армия; польские арсеналы наполнились таким огромным количеством оружия, что его оказалось впоследствии достаточным для вооружения 100 000 человек.
Под российской властью в Польше очень быстро распространилось образование. В Варшаве был учрежден университет; открыты кафедры высших наук, дотоле в Польше небывалые; вызваны опытные наставники из-за границы. Лучшие польские студенты отправлялись в Берлин, Париж и Лондон на счет российского правительства; в польских областных городах были открыты гимназии и обводовые училища; возникли пансионы для воспитания девиц и военные школы. Законы, дарованные Польше Александром I и тщательно им охраняемые, водворили порядок, правосудие, безопасность личную, неприкосновенность собственности. Обилие и довольство царствовали повсеместно. За первые десять лет пребывания Польши в составе России народонаселение почти удвоилось, достигнув четырёх с половиной миллионов. Старинное изречение Polska nierzadem stoi (Польша живет непорядком) было забыто."

Это были гигантские траты.
Смотрите сами - в 1835 году Польский бюджет составлял 85 млн злотых (12.75 млн рублей), из которого в российскую казну она вносила 21 млн злотых (3.15 млн рублей), на военные же только нужды в пределах Польши тратилось в это время 20-25 млн рублей. Кстати, Кавказ был таким же - доходы в казну давал 2.6% бюджета, расходов требовал - 6.6% бюджета. Классная территория, правда?
Но этим дело не ограничивалось. Получалось, что мы благодетельствуем враждебную территорию. Мало того - за счет собственно русских, лояльных короне территорий. И князь Вяземский, очень умный мужик, заметил совершенно правильно: «Мало того, что излечить болезнь, – полагал он в разгар польского возмущения в 1831 г., – должно искоренить порок. Какая выгода России быть внутренней стражей Польши? Гораздо легче при случае иметь ее явным врагом. …Не говорю уже о постыдной роли, которую мы играем в Европе. Наши действия в Польше откинут нас на 50 лет от просвещения Европейского. Что мы усмирили Польшу, что нет – все равно: тяжба наша проиграна».
Дело не в просвещении, как вы понимаете, дело в имидже, во внешнем пиаре. Англичане и американцы это хорошо понимают, именно поэтому и давят на корню, очень быстро и жестко, волнения в своих странах, чтобы имидж опор демократии и просвещения не поколебался. Чем дольше Россия продолжала владеть Польшей, тем больше испытывала имиджевый провал. Еще во времена Екатерины Россия была "цивилизацией, устремленной в будущее" (Дидро), то уже в 1830-е наша страна воспринималась как "душитель свободы" и "жандарм Европы".
Так неужели власти не видели? Видели конечно. Просто царь (равно как и общественное мнение дворян) посчитали бы после 1815 года отказ от Польши (то есть либо создание Польского государства, либо дележ территорий Царства Польского между Пруссией и Австрией) потерей национальной чести и гордости, поэтому всеми силами старались «держать» при себе неблагодарных поляков.
Именно поэтому В. О. Ключевский в 1905 г. записал в своем дневнике: «Мы присоединили Польшу, но не поляков, приобрели страну, но потеряли народ».

ЗЫ. Мне вот все интересно. Когда мы научимся учиться на своих прошлых ошибках, а не танцевать на граблях? Ах да, я забыл. Это же дела прошлые, сейчас мы гораздо умнее, и ошибок прошлого не повторяем))

 
 
George Rooke
29 July 2019 @ 03:45 pm
Приведем свидетельство поэта и публициста Федора Николаевича Глинки, служившего в ту пору адъютантом у генерала Милорадовича: «Как ведут себя русские войска в Варшаве? - Как самые благородные рыцари Баярдова времени. - Щедрость офицеров наших особенно удивительна. В трактирах сыплют деньгами. Приходит, например, старик с дочерью: он играет на скрипке, она на арфе; сыграла, пропела несколько арий - и куча серебра очутилась перед нею! - Приходит бедная монахиня, одна из сестер Милосердия, - просит, чтобы ей заказали какую-нибудь работу - и Милорадович (ротмистр мариупольского гусарского полка) даст ей тысячу рублей и велит сшить себе три манишки!... За то Поляки дивятся Русскими: народ полюбил нас чрезвычайно. Подумаешь, что все Офицеры у нас богачи; напротив, самая большая часть из них очень небогаты - но тороваты».
Но если подобная «тороватость» и могла вызвать «любовь» у обнищавшего от долгих войн простонародья, то польская знать по-прежнему не испытывала к русским никаких теплых чувств. В тех же «письмах» Глинка уточняет: «Я сказал, что народ нас любит; а вельможи? - Называют Северными варварами; а сами любят, чтобы их называли Северными Французами!!!».
Война с Наполеоном между тем продолжалась, и Милорадович получил приказ вести свой корпус в Германию. В городе остался лишь небольшой гарнизон.
Однако будущность Герцогства Варшавского решалась в это время не в его столице, и даже не на полях сражений, а в Калише, где расположилась штаб-квартира императора Александра I. В марте 1813 г. туда прибыл князь Адам Чарторыйский - друг юности императора и бывший министр иностранных дел России.
Показательно, что в России этого видного сановника, считавшегося главным лоббистом польских интересов, многие называли внебрачным сыном фельдмаршала Николая Васильевича Репнина, занимавшего в начале правления Екатерины II пост российского посланника в Польше. В связи с этой версией издатель «Русской старины» П.И. Бартенев в своих примечаниях к публикации письма Н.В. Репнина И.И. Шувалову приводит анекдотический эпизод: «Говорят, что супруг княгини Изабеллы Чарторийской прислал к нему (князю Репнину) новорожденного князя Адама в корзинке с цветами. В зрелом возрасте князь Адам очень походил лицом на князя Репнина, и Репнины всегда считали его своим».
Так или иначе, князь Адам Чарторыйский-старший признал Адама-младшего и дал сыну блестящее образование. После восстания Костюшко семейство лишилось своих владений, конфискованных российскими властями. За возвращение имущества Чарторыйских хлопотало австрийское правительство, но Екатерина II поставила условие: «Пусть оба их сына явятся ко мне, и тогда мы посмотрим».
Свои впечатления от Санкт-Петербурга сам Адам-младший описывал следующим образом: «Мало-помалу мы пришли к убеждению, что эти русские, которых мы научились инстинктивно ненавидеть, которых мы причисляли, всех без исключения, к числу существ зловредных и кровожадных, с которыми мы готовились избегать всякого общения, с которыми не могли даже встречаться без отвращения, - что эти русские более или менее такие же люди, как и все прочие...»



В соответствии с особым повелением Александра I, генерал-губернатору надлежало: «1) Уничтожить многие подати на сумму до 8 миллионов золотых, 2) облегчить жителей относительно содержания госпиталей, 3) разрешить выпуск из России в герцогство всего того, что вывозилось до начатия войны, 4) сделать распоряжение, чтобы войска и команды, следуя только по военным дорогам, не имели постоев по другим путям и не отягощали бы жители, 5) принимаемые от населения припасы для войск зачитать в число денежных податей».
На содержание администрации Ланской получил из российской казны 4 млн руб. и принялся с размахом осваивать утвержденный бюджет.
Постепенно в Варшаву стала возвращаться и польская знать, снова закипела жизнь в великосветских салонах. Поляки охотно принимали приглашение русского генерал-губернатора, но за глаза все равно называли новых хозяев варварами.
Вот как отзывается о Ланском в своих мемуарах графиня Потоцкая: «Устроившись в Варшаве, Ланской вызвал сюда своих жену и детей, которые были уродливы, как патагонцы. Однако, несмотря на свой татарский тип - выдающиеся скулы и маленькие китайские глазки, - он обладал приветливым лицом честного человека и принадлежал к небольшому числу тех русских, которые по справедливости считались вполне достойными людьми, но он был так груб, что от его кожи, казалось, исходил медвежий запах».




КиберЛенинка: https://cyberleninka.ru/article/n/russkie-v-varshave-v-1813-1815-godah-ot-gertsogstva-varshavskogo-k-tsarstvu-polskomu

Это к вопросу, очень непонятно обсуждающемуся здесь: Сложно недооценить правителя потерпевшего фиаско во всех своих начинаниях и приведшего страну победителя Наполеона к катастрофе Крымской войны. Чтобы стало понятно, с каким гуаном пришлось возиться, сколько вбухивать туда денег, и чуть ли не насильно поднимать Польшу на новый уровень.
Воистину, лучше было отказаться от нее, ибо в 1815-м получили цугцванг - отдать уже свое жалко, а оставить у себя - куча трат. И да, "опять мне это что-то напоминает".
 
 
 
George Rooke
27 July 2019 @ 05:52 pm
"Достойнейшие люди России в бессилии оплакивали убитого друга; литература в лице Пушкина спокойно перенесла утрату драматурга; государство не собиралось мстить за посла. И лишь один человек требовал расплаты виновным. Паскевич получил от Нессельроде нервные указания вести себя сдержанно и мольбы «беречь англичан и не давать веры слухам, которые распространяются про них». Паскевич проигнорировал эти просьбы, зная, что может писать напрямую императору, и не сомневаясь, что сумеет оправдать целесообразность своих действий. Он твердо потребовал прислать в Астрахань 10 тысяч солдат в подкрепление его армии. Он не собирался воевать, поскольку это было бессмысленно — мир лучше Туркманчайского никто уже не мог бы заключить. Но он собирался жестко надавить на Персию. Петербург соглашался принять извинения шаха из рук простого посла — граф Эриванский настаивал на приезде в Россию одного из сыновей или внуков шаха. Персы по обыкновению тянули время.
В середине апреля Амбургер самовольно покинул Тавриз, чтобы обеспечить встречу траурному кортежу Грибоедова. Генеральный консул доехал до Нахичевани и там остался, ожидая скорбную процессию. Паскевич, узнав о его приезде в Россию, сперва рассердился, а потом оценил выгоду от поступка дипломата. Он приказал Амбургеру оставаться в России; тем самым фактически произошел разрыв дипломатических отношений двух государств — а подкрепления уже прибыли в Астрахань! Нессельроде в Петербурге бесился, требовал возвращения Амбургера, но граф Эриванский объяснял, что не отпустит консула, пока шах не пришлет искупительную миссию. Нессельроде от отчаяния снарядил посольство в Персию во главе с князем Николаем Александровичем Долгоруковым. Тому вменялось в обязанность заменить Грибоедова и одернуть Паскевича. Главнокомандующий возразил против этого посольства, которое показало бы персам, что Россия в них нуждается. Долгоруков приехал в Тифлис, но дальше Паскевич ему просто не позволил ехать! Попутно Иван Федорович не упускал случая напомнить Мальцеву, что по нему Персия плачет и что его отправят туда сразу же, как возникнет такая возможность. Мальцев молил о пощаде, твердил, что ему невозможно воротиться туда, где его жизнь ежеминутно будет подвержена опасности, где ему придется испить до дна горькую чашу ненависти и мщения; он умолял отослать его в Петербург, где он мог бы ожидать назначения в одну из европейских миссий и был бы избавлен от когтей персиян. Он отчаянно взывал к правосудию и милости Паскевича. Но тот отказывал ему во всем — кроме правосудия. В мае Мальцеву прислали из Петербурга Владимира четвертой степени «во внимание к благоразумию, оказанному во время возмущения в Тегеране». Эта награда вызвала бурю негодования повсюду, и Паскевич при первой же оказии отправил Мальцева в Тавриз. Его не убили там, даже не тронули, он успешно служил в Министерстве иностранных дел, заботился о своих хрустальных заводах, но везде и всюду оставался изгоем — семьи не имел, жил нелюдимо, под конец сделался скупым, угрюмым стариком. Он сохранил жизнь ценой чести — и жизнь ему этого не простила.
Паскевич вел невиданно твердую линию: он требовал от Персии начать войну с Турцией, наказать виновных в тегеранской резне, прислать все мыслимые извинения. Его исключительно резкое письмо Аббасу-мирзе вызвало величайший переполох в Петербурге и Лондоне: «Не употребляйте во зло терпение российского императора. Одно слово моего государя — и я в Азербайджане за Кафланку, и может статься не пройдет и года, и династия Каджаров уничтожится. Не полагайтесь на обещания англичан и уверения турок… С Турцией Россия не может делать все, чего желает, ибо держава сия нужна и необходима для поддержания равновесия политической системы Европы. Персия нужна только для выгод Ост-Индской купеческой компании, и Европе равнодушно кто управляет сим краем. Все ваше политическое существование в руках наших, вся надежда ваша в России, она одна может вас свергнуть, она одна может вас поддержать».
Дипломатический и военный демарш Паскевича имел успех. Шах провел в Тегеране массовые казни не столько виновных в разгроме русского посольства, сколько подвернувшихся под руку преступников. Глава духовенства мирза Месих был изгнан; Аллаяр-хан получил назначение подальше от столицы. Декорум был соблюден. В мае в Тифлис прибыл любимый сын Аббаса-мирзы принц Хосров-мирза, европейски образованный, необыкновенно одаренный, весьма красивый, только исключительно низкого роста. Генерал с ходу дал ему почувствовать, что «он явился не в гости, а с повинной»."

цит. по Цимбаева Е.Н. "Грибоедов"

 
 
George Rooke
26 July 2019 @ 12:54 pm
Подумалось тут... А ведь сэр Оливер наш, который Кромвель - это же английский Петр I, и флот его, несомненно самый мощный в Европе в то время, мелькнул ярким метеором на небосводе, и ушел в никуда. Естественно, с большой поправкой на эпоху и местный колорит.
Судите сами. В период 1604-1640 г.г. английский флот звезд с неба не хватал. Нет, Карл I строил мощные корабли, но флот ведь - это не только и не столько корабли, сколько дисциплина и администрация. А вот с этим были проблемы (я об этом уже писал - https://george-rooke.livejournal.com/511080.html , https://george-rooke.livejournal.com/511802.html , https://george-rooke.livejournal.com/512070.html ). По сути сэр Оливер через институт "морских генералов" привнес на флот дисциплину и зачатки грамотного управления. И случилось чудо. "Местную Швецию", которая Голландия, отоварили по самые Нидерланды, показали кузькину мать "местной Польше" (в смысле - Испании), навели порядок с "ирландским казачеством", погрозили рукой Франции, и... Кромвель умер почти по-петровски, только что не начертал "Отдать все...". И далее началась эпоха междуцарствия - Tumbledown Dick'а оттерли от царства, началась грызня между Долгим Парламентом, Ламбертом и Монком, которая закончилась разрыванием кондиций и Реставрацией Карла II.
Политика по морской торговле сэра Оливера так же была не особо внятной, и напоминала шараханья Петра. Те же "навигационные акты", которые так пришлись ко двору строителям "теорий через века", во времена Кромвеля принесли Англии дикий вред и обнищание народа. А что вы хотели? 100-процентный протекционизм при слаборазвитой собственной промышленности обычно и приводит к дефициту, падению качества товаров и массовому обнищанию.
Его колониальные авантюры так и остались авантюрами. Ну а положительные моменты типа союза с Карлом Густавом X Шведским и влезание на Балтику принесли плоды гораздо позже.
Кстати, о подготовке моряков кромвелианского флота. Если почитать статью Мерфи "The navy and the Cromwellian conquest of Ireland, 1649–53", то можно узнать следующее: в местном "Финском заливе", то есть между Кинсейлом и Дангарваном (Ирландия) только в феврале 1651 года утонуло при перевозке войск 5 кораблей из 17. Вообще навигационные аварии в эту пору были настоящим бичом английского флота - оказалось, что моряки собственные воды знали очень плохо. Поскольку практики фактически никакой не было.
При этом моря вокруг Ирландии кишели разного рода пиратами - это были и берберийцы, и ирландцы, и шотландцы, и роялисты. В общем, как в Ноевом ковчеге - каждой твари по паре. Естественно пришлось вводить систему конвоев между Дублином и Холихедом (побережье Уэльса).
Ах да. На закуску. У Юма кажется была фраза, не цитата, но близко к тексту: сэр Оливер построил мощный флот, который оказался не нужен государству. На самом деле это не так конечно. Ибо под зонтиком этого мощного флота (на 1650 год - 46 ЛК, 26 ФР, на 1658 год - 88 линейных кораблей, 24 фрегата, то есть рост фактически в два раза) начала становиться на ноги и подниматься английская морская торговля. Это и есть заслуга "флота, который построил Оливер".

 
 
 
George Rooke
25 July 2019 @ 12:21 pm
Думаю, ни для кого не секрет, что в суровые 1600-е самой продвинутой и эффективной дипломатической и разведывательной службой была венецианская. Это выдержка из письма Жироламо Ландо, венецианского посла в Англии, от 7 сентября 1621 года. Он описывает дожу и Сенату состояние дел в Англии прям перед началом Тридцатилетней войны

"Король приказал вооружить 12 кораблей, но исключительно с моряками, которые совмещают выполнение как морских, так и солдатских обязанностей. Дополнительно будут вооружены и оснащены и 8 королевских кораблей. Хотя ходят слухи, что они останутся с Ла Манше для обеспечения безопасности берегов и свободы торговли, есть большие подозрения, что это не так. Испанцы очень рады вооружению английского флота, поскольку уверены, что это приведет к ссоре между англичанами и голландцами. Особый приказ дан Брюсселем своим морякам - действовать со всей осмотрительностью и выдержкой, пока не получат приказа действовать. У Его Величества нет ни малейшего сомнения в том, что англичане могут оказаться в опасной ситуации из-за соперничества двух наций (имеются ввиду фламандцы и голландцы) в отношении их борьбы за море и других вопросах, но главным образом из-за того, что испанцы силой своего золота пленяют умы многих, от английских моряков до администрации Адмиралтейства. Боятся, что многие уйдут на службу Брюсселю.
Из заявления, сделанного ведущими советниками короля, представляется вероятным, что король действительно намерен этим вооружением флота каким-то образом подчинить себе прибрежные воды, и всеми возможными способами уменьшить там влияние испанцев и голландцев."


Вот мнение независимого лица, причем современника, к тому же - человека, во флотских делах разбирающегося. Еще раз - 1621 год, после Армады прошло 33 года, однако... никаким господством Англии на морях и не пахнет. То есть в драке сцепились две ведущие морские державы - Голландия и Испания, Англия вооружила свой флот для охраны своих прибрежных вод, но при этом сильно боится, что ее корабли вместе с экипажами просто... убегут к испанцам. Ибо там зарплаты гораздо больше.
Не правда ли, совсем не похоже на всеми любимые цитаты: "После поражения Армады Испания так и не оправилась. Гибель испанского флота ускорила окончание англо-испанской войны, приблизила освобождение Фландрии от испанского засилья. Испания стала сдавать позиции доминирования на море, постепенно уступая место Великобритании, которая, в свою очередь, стала превращаться в могущественную морскую державу. "

 
 
 
George Rooke
Оригинал:

Even the British Foreign Secretary, Earl Clarendon angrily told his French counterpart that, “If ever a man deserved the title of ‘Enemy of his country’ it is Mr. Delane” after seeing, “. . . the extent of the injury that The Times has done in England in France.”

Перевод для тех кому лень: "Если когда-либо какой-то человек и заслужил звание "Врага государства", то это мистер Делейн (главред "Таймс"), особенно после того, как мы оценили степень ущерба, которую его газета нанесла Англии и Франции".

Так что "Враг Народа" - чисто британское изобретение))) Правда задолго до них, лет эдак за 70, были дяденьки, которые на Капитолийском холме ввели понятие Enemy of the people.))) Странно, что это выражение английская Вики приписывает марсистско-ленинскому учению, а не Джону Джею или Сэмьюэлу Адамсу.)

ЗЫ: В том же письме Кларедон высказал мысль, что в будущих войнах "новости должны быть так скорректированы репортерами, чтобы создать выгодное для нас общественное восприятие и веру в них со стороны читателей" (в оригинале "популярное потребление" (popular consumption), но по русски это звучит уж очень коряво). Fake news, начало)
 
 
 
George Rooke
23 July 2019 @ 03:48 pm
“Крымская война - это или одна из самых плохих шуток истории, или один из самых навязчивых предметов исторических исследований.”
Тревор Ройл, британский историк

Алексис Трубецкой писал, что Крымская - "это средневековый конфликт в эпоху модерна".

"Начало и истоки Крымской войны - одна из самых тернистых проблем историографии."
Бристон Гош.

Ну и некоторые данные по скорости передачи информации: в начале Крымской кампании самые срочные данные шли до Лондона в течение 5 дней: 2 дня пароходом от Балаклавы до Варны, три дня - ординарцем до Бухареста, и оттуда по телеграфу в Лондон. К зиме 1854 года новости уже могли достигнуть Лондона через два дня - при нормальной погоде, то есть все так же пароход до Варны, и оттуда по телеграфу. Подводный кабель от Балаклавы до Варны англичане проложили в апреле 1855 года, и тогда документооборот с Лондоном стал занимать несколько часов.
Но еще раз повторю - без четкой фильтрации новостей на важные и неважные, без четкой структуры телеграфного дела обилие телеграмм просто произвело эффект "белого шума". Нужная информация просто утонула в ворохе ненужной. Недаром британский глава МИДа лорд Кларедон после войны грустно заметил: «Пресса и телеграф – неприятельские силы, которые мы не учли».

Ну и так, для себя, чисто поржать. Первыми оценили достоинство телеграфа... турки. Правда немного не те, о которых мы могли подумать. Они начали... срезать медные провода. Ну и продавать их на переплавку. Англичан начало бомбить, ибо в результате они опять оставались без связи, и по старинке начиналось - пароход в Варну, ординарец в Бухарест и т.д. Короче, договориться с турками смогли только в марте 1855-го. Турок подрядили телеграфные кабели... охранять. Поставив на постоянную зарплату. За счет английского правительства (а значит и налогоплательщика) разумеется.
 
 
George Rooke
Само по себе начало войны между Россией и Турцией не представляло собой ни катастрофы, ни даже угрозы миру в Европе. По предположению некоторых исследователей, Россия ограничилась бы «символическим кровопусканием», после чего позволила бы вмешаться европейскому «концерту» для выработки мирного договора. Осенью-зимой 1853 года Николай I скорее всего ожидал именно такого развития событий, надеясь, что исторический опыт не дает оснований бояться локальной войны с турками по образцу предыдущих. Когда царь принял вызов Порты, первой начавшей боевые действия, ему уже ничего не оставалось, как воевать. Управление ситуацией почти полностью перешло в руки западных держав и Австрии. Теперь только от них зависел выбор дальнейшего сценария - либо локализация, либо эскалация войны.
Пресловутую «точку невозврата» можно искать в разных местах событийно-хронологической шкалы, но коль скоро она в конечном счете была пройдена, вся предыстория Крымской войны приобретает другой смысл, предоставляя сторонникам теории закономерностей аргументы, которые, несмотря на их небезупречность, проще принять, чем опровергнуть. Нельзя доказать с абсолютной достоверностью, но можно предположить, что многое из происшедшего накануне войны и за два-три десятилетия до нее было обусловлено глубинными процессами и тенденциями мировой политики, включая русско-английские противоречия на Кавказе, заметно усиливавшие общую напряженность на Ближнем и Среднем Востоке.
Крымская война возникла не из-за Кавказа (впрочем, трудно вообще точно указать на какую-то конкретную причину). Но надежды на вовлечение этого региона в сферу политического и экономического влияния Англии давали правящему классу страны подспудный стимул если не к целенаправленному развязыванию войны, то по крайней мере к отказу от чрезмерных усилий по ее предотвращению. Соблазн выяснить, что можно выиграть у России к востоку (как и к западу) от проливов, был немалым. Пожалуй, стоит прислушаться к мнению одного английского историка, считавшего Крымскую войну в значительной степени продуктом «большой игры» в Азии.
Особняком стоит очень непростой вопрос об ответственности Наполеона III, в котором многие историки видят ее главного зачинщика. Так ли это? И да, и нет. С одной стороны, Наполеон III был последовательным ревизионистом по отношению к Венской системе и ее основополагающему принципу - статус-кво. В этом смысле николаевская Россия - охранительница «покоя в Европе» - была для французского императора самым серьезным препятствием, требующим устранения. С другой стороны, совсем не факт, что он собирался это сделать с помощью большой европейской войны, которая создала бы рискованную и непредсказуемую ситуацию, в том числе для самой Франции.
Намеренно провоцируя спор о «святых местах», Наполеон III, возможно, хотел бы не более чем дипломатической победы, позволившей ему посеять раздор среди великих держав, прежде всего в вопросе о целесообразности сохранения статус-кво в Европе. Драма, однако, в другом: он оказался не в состоянии удержать контроль над ходом событий и дал в руки туркам рычаги опасного манипулирования кризисом в собственных, далеко не миролюбивых интересах. Имели значение и собственно русско-турецкие противоречия. Порта не отказалась от претензий на Кавказ.
Стечение не благоприятных для России обстоятельств в начале 1850-х годов обусловилось не только объективными факторами. Небезошибочная политика Николая I ускорила формирование направленной против него европейской коалиции. Провоцируя, а затем ловко используя просчеты и заблуждения царя, Лондонский и Парижский кабинеты вольно или невольно создавали предпосылки для вооруженного столкновения. Ответственность за крымскую драму в полной мере делили с русским монархом западные правительства и Порта, стремившиеся ослабить международные позиции России, лишить ее перевеса, полученного ею в результате Венских соглашений.


Дегоев В.В. "Странная" Крымская война. Еще раз о ее причинах и уроках / В.В. Дегоев // Свободная мысль. - 2009. - № 3. - С. 133-146.
 
 
 
George Rooke
22 July 2019 @ 11:02 am
Я уже писал об американской военной миссии, направленной в Крым. В ее состав входили три человека - майоры Ричард Делафилд и Альфред Мордехай, а так же еще не достигший 30-ти лет капитан Джордж МакКлелан, который жаловался, на фига его направили на войну "с этими старыми хренами!" (those d–d old fogies!!)
Про перипетии американцев, добиравшихся в Крым, рассказывать не буду, уже писал. А поговорим вот о чем.
МакКлелан довольно детально исследовал места сражений, и в своем отчете выдвинул несколько идей альтернативного развития войны. В частности он считал битву при Альме ошибкой Меншикова. МакКлелан считал, что вместо того, чтобы давать генеральное сражение, надо было начать тактику измора, известную нам по 1812-му году, разрушив и опустошив все ближайшие гавани и городки, оставить большой гарнизон в Севастополе, снабженном на момент осени 1854 года очень хорошо, а оставшиеся силы отвести на север, дабы создавать союзникам угрозу с тыла. Таким образом, перед союзниками вставала дилема - атаковать Севастополь, но рисковать подвергнуться атаке с тыла, либо следовать за русской армией, но оставить в тылу Севастополь с сильным гарнизоном. Учитывая последствия зимовки 1854-55 годов для союзников, такой план привел бы к еще большим санитарным потерям среди них, и, вполне возможно, заставил бы их свернуть операцию в Крыму.
Второй вариант, предлагаемый МакКлеланом. Вместо Альмы отступить южнее Севастополя, на южное плато, возможно, даже оставить Севастополь, и позволить союзникам войти в Крым настолько далеко, как они захотят, в результате у них все равно получится тупик (точная цитата: remain in the vicinity of the city, occupy the plateau to the south of it, and allow the allies to plunge as deeply as they chose into the cul de sac thus opened to them).
Что касается полевых укреплений русских, которые МакКлелан собственнолично излазил с разрешения французского командования, он их оценивал очень высоко: "Они были атакованы, как полевые укрепления не были атакованы никогда раньше, и защищались так, как раньше никогда не защищались".
Это писал МакКлелан об игре за русских. А вот что они пишет об игре за союзников. "Отрезать русскую армию от Севастополя после битвы за Альму (пользуясь ее ослаблением), и быстрой атакой проникнуть в город, не считаясь с опасностями и потерями. Или удалиться обратно к флоту и блокировать и начать блокаду города".
Главной задачей, по мысли МакКлелана должен был быть не город, а русская армия в Крыму, которую следовало "отрезать от всей внешней помощи со стороны Симферополя, не дать русским получать маршевые пополнения, в конце концов загнать ее в город, и войти в него, наступая ей на пятки" (cut off the Russian army of operations from all external succor on the part of troops coming from the direction of Simpheropol (sic), to drive them into the city, and enter at their heels).
Ну и еще один вывод. Согласно МакКлелану "осада Севастополя не доказала превосходство древо-земляных укреплений над капитальными. Она показала лишь, что даже временные укрепления, занятые умелым и храбрым гарнизоном, могут успешно и долго обороняться от превосходящих сил".


Я писал по выдержкам из Stephens W., George B. McClellan: The Young Napoleon, De Capo Press, 1999. А если кому надо сам оригинал доклада - искать надо McClellan, George B., Report of the Secretary of War: Communicating the Report of Captain George B. McClellan, (First Regiment United States Cavalry,) One of the Officers Sent to the Seat of War in Europe, in 1855 and 1856, AOP Nicholson, 1857.

 
 
George Rooke
Из прошлых обсуждений пришло понимание, что многие не в курсе, почему собственно польский вопрос для России был столь болезненным.
Надо сказать, что в недобрый час Александру I пришла в голову мысль присоединить Польшу. Ладно бы - присоединить, еще попытаться инкорпорировать ее элиту на службу России, да еще дать автономию, самоуправление. Но об этом я уже много писал, желающие найдут.
Здесь же я хотел затронуть еще одну проблему, о которой часто забывают, или просто не говорят. Это польская эмиграция. Началась она еще с разделов Польши, но тогда поляков-эмигрантов было не особо много. Массовая же польская эмиграция - это период 1831-1870 годов. Уточню, что речь не о панах с вислоухими усами, жрущих в Парижах коньяк и страдающих о судьбе Польши, а именно о политической эмиграции. Первый наплыв ее случился конечно же в 1780-х, и как все помнят, целые польские полки сражались, к примеру, в армии Наполеона.
Что же касается того периода эмиграции, который упомянут мной, тот можно выделить три периода -
1) 1830-1831
2) 1848-1849
3) 1863-1864.
Период первый. После поражения польского восстания в Европу потянулась орда эмигрантов из Польши, чаще всего, естественно, шляхты. Основное направление выезда - Франция. Свою лепту внесли и правительства Австрии, Пруссии и России. Не желая держать под своим надзором кучу бунтовщиков, они не только разрешили выезд но и даже разработали маршруты, по которым поляки безбоязненно могли бы переезжать в эти ваши Европы.
Бывало, что эмигранты шли даже колоннами, причем, когда проходили через западногерманские города - их встречали хлебом-солью, приветствиями, даже овациями. Самая политически активная часть польской эмиграции осела в Париже, часть - в городах Авиньоне, Безансоне, Бурже, Шатору, Люнеле, Ле-Пюи и Бержераке, но были эмигранты, которые предпочли Бельгию, Швейцарию, Британию, США, и даже... Алжир (естественно, в составе иностранного легиона Франции или в качестве французских поселенцев там). Некоторые дошли до Испании и Португалии, и даже до Турции.
Некоторые сведения о численности эмигрантов - на 1833 год крупные французские города приняли у себя 4042 бывших повстанца, всего же исход оценивается в примерно 10-12 тыс. человек. Селились поляки компактно, практически как китайцы позже в США, и образовывали что-то типа собственных районов. Из 5472 эмигрантов во Франции в 1839 году 3004 были профессионально активны: более 45% были офисными работниками и студентами, в то время как бизнесмены, торговцы и ремесленники составляли 30%, слуги/учителя составляли 16%, а работники фермерских хозяйств составляли 2,5%. Количество слуг/учителей увеличилось после 1848 года.
Несмотря на то, что поляки испытывали серьезные финансовые трудности, "Большая эмиграция" вела жизнь отдельного субэтноса, создавая организации, газеты, даже произведения искусства. Между 1831 и 1870 годами было создано более 50 политических комитетов и ассоциаций, кроме того, примерно 70 научных, образовательных, культурных, военных и социальных обществ. Издавались газеты и журналы Demokrata Polski (польский демократ) (1837 - 1863); Nowa Polska (Новая Польша) (1833 - 1837, 1839 - 1845]; Orzel Bialy (Белый Орел) (1830 - 1848); Trzeci Maj (третьего мая) (1839 - 1848); Przeglad Rzeczy Polskich (Обзор польских Дел) (1857 - 1863); Glos Wolny (Свободный Голос) (1863 - 1870). Большинство из них конечно же издавались в Париже. Основное направление публикаций - как возвратить независимость Польши а так же размышления о будущем Польши - то есть как и какое государство строить.
В то же самое время создать в Париже польский центр, который будет прямо руководить всей эмиграцией (по типу ирландского Таммани-холла в США) провалился. Провалился из-за склок между самими поляками. Только в Париже в 1830-е годы существовали: Komitet Tymczasowy Emigracji (Временный Комитет Эмиграции), Komitet Narodowy Polski (польский Национальный комитет) и Komitet Narodowy Emigracji Polskiej (Национальный комитет польской Эмиграции). И все же главным не по степени значимости, а степени объединенности стал Zwiazek Jednosci Narodowej (Ассоциация для Национального Единства) Адама Чарторыйского, который расположился в особняке Ламбер в Париже, и скоро так и стал называться - отель Ламбер.
В период с 1834 по 1837 год была еще одна волна польской эмиграции, которая условно называется "карбонарской", но с польским колоритом естественно же. Они организовали комитеты Mloda Polska (Молодая Польша) и Zwiazek Dzieci Ludu Polskiego (Ассоциация польского народа). Изначально расположились в провинциальном Пуатье, однако в 1837-м соединились с детищем Чарторыйского и организовали центр Zjednoczenie Emigracji Polskiej (Объединенная польская Эмиграция), который засел как раз в том самом отеле Ламбер. В Англии были организованы Ogol Londynski (Лондонское Собрание) и Gromady Ludu Polskiego (Собрание польского народа).
Далее от пропаганды перешли к делам - это сеть шпионов и агентов в Польше, причем часто работающих не только на Чарторыйского, но и на французов или англичан (или даже турок). Закупки и сборы оружия, подготовка восстаний на местах, добыча для французов и англичан разведсведений, и т.д.
На 1846 год планировалось грандиозное польское восстание, которое должно было одновременно начаться в прусской, русской и австрийской частях Польши, однако оказалось, что русское III Отделение наряду с аналогом Штази в Пруссии и австрийским аналогом Эвиденцбюро просто так свой хлеб не ели - восстание в Кракове началось 21 февраля, разгромлено 27 февраля. Особенно в деле подавления восстания поляков отличились русины, которые из рук благодарного австрийского правительства получили русинское самоуправление, а позже - и свою идеологию. Мирославский, прибывший из Парижа в прусскую Познань, был взят под белы рученьки и препровожден в тюрьму, а 864 повстанцев пруссаки обвинили в госизмене и посадили на разные сроки.
В 1848 году, пользуясь весной народов, поляки решили сделать попытку номер два - пользуясь тем, что Берлине началась революция, восстала Познань, возглавил польские войска все тот же Мирославский, незадолго до этого амнистированный прусским королем. Подняв восстание поляки начали договариваться в Фридрихом-Вильгельмом IV об автономии польских областей в составе Пруссии, и может быть это даже и получилось бы, но 30 апреля 1848 года польские восставшие были просто размазаны прусской армией, и 2 мая восстание сошло на нет. 1500 активистов были посажены в Познаньскую цитадель, где над ними измывались в лучших традициях Аушвица и Дахау - травили серным дымом, выбривали головы, наносили незаживающие раны на лице, руках, ушах, пробовали на них новые химические соединения и т.д. Все же разговоры об автономии были забыты напрочь.
И еще одно обстоятельство - к 1848 году во Франции, Англии, Бельгии и в какой-то степени США сформировались пропольские лобби среди правительств этих стран. И все возможные действия в австрийской, прусской и русской частях Польши грозили международными осложнениями, вплоть до войны.
Именно поэтому вопрос Польши был безусловно очень болезненным для России, и по факту, Паскевич, предлагавший Николаю I в 1831 году отдать на фиг Польшу Австрии взамен на тогда еще прорусскую Галицию, был очень и очень прав. К сожалению, царь не прислушался. Объяснение для тех, кто думает, что Николай - дурак. Нет, не потому, что был садистом, автократом и т.д. Польский "балкон" был очень удобен в военном смысле - он имел стратегическое значение, и как средство угрозы (и следовательно - контроля) Австрии и Пруссии, и как средство быстрейшего выдвижения русских войск к Рейну в случае очередной Французской революции.
Да-да,по полной аналогии с Варшавским Договором после 1945 года, Россия готовилась к прошлой войне, и думала, что если что-то будет - то повторится так же, как в 1812-м - то есть вторжение французских армий через территории Австрии и Пруссии в Польшу, и далее в Россию. Именно поэтому в Польше стояли основные силы, поэтому там развивалась логистика, строились дороги и т.д.

 
 
 
George Rooke
Так, просто список фактов без попытки кого-либо обелить или очернить.

В эпоху Доматровского периода в венгерских патриотических кругах появилась младая поросль, которая все больше заявляла о своих требованиях об отдельной государственности, требуя у Австрийской империи автономии и конституции в составе монархии.
Вена отреагировала на усиливающееся давление со стороны Венгрии уступками и в 1844 году согласилась на введение венгерского языка в качестве административного и судебного, несмотря на тот факт, что почти две трети населения не были мадьярами. Это немедленно привело к протестам со стороны других языковых групп, особенно хорватов, которые имели особый статус в Венгрии. Вена поддерживала другие народы как средство подавления мадьярского национализма.
Чтобы было понятно - вот границы королевства Венгрия в составе Австрийской империи на 1848 год (выделено желтым):

Однако венгерский национализм дальше начал проявлять еще и сепаратистские тенденции. Рупором радикальной оппозиции стал Лайош Кошут, юрист, издатель журнала Pesti Hírlap. Журнал был настолько радикальным, что его запретили в 1844 году.
В 1847 году Кошут стал членом Венгерского сейма в Прессбурге, что уже само по себе немного смешно. На всякий случай - Прессбург сейчас называется Братислава, и это вообще словацкая территория.Там он поднял восстание, обратившись к местным венграм с революционной речью 3 марта 1848 года. Требовал права на самоопределение и конституционной монархии.
Но тут... к венграм начали обращаться другие народы в составе Венгерского королевства - словаки, сербы, хорваты, поляки, и т.д. Мол, мужики, если право на самоопределение разрешено вам, то оно наверное разрешено и нам? Кошут все эти претензии отверг, разрешив только в рамках территорий преподавание в школах "на местном наречии". За язык венгры хорватский, сербский, словацкий и т.д. не считали. Далее было провозглашено, что в Венгрии существует только одна нация - мадьяры, а остальные этнические группы - это "просто племена, говорящие на других наречиях".
Естественно, "другим племенам" это не понравилось. И они обратились за помощью... в Вену. И далее началась межэтническая война, которую в Венгрии почему-то привыкли именовать "Гражданской войной 1848 года". Ситуация особенно обострилась, когда хорватские войска во главе с графом Иосипом Елачичем вторглись в собственно венгерские земли. Был кинут клич - "революция в опасности", Кошут стал регентом, срочно собрали армию ("гонвед") в 170 тысяч человек. И эта армия рванула на Вену. У Швехата венгры были отбиты... как раз хорватами, частями Елачича.
Венгры очень надеялись на успех революции в Вене, однако ее подавили 31 октября 1848 года. И тогда 14 апреля 1849 года Венгрия объявила о низложении Франца-Иосифа в качестве своего короля. В мае 1849 года, после захвата Буды, большая часть страны оказалась захвачена революционными войсками.
Как вы думаете, какие планы далее начали разрабатывать Кошут и Ко? Конечно же вторжение в русскую Польшу. "Мы на горе всем буржуям мировой пожар раздуем". Однако в самой Венгрии началась разгораться война с "просто племенами" - с румынами, с хорватами, с сербами, со словаками. Национальная вражда обострилась, а нападения на местных представителей ненавистной венгерской государственной власти были встречены массовыми казнями революционных судов. Венгерские части Гонведа отреагировали на партизанские методы своих противников, сжигая целые деревни до основания.
На а далее произошло две вещи, которые и решили судьбу Венгерской революции. Австрийская армия в Италии смогла к этому времени подавить там мятеж, и теперь возвращалась в Австрию, кроме того, Франц-Иосиф обратился за помощью к России. Правительство Николая I, которому сильно не понравились планы венгров насчет создания независимых Польши и Черкессии, решили помочь австрийцам. Понятно, что мадьярские войска не шли ни в какое сравнение с силой русской армии. Венгерская война за независимость закончилась 13 августа 1849 года капитуляцией революционной армии в Вилагосе под Арадом.



Знаменитая казнь 13-ти венгерских генералов, произведенная по приказу Юлиуса Якоба фон Хайнау, командующего австрийской армией. То, что сами "мученики Арада" с удовольствием жгли, вешали, убивали тех же хорватов, сербов, словаков, румын, венгры предпочитать не вспоминать.
 
 
 
George Rooke
17 July 2019 @ 01:48 pm
Почитав англоязычную литературу о САБЖе, понял, что шоры, которые напускает себе на глаза наша историческая наука в некоторых случаях, не идут вообще ни в какое сравнение с идеологическими шорами, которые допускает наука западная по поводу отдельных персонажей истории.
Грубо говоря - одни байки. Это обязательно "gendarme", "autocracy" и т.д. Только черное, без грамма белого. Ах да, стремился поделить Турцию (типа англичане тут не причем, да?), насиловал труп Польши, подавлял революции и т.д.
Но стоит поискать что-то типа "economic causes of the 1848 revolutions" - и - нет, нет - да выплывет дельная статья или книга, где четко показывается, что революции в Европе были выгодны прежде всего Англии, вернее не так - экономике Англии.
Напомню то, что когда-то уже писал: "Британия к 1820-м годам стала лидером технического и промышленного развития. Первоначально она занялась насыщением произведенными товарами своего внутреннего рынка, потом – колоний, ну а дальше… По идее должна была начаться торговая экспансия в страны Европы. Но вот беда – европейцы тоже старались развить свою промышленность и для этого вводили протекционистские тарифы, призванные защитить собственную индустрию от британского производителя. А это грозило для Англии вылиться в кризис перепроизводства.
Выход был найден простой и циничный. Экспорт революций. Свергается старая власть, новая провозглашает свою приверженность либеральным ценностям и свободному рынку, и – вуаля! – тарифы и пошлины отменяются, а британские товары широким потоком обрушиваются на новый рынок. Даже если революция не удается – это в любом случае спад промышленного развития, траты на предотвращение социальной напряженности, армию, и т.д., то есть потенциальное ослабление конкурента.
Изначально схема была опробована в Южной и Центральной Америке. В результате те же Бразилия, Аргентина, Колумбия, Чили, и т.д. стали поставлять в Англию свое сырье (серебро, хлопок, сахар и т.п.) в обмен на британские промышленные товары. Во всю развернулись и Лондонские финансисты. Вот пример Мексиканского займа. В 1824 году мексиканскому правительству Лондонской торговой биржей было выдано два займа по 3 миллиона фунтов каждый.
Как же распределялись деньги? Прежде всего, из 6 миллионов фунтов было удержано 3 миллиона фунтов в качестве оплаты процентов за первые 5 лет. Из оставшихся 3 миллионов фунтов 1.5 миллиона было потрачено на закупку Мексикой вооружения, ей продали ружья, пушки, снарядные ящики, оставшиеся после битвы при Ватерлоо, причем часть была некондиция. Еще 700 тысяч из этих денег было передано британскому поверенному в Мексике Уорду. Часть этих денег он потратил на свою любовницу, графиню Регла. И лишь 800 тысяч дошло до Мексики.
При этом Мексика осталась должна к возврату после всех этих комбинаций... 6 миллионов фунтов.
Добыча серебра в Мексике в 1830-1860-е колебалась от 1100 до 1400 тонн серебра в год (на сумму от 34 до 48 миллионов долларов в год), а доля мексиканского серебра на рынке в этот же период возросла с 73 до 84 процентов. Так же не стоит забывать и прекрасный городишко Тлальпухауа, чьи шахты с 1769 года давали примерно по 5 тонн золота в год.
При этом с 1825 года почти все шахты (а соответственно и львиная часть добытого) принадлежали английским компаниям, делавшим целевые вложения именно в горнорудную индустрию Мексики. Ну а в 1850-е на мексиканские шахты пришли Ротшильды, которые, как известно, в накладе не оставались никогда.
Согласитесь, выгодный бизнес. Более того, отжать ценные активы, и в то же время сбыть старье с крутой наценкой, некондицию по цене драгоценностей – это же верх мошенничества! Нынешним нашим экономистам следует запомнить, записать, втемяшить себе на лбу – если вас призывают к «свободному рынку», значит вам хотят впарить старье или некондицию по слоновьей цене, отжав у вас то, что реально чего-то стоит, и всё. Nothing personal, just business.
Но, как все понимают, покупательская способность населения в бывших испанских колониях не ахти, там в основном бедняки живут. И примерно с 1830-х годов в голову приходит мысль – а почему бы нечто подобное не провернуть и в Европе? Собственно все эти Демократические Комитеты, Мадзини, Кошуты, Легранжи, Ледрю-Ролены, и т.д. были нужны не ради продвижения идеалов «свободы, равенства, братства» в массы, а ради продвижения британских товаров на рынке Европы."

Но как вы понимаете, если приютить у себя кучу революционеров, которые используются в терминах Ленина как "полезные идиоты" - в своей стране тоже найдутся люди, мечтающие о революции. То есть о революции в Британии. Чего британскому правительству явно не хотелось. И вот вопрос - как с такими бороться?
Ответ... блин, он прекрасен, и показывает, что ничего в этом мире не меняется.
Возьмем например чартистов. Знаете кем их объявила правительственная пресса? Шпигунами Путина Николая I конечно же! То же самое касалось и ирландских революционеров. Кстати, известно высказывание лорда Пальмерстона про Карла Маркса, который вместе с комитетом "Молодая Германия" базировался в Лондоне, и получал финансирование: "Это единственный революционер, не подкупленный русскими". Эта фраза вполне пересекается с мнением Уркварта: "Революционеры, ведущие антибританскую деятельность, несомненно являются русскими шпионами".
А теперь давайте вспомним начало поста. Извините, дело точно в жандарме Европы, борце с революциями или автократии? Скорее всего это личное - на 1830-е в мире осталось две экономические мир-системы, и к 1840-м англичане поняли, что "Карфаген должен быть разрушен". Не в смысле - стереть с лица земли Петербург, а в смысле - без обрушения и подчинения русского рынка и рынков ему подконтрольных, Англии вскоре будет грозить экономическая стагнация и деградация. Хотя бы потому, что русские ресурсы нужны позарез. Строго по Марксу - чтобы получить прибавочную стоимость.
Как-то так) Так что, говоря о пропаганде, не стоит забывать, что ее помои льются всегда с двух сторон.

 
 
 
George Rooke
14 July 2019 @ 11:41 pm
Джон Адамс писал своей жене Абигаль 17 июня: «Теперь я могу сообщить вам, что Конгресс сделал выбор скромного и добродетельного, дружелюбного, щедрого и смелого Джорджа Вашингтона, генерала американской армии. Он должен как можно скорее восстановить наш военный лагерь перед Бостоном». Сам Вашингтон в письме своей супруге Марте притворно жаловался: «Конгресс постановил, что вся армия, поднятая для защиты американского дела, будет отдана ​​под мою опеку, и что мне необходимо немедленно отправиться в Бостон, чтобы взять на себя командование ей. Вы можете поверить мне, моя дорогая Пэтси, и я самым торжественным образом заверяю вас - я приложил все усилия, чтобы избежать этого назначения». Надо сказать, что Джордж лукавил – на Континентальном Конгрессе он единственный щеголял в форменном британском красном сюртуке, показывая, что когда-то служил в британской армии. Хотя военный опыт Уорда или Путнема был гораздо больше, чем у Вашингтона, даже брат Джорджа – Лоуренс - и то имел гораздо более богатый военный опыт, как участник рейда на Картахену в 1741 году.
Tags:
 
 
George Rooke
Я уже писал, что Британский немецкий легион был сформирован окончательно только к августу 1855-го - надо было не только обмундировать и вооружить солдат, снабдить довольствием и офицерами, но и перевести уставы на немецкий язык, определить правовой и наднациональный статус наемников. В Крыму первые 2000 немцев появились только 4 октября 1855 года. К январю перебросили 11 тысяч, правда началась эпидемия холеры, и уже 4 января примерно 3000 немцев находились на излечении в госпитале Скутари под Стамбулом.
На март 1856 года, когда был заключен Парижский мир, Легион насчитывал 9682 человека, в их числе - 441 офицер. Но блин... война-то закончилась. По идее Легион надо распускать, а... за него деньги плачены! Обидно. Далее данные идут из статьи Тайлера "British German Legion, 1854-1862", Journal of the Society for Army Historical Research Vol. 54, No. 217 (SPRING 1976), pp. 14-29. Главный командир среди немцев - Карл Густав Вильгельм Юлиус, барон фон Штуттерхайм (Stutterheim). Нет, официально легион сняли с армейского довольствия (акт от 30 мая 1857 года), но распускать не торопились. Среди немцев начались волнения, и даже мятежи.
В общем, их надо было куда-то услать. И британцы решили просто. Тех, кто умел разговаривать по-английски - в Южную Африку, в Кейптаун, подавлять гребанных кафров, официально: "строго защищать колонистов от ужасных кафров" (там восстания негров шли волной с 1830-х). Туда уехало примерно 8000 немцев. Возглавил воинство все тот же барон фон Штуттерхайм.
Ну а оставшиеся были посланы в Индию, для подавления восстания сипаев конечно же. Позже перебросили и часть немцев из Южной Африки (там к июлю 1858 года померло 2530 немцев, 530- в боях и засадах, 2000 - от болезней и климата). На базе немецких егерских полков был сформирован Егерский корпус ОИК.
Как-то так) В общем, ЧВК - они такие ЧВК.
Ну и картинка, о которой явно многие вспоминали.

 
 
 
George Rooke
11 July 2019 @ 11:56 pm
Если не угадаете, отвечу завтра утром)))
Опять после Крымской.Я уже писал, что в 1855 году англичане, дабы как-то компенсировать потери и уход французов, создали иностранные легионы, в числе прочих, и немецкий легион. Крымская война закончилась в 1856 году. Немецкий Легион распустили в 1859-м. Куда его отправили воевать на пару лет?
Гугл - не спортивно) Максиму Нечитайлову - не подсказывать)))
 
 
George Rooke
11 July 2019 @ 05:37 pm
"Записка о состоянии русского флота", 1858 капитан I ранга Лихачев.


«Все равно, будут ли они корветы или фрегаты, только не держите эти суда в наших морях, где они как рыбы, вытащенные на берег… Удаляйте их от берегов Европы, где перевес других морских держав так угнетателен для нашей маленькой морской силы. Задавайте им беспрестанно дальние плавания. Тогда, во-первых, не будут они у вас беспрестанно спрашивать из Петербурга разрешения войти в док, во-вторых, у вас образуются адмиралы, которые будут страшиться одного только суда моряков, будут бояться только одной ответственности - перед отечеством, вверившему им драгоценные средства, и которых не будет вгонять в идиотизм страх начальства. Не ограничивайте поприще кораблей дорогою к Амуру и обратно… держите их в океане, в Китайском и Индийском морях, естественном поприще их военных подвигов в случае войны».

Кстати, Лихачев был флаг-офицером начальника штаба Черноморского флота вице-адмирала Корнилова.
 
 
 
George Rooke
Небольшой отрывочек из того, что выйдет попозже))) Все аналогии должны быть с негодованием отринуты)


Вечером к стоящему на посту около здания таможни часовому Хью Уайту подошел 13-летний ученик мастера по изготовлению париков (wigmaker) Эдвард Гаррик, который попросил позвать лейтенант-колонеля Джона Голдфинча, сообщив, что тот не оплатил работу своего хозяина. Дело в том, что Голдфинч оплатил работу предыдущим вечером, поэтому просто проигнорировал это оскорбление. Гаррик меж тем не унимался, и даже начал тыкать пальцем в грудь Голдфинчу – настоящее оскорбление для британского офицера! Уайт довольно грубо сказал Гаррику, чтобы тот проявлял больше почтительности к представителю власти. Поток оскорблений не унимался, и Уайт, которого Гаррик к тому же толкнул, ударил Эдварда прикладом по голове. То закричал и свалился на снег.
В дело вмешался друг Гаррика, тоже подросток, Бартоломью Бродерс, который начал созывать к месту конфликта прохожих. Провокация постового и офицера продолжилась – видно было, что Уайт на взводе, и подошедший Генри Нокс громко сказал, что «если ты выстрелишь, то просто умрешь». Толпа меж тем все росла и становилась более шумной. Через час вокруг постового собралось до 50 человек, которые бросали в него палки и снежки и призывали убить его прямо здесь. На помощь Уайту пришли еще 7 солдат под командованием капитана Томаса Престона, которые демонстративно примкнули штыки. Толпа же уже возросла до 300-400 человек. Ситуация накалилась до предела, и переломным моментом стала прилетевшая в голову рядового Хью Монтгомери здоровая дубина, которая сбила его с ног и заставила выпустить мушкет. Поднимаясь, Хью закричал: «Черт возьми, стреляйте же!», и сам выстрелил в толпу. После небольшой паузы солдаты открыли огонь. Трое колонистов умерли мгновенно – это конопатчик Сэмьюэл Грей, и моряки Джеймс Колдуэлл и Крисп Аттакс. Еще двое скончались через несколько дней. Толпа быстро отошла от здания таможни, но продолжала расти на улицах. Теперь она группировалась у дома губернатора Хатчинсона, требуя возмездия. Губернатор, пытаясь хоть как-то успокоить колонистов, сказал, что будет проведено беспристрастное расследование и произведено справедливое возмездие.
Ну а теперь о самом интересном. Эдвард Гаррик был учеником у Жана (Джона) Пьемонта (француз, прибывший из Канады, авантюрист, занимался всем, чем только можно, пока не стал парикмеймером), который состоял в партии Адамса и по ходу являлся одним из «Сынов Свободы».
Уже на следующий день, 6 марта, Адамс созывает экстренное городское собрание (оно собиралось по первому зову вождя) и проводит серию резолюций, требующих немедленного вывода «красных сюртуков» из Бостона и суда над виновными в убийстве. Во главе группы «Сынов Свободы» сразу после одобрения резолюций он устремляется к дому губернатора Хатчинсона и осаждает его до тех пор, пока губернатор не соглашается вывести из города английские части.
Пол Ревир, правая рука Адамса, срочно распространил по всем газетам рисунок Генри Пэлэма, который скорее был вольной трактовкой событий, нежели попыткой изобразить правду. Иллюстрация эта вызвала гнев не только жителей Бостона, а вообще всех колонистов, и стала настоящей пропагандистской листовкой. Капитан Престон и 8 солдат были арестованы, 27 ноября 1770 года состоялся суд, на котором адвокатом британцев выступил… брат Сэмьюэла Адамса, Джон Адамс. Согласно судебному заключению 6 солдат были оправданы, а двое обвинены в непредумышленном убийстве.
Ну а войска были срочно выведены из города на окраины.
А для чего же это было нужно Адамсу? Ответ самый простой. В 1772 году Сэмьюэл Адамс на волне популярности был избран в ассамблею Массачусетса, то есть достиг своей цели и пришел во власть. Если отбросить все экивоки – Адамс просто использовал беспорядки и убитых для продвижения своей карьеры и увеличения собственного состояния.
Ну подумаешь, скажите вы. Времена стародавние, разве сейчас такое бывает?) Действительно вопрос, а бывает ли?)
И у меня, как у Билла Танеда в будущем, создается стойкое впечатление: "где-то я это уже видел".


Та самая гравюра Поля Ревира.
Tags:
 
 
 
George Rooke
09 July 2019 @ 11:16 am
Возник тут вопрос, а где можно посмотреть траты на русский флот в период 1856-1871 годов, особенно включая экстраординарные расходы (помнится, на одну только посылку эскадр в США в 1863-м ушло 5.5 млн. руб)? Общий военный бюджет России находится без проблем, а вот отдельно на армию и флот - никак не могу найти.
Просто хотелось бы сравнить с американцами, ибо по ним я инфо нашел без проблем:

1856 $14,293,000
1857 $12,709,000
1858 $12,174,000
1859 $14,906,000
1860 $10,279,000
1861 $23,305,000
1862 $55,700,000
1863 $145,397,000
1864 $118,910,000
1865 $124,857,000
1866 $2,156,000
1867 $20,044,000
1868 $16,643,000
1869 $17,687,000
1870 $17,969,000
1871 $20,763,000.

Соотношение рубля к доллару на тот момент - 1.56 руб. за 1 доллар.
 
 
 
George Rooke
В американских колониях бумажные деньги по сути являлись «справками о задолженности». Введены они были впервые компанией Массачусетского залива в 1690 году, после неудачной попытки англичан завоевать Квебек. Дело в том, что колониальное правительство во главе с губернатором Уильямом Фиппсом думало, что сможет расплатиться с солдатами награбленным у французов, однако экспедиция закончилась полным провалом, англичанам просто вломили таких, что мало не показалось. И когда выжившие солдаты потребовали выплаты жалования, оказалось, что колониальная казна просто пуста и платить даже натуральными продуктами не получится. Именно тогда солдатам выдали срочно напечатанные банкноты, которые по факту были колониальными векселями на выплату денег или их натурального эквивалента владельцу векселя по мере поступления доходов в казну колонии.


На картинке маркиз Фронтенак посылает нах... британцев, которые требовали выкупа и сдачи. Фронтенак и ответил - "Я не могу ответить вашему королю иначе, кроме как из ружей и мушкетов". Надо было знать маркиза - с индейцами воевал, в вигвамах жил, индианок не просто имел - ему их дарили вожди племен. Такого дядьку наездом взять - смешно. Он гопников на завтрак ел без закуски.
 
 
George Rooke
06 July 2019 @ 11:42 pm

С подводной войной справились введением системы конвоев с лета 1917-го и роль США тут примерно нулевая. 
Затыкание дыр, безусловно, имело место быть но его масштабы переоценивать пожалуй не стоит. Недаром под конец Ста дней американцев собрали в кучку и отправили в Мёз-Аргоннское наступление где те, мягко говоря, не зажгли. 


Роль США вообще далеко не нулевая в противолодочной войне, а очень значительная. Собственно это показано и у Гибсона с Преднергастом, и у Вильсона того же. Проблема была в эсминцах. Проблема Роял Неви в 1917-м - куда определить эсминцы? Если на защиту конвоев - то эсминцев не хватит на прикрытие линкоров. Если оставить их в Скапа - то торговому судоходству настанет пушной зверек. В этом смысле американские эсминцы, прибывшие в Куинстаун уже в апреле стали просто спасением для англичан. Без них они войну за тоннаж проигрывали полностью.
И да, именно эсминцы из Куинстауна и обеспечивали введение системы конвоев в Англии.
Это не говоря о лодках типа Л, которые начали охоту за уботами, и специальных катеров с самолетами для борьбы с немецкими лодками в Ла Манше.